перейти на мобильную версию сайта
да
нет

Новые детские книги Кузнецова, Буйе, Бородицкая, Ле Гофф, Ельчин, Литвина и Степаненко

Архив

Юлия Кузнецова «Где папа?»

Жизнь тринадцатилетней Лизы летит в тартарары: из зеркала на нее глядит толстуха и уродина, одноклассники издеваются, старшая сестра вредничает, друзей нет — а от того единственного, кто мог стать ее другом, Лиза сама же и отреклась. И вот на такое взвинченное, сердитое на всех и вся создание обрушивается еще один удар — папу, который один мирил Лизу со всем миром, сажают в тюрьму за экономическое преступление — за то, что когда-то «не ту бумагу подписал». Мрак и слезы — но книга на самом деле веселая и неунывающая: не про то, как плохо было, а про то, как справились, преодолели и дождались. Лиза за считаные страницы вырастает из затюканной буки в смелую девицу, находит друзей, забывает страх, видит в собственных родных то драгоценное, чего раньше не замечала, — и следить за такой героиней ужасно интересно.

 

Роб Буйе «Все из-за мистера Террапта»

В пятый класс американской школы приходит новый учитель, мистер Террапт, который все делает по-своему — по-своему сдвигает в классе столы, придумывает странные задания по математике, заставляет сообща готовить проекты, отправляет своих учеников работать в интеграционный класс к детям-инвалидам. Ученики медленно, но верно меняются, выходя из своей инфантильной позиции «не мое дело» и пробуя быть деятельными и ответственными — рассказ ведется от лица сразу семерых, они словно перехватывают друг у друга микрофон и рассказывают об одних и тех же событиях каждый со своей точки зрения. У каждого при этом свой скелет в шкафу — нерешенные проблемы, отравляющие жизнь. Катастрофа наступает, когда несчастный случай на школьной площадке укладывает мистера Террапта в кому и семеро его учеников оказываются как апостолы без Христа — преодолевать путь придется теперь самим, и неизвестно, вернется он или нет. Немного морализаторская, но трогательная история, придуманная школьным учителем Робом Буйе, заканчивается полным и безоговорочным хеппи-эндом.

 

Марина Бородицкая «Амур на подоконнике»

Романтический сборник поэта и переводчика Марины Бородицкой — про влюбленных и отвергнутых. «А Санька, белокурый бог,/Заедет мне под дых!/А что прием, когда врасплох?/И мне никак не сделать вдох,/Не добежать до них…» Лирические героини — будь им двенадцать лет, шестнадцать или много больше — беззащитны в своих чувствах и непобедимы в своей искренности; если любимые уходят, то любовь остается и рано или поздно прорастает снова. «И не было к ночи незваных гостей,/И я не сказала «не надо»,/И было у нас девяносто детей —/Аж два пионерских отряда».

 

Жак Ле Гофф «История Средних веков, рассказанная детям»

Школьник задает вопросы, к примеру: «Турниры — это игра или всерьез?», «Что такое святой Грааль?», «Зачем нужны были соборы?», «А как ухаживали за больными?» и так далее. Вопросы только кажутся беспорядочными, на самом деле диалог четко структурирован, но ни в коем случае не страдает академической сухостью. Наоборот. Историк Жак Ле Гофф, специалист по Средним векам, в своих ответах рисует живую картину «прекрасного и уродливого Средневековья»: как истинный ученый, он обожает предмет своего исследования и передает свою страсть читателям. Это не учебник истории и не энциклопедия, а скорее введение в курс дела, подробный инструктаж на берегу перед тем, как читатель отправится в самостоятельное путешествие по Средним векам.

 

Александра Литвина, Екатерина Степаненко «Рабочая тетрадь египтолога»

Сборник головоломок, игр, комиксов и увлекательных инструкций — как писать иероглифами, как переодеться в фараона и как правильно забальзамировать мумию. Пестрые задания объединяет сквозной сюжет: на некую фантастическую конференцию собрались ученые и первооткрыватели, каждый из которых внес свой вклад в египтологию. Геродот, Наполеон, Жан-Франсуа Шампольон, Гастон Масперо, Говард Картер, бесстрашная Амелия Эдвардс и другие коротко рассказывают об истории и культуре Древнего Египта, не забывая об анекдотах. «Однажды мисс Эдвардс приобрела мумию и отнесла ее к себе в каюту, однако такое соседство показалось ей невыносимым — мумия, несмотря на все ухищрения древнеегипетских мастеров, дурно пахла, и ее пришлось выбросить». Венчает задачник настольная игра «Древнеегипетское путешествие в загробный мир», цель которой — ускользнуть от чудовища Амата, гиппопотама с лапами льва и головой крокодила, и попасть на поля блаженства Иару.

 

Евгений Ельчин «Сталинский нос»

Москва, 1937 год. У Саши Зайчика ночью арестовывают отца, чекиста с Лубянки. Саша уходит из дома и бродит по городу, а утром спешит в школу, потому что сегодня его должны принять в пионеры — вот-вот исполнится заветная мечта. Скитания Зайчика по ночной Москве, попытка пройти к Сталину в Кремль и все последующие события в школе носят отчетливый характер гротескного бреда, жутковатого сновидения, где люди — нелюди, обезличенные и лишенные свободной воли «граждане», как по-зощенковски называет их Саша Зайчик, сам не понимающий, что должно быть по-другому. Отколотый у гипсового Сталина нос оживает и заговаривает с Сашей, попыхивая трубкой, — а в это время в школьных кабинетах читают гоголевский «Нос». Художник Евгений Ельчин, живущий в Америке, написал эту книгу на английском языке и сам проиллюстрировал, книга вышла в американском издательстве два года назад, а потом уже была переведена на русский. И если существуют романы в картинках, то «Сталинский нос» — это комикс в словах, где герои совершают действия одно драматичнее другого, но при этом лишены человеческой глубины. Происходит закономерная вещь: гротеск щекочет воображение, но не трогает сердце. И два послесловия к «Сталинскому носу» — одно Ельчина, который вспоминает напугавшую его встречу с вербовщиком КГБ, и другое историка Бориса Беленкина о репрессиях 1937 года — сообщают о мучительной теме больше, чем сама книга.

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить