перейти на мобильную версию сайта
да
нет

Новые детские книги Шпиленок, Гудоните, Грэй, Орлев, Григорьев и Улыбышева

Архив

Игорь Шпиленок «Мои камчатские соседи»

Один год среди медведей, лис, лосей и вулканов. Книга фотографий Игоря Шпиленка, основателя и директора Брянского заповедника, инспектора Кроноцкого заповедника. В Кроноцком заповеднике на Камчатке, в краю, где о человеческой цивилизации напоминает разве что избушка инспектора, единственное жилье на много километров вокруг, Шпиленок провел год. Оттуда вел свой «Живой журнал», выкладывал в интернет фотографии и отвечал на комментарии читателей. Собственно, книга — удивительная, не оторваться, — создана на основе этих записей, и на поля вынесены вопросы читателей «Живого журнала» в том виде, в каком они были заданы, и ответы Шпиленка. Притягательная сила этой книги даже не в фотографиях — хотя они, безусловно, прекрасны, — а во взгляде автора, мудром и любящем, и в драме, которая разворачивается на глазах читателя: герои — медведи и лисы, каждому из которых дано имя и неповторимый образ, — действуют, влюбляются, растят потомство, хулиганят, играют и, увы, погибают.

 

Кристина Гудоните «Дневник плохой девчонки»

Похождения пятнадцатилетней королевы обмана из Вильнюса. Котрина кочует между домами: от бабушки, которая ее не любит, к легкомысленной маме, которая только что влюбилась, от мамы — к своей беременной подруге в квартал художников Ужупис, а из Ужуписа — в квартиру дряхлой актрисы, которой осталось до смерти всего несколько дней. Котрина мчится по жизни, как комета сквозь космос, — и обманывает, и ненавидит, и ворует, и презирает, пока не запутывается в своих собственных капканах. Сумасшедшая траектория приводит Котрину к той самой актрисе на пороге вечности, которая помогает ей понять пару важных вещей. «Если свободен только тот, кто может не врать, значит, я добровольно отправилась в пожизненное заключение. Может, потому везде и чувствую себя как в тюрьме?» Замечательная история, которая любопытна еще и тем, что это первая, насколько может судить обозреватель «Афиши», подростковая книга из постсоветской Литвы, переведенная на русский. Вильнюс глазами пятнадцатилетнего. Поначалу будет трудно пробраться сквозь яростный слог Котрины (она пишет свой дневник, как с балкона плюется), но сюжет того стоит.

 

Теодор Грэй «Элементы. Путеводитель по периодической таблице»

Великолепный рассказ о химических элементах: захватывающие подробности и ничего лишнего. Автор Теодор Грэй — ученый, коллекционер, а также изобретатель гигантского деревянного стола в форме периодической таблицы для коллекционирования элементов. Практически все вещи и образцы элементов, сфотографированные для книги крупным планом, хранятся в личной коллекции Грэя. Фотографии вольфрама, кислорода, серы и лития завораживают, как снимки далеких галактик, но еще сильнее увлекает читателя та искренняя радость ученого, с которой Грэй зовет за собой в «забавный и ужасающий мир элементов», и то, с каким пылом он говорит о своих «героях». «Бедняга бор! Разве с таким именем можно рассчитывать хоть на каплю уважения? Тем более что бор чаще всего добывают из боракса (буры), компонента моющих средств. Но бор шикарнее, чем вы думаете».

 

Ури Орлев «Беги, мальчик, беги»

Невероятные, но реальные скитания мальчика-бродяги по деревням оккупированной фашистами Польши. Книга почти эпического масштаба основана на действительной истории учителя математики из Израиля Йорама Фридмана. Только в книге его зовут не Йорам, а Давид. Рыжеволосый Давид теряет семью, бежит из Варшавского гетто, забывает свое имя, не разрешает себе помнить, что он еврей, и, называясь поляком Юреком, бродит по обоим берегам Вислы, попадая из дома в дом, из гестапо в больницу, от фашистов к русским танкистам. Все, что жутко и тяжко, Давид-Юрек — а с ним и читатели — видит как сквозь сон, и до конца непонятно, где кончается мужество и начинается рефлекс, помогающий выжить. Все, что дает надежду, будит в нем тепло и радость, а пока у человека есть силы на радость, его трудно уничтожить. Перед мальчиком проходит огромное количество людей: поляков, немцев, русских, евреев — одни его предают, другие спасают, и среди убийц однажды отыскивается кто-то, кто не желает убивать. И еще одна, совершенно определенная, тема звучит в этой истории: ребенок, который пытается обмануть нацистскую систему, определяющую место человека и участь по его национальности, все равно должен в итоге подчиниться системе — не этой, так другой. После войны Давиду-Юреку, который уже считает себя поляком, не позволяют быть поляком и увозят из деревни в варшавский приют для еврейских сирот.

 

Олег Григорьев «Чехарда»

Парадоксальные и свободные. Сборник ленинградского поэта Олега Григорьева с рисунками Александра Флоренского. Григорьева издавали за последние годы часто, но удачными эти издания были редко: неверно подобранные иллюстрации и оформление убивают всю музыку. С этим сборником все хорошо, и хорошо, что в него вошли по большей части не самые растиражированные стихи. Окружающий мир непрерывно изменяется, оказывается не тем, чем казался, сами герои переживают метаморфозы: превращаются от страха в мотыльков, засыпают мертвым сном на пасеке, уплывают на лодке в небо и пишут невиданные картины. «Тут луна, и там луна./ПОД водой я или НА?/Может, я отображенье/Моего лишь отраженья?/Я и сам не знаю где — /В небе я или в воде?/Между скопища созвездий/Так и плыл я, так и ездил».

 

Марина Улыбышева  «От паровоза до «Сапсана»

Сборник рассказов о драматичной и потрясающе интересной истории российских железных дорог. Два рассказа — «Царскосельская чугунка» и «От столицы до столицы» — выходили раньше отдельными тонкими книжками в издательстве «Фома». В сборнике к ним добавили еще три: о первом министре путей сообщения Мельникове, о профессии инженеров-изыскателей, прокладывающих маршруты для новых железных дорог, и о том, какие паровозы и локомотивы были в прошлом и какие ходят сейчас. Ну и о «Сапсане», конечно.

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить