перейти на мобильную версию сайта
да
нет

Эмиграция Как устроена жизнь в Шанхае

В Шанхай едут в основном по делу: за дешевой рабочей силой и отлаженным производством. При этом в отличие от Пекина или Гуанчжоу здесь еще и приятно жить. «Афиша» поговорила с обитателями Шанхая, переехавшими туда из России.

архив

Александр Щеднов, художник

Александр Щеднов переехал в Шанхай из Воронежа. Свою студию он снимает с друзьями из России

 

 

В Шанхае полгорода экспатов, так что привыкнуть к другой жизни не так уж и сложно. Через четыре месяца жизни здесь я начал снимать видео о городе. Я много ходил пешком, смотрел за местными и многое про Шанхай понял. Это огромный, просторный город с невероятными мостами, небоскребами и старым центром, который совсем не похож на современный город.

Первое, что мне бросилось в глаза, — это то, что китайцы постоянно везут какие-то грузы: кто на байк прицепит, кто прямо на себя, как на вьючную лошадь. Здесь много бедных, но при этом все ужасно доброжелательные, каждый тебе улыбнется и скажет: «Нихао» — «привет» то есть. Мне вообще показалось, что у китайцев нет ощущения, что они бедные. Они просто живут так, как живут, и все.

Китайцы жестокие. Когда происходит какое-нибудь происшествие дорожное или, скажем, человек в обморок падает, вокруг собирается толпа. Не для того чтобы помочь, а для того чтобы просто поглазеть. Китайцы любят зрелища.

В России я почти не ходил по клубам, а тут хожу. Возле клубов обычно толпятся нищие. Прямо как капризные дети, за руку хватают, тянут, клянчат. Уйгуры в шесть утра подходят с пакетами гашиша. Есть легкое ощущение беспредела, который не только не скрывается, а даже как-то поддерживается полицией. Хотя когда я снимаю, то стараюсь следить, чтобы полиции поблизости не было. Хотя обычно они улыбаются, но мне спокойнее, когда их рядом нет, чтобы вопросов лишних не задавали. Недавно у нас была история: мы сидели у клуба, а рядом у магазина ребята пили пиво и курили. Вообще-то, тут нельзя так делать, но полицейский ничего не говорил. Стоял и смотрел то на них, то на нас. А потом он просто подошел и в двух шагах от нас помочился. Это тоже для Шанхая нормально — здесь на улицах ссут все, от таксистов до экспатов. Антисанитария, конечно, о-го-го. На днях выхожу из магазина, рядом с забегаловкой стоит мотоцикл, а на нем две разделанные туши заветриваются. Здесь много мусора, потому что у людей нет привычки кидать мусор в урны, что довольно часто бесит европейцев, в том числе и меня.

Я пробовал всяких таракашек, собачку ел — для эксперимента. Но если ты вегетарианец или следишь за своим питанием, то в Шанхае тебе будет тяжело. Можно самому готовить или ходить по редким дорогим ресторанам европейской кухни. Но я предпочитаю не заморачиваться, а есть уличную еду, она вкусная, хотя, боюсь, совсем не полезная.

Если мне хочется успокоиться, я иду смотреть на людей, которые занимаются гимнастикой тайцзи. Иногда целая улица выстраивается в ряд. Только молодых среди них почти нет, одни пенсионеры. Китайцы иногда, конечно, выходят из себя, могут на тебя наорать громко, но до драк с экспатами дело не доходит. Если такое обнаружится, то китайца могут надолго в тюрьму упрятать.

 

 

Армен Карапетян, директор центра международного обмена

Армен Карапетян с сотрудницей его офиса и шанхайской студенткой, которую Армен отправляет работать в Америку

 

 

Я не знаю другого города, где я мог бы так дешево жить. В квартире такого размера, в районе с таким обслуживанием. Ни в Нью-Йорке, ни в Лондоне, ни в Гонконге я не сниму такой «стадион» за такие смешные деньги — полторы тысячи долларов. Сто метров в центре, в охраняемом комплексе с большим парком внутри. В Нью-Йорке этот парк был бы отмечен на карте Манхэттена зеленым квадратом, как отмечается любой парк, где больше 11 деревьев. А здесь — просто парк во дворе.

Это очень безопасный город. Здесь любят иностранцев. Я не могу сказать, нравятся ли мне китайцы, но мне здесь интересно. В Шанхае доступная уличная еда, она везде продается, она вкусная и стоит копейки.

Когда живешь в Шанхае, сдвигается точка географической привязки. Я живу здесь, и меня интересует не Европа, а места типа Филиппин или Вьетнама. Ты начинаешь смотреть с другой точки — в прямом смысле, — куда бы поехать и где было бы интересно.

В жизни местных очень важное место занимает караоке. Когда русские идут в клуб, китайцы идут в караоке. Одни размеры этих дворцов чего стоят! Здесь могут выстроить пятиэтажный караоке, где будет четыреста комнат для пения.

В Шанхае я не вожу машину. В Москве пробки намного хуже, но здесь такой хаос, что я серьезно боюсь попасть в аварию. В Москве раз в год обязательно заработаешь небольшую царапину, потому что ездят все в очень плотном потоке. Но я, честно говоря, не хочу с китайцами разбираться. Я думаю, что для местных я всегда буду виноват. Кроме того, здесь отличный общественный транспорт, такси дешевые. Нигде в мире нет такого дешевого такси. Так что мне на общественном транспорте передвигаться гораздо проще.

Я думал, что люди живут здесь гораздо хуже. Я с огромным удивлением, например, обнаружил, что китайские студенты жалуются на то, что во время поездки по программе Work & Travel им приходилось много работать. Я даже не представлял, как сильно изменился уровень жизни в Китае.

Я не хотел бы остаться в Китае навсегда. Плохо, если все решают деньги, а не притяжение китайской культуры. Но я точно понимаю, что у меня нет сил на то, чтобы открывать для себя иероглифы и всю эту поэзию позапрошлого тысячелетия.

Китайцы в Шанхае совсем не удивляются, когда иностранцы с ними говорят по-китайски. В Шанхае можно в принципе обойтись и без китайского. Но в ушах постоянно стоит этот звон: «Китай, Китай, Китай», «экономика, экономика», «Китай, Китай». Кажется недопустимым быть в Китае и упустить возможность выучить язык. Я надеюсь, что в будущем в мире будут говорить не только на китайском. Но на всякий случай…

 

 

Анатолий Травин, архитектор

Офис австрийского архитектурного бюро Hassell, в котором работает Анатолий Травин, переделали из старого заводского помещения. Hassell проектирует и строит жилье в Шанхае

 

 

Я учился в Петербурге, несколько лет учился и работал в Голландии, но потом понял, что в Европе довольно туго. И переехал за рынком в Шанхай. Я здесь не знал ни одного человека. Всего за две недели мне нужно было найти жилье. Я решил — это будет старый дом — и отправился во Французский квартал. Здесь я и живу, хожу почти каждый день в небольшой ресторанчик на углу, где все время толпы народу. Делаешь заказ, а девушка на велосипеде привозит на другую сторону улицы твою еду.

Шанхай сильно отличается от остального Китая. Здесь за разными архитектурными стилями видны торговые и культурные связи с Западом. Здесь были голландцы, американцы продавали керосин, здесь велись опиумные войны и шла борьба за рынки. Экспаты в Гонконге и Сингапуре обычно высокообразованные банкиры в белых рубашках, а здесь толпы всяких студентов, художников, писателей.

С точки зрения китайского языка у меня нет особенных амбиций. Я работаю в компании, где все общаются на английском, но клиенты-то все равно китайцы. Я понимаю, что пока не выучу язык, буду отрезан от этой культуры и от этих людей.

В архитектуре у китайцев, так же как и у русских, есть тяга к такому условно классическому стилю. Идея в том, что в жилой архитектуре сразу должен прочитываться статус хозяина. Должно быть четко видно, что одно здание простое и стандартное, а другое страшно дорогое и элитарное, и никаких общих черт ни в коем случае быть не должно. В Европе другой принцип: там всегда пытаются мешать социальное жилье с дорогим.

Я очень люблю гулять по району Пудун. Там все невероятных размеров. С одной стороны улицы на другую можно идти пять минут. Эти масштабы, зонирование, кстати, выросли из советского градостроительства.

Здесь страшные пробки, так что на машине ездить нет никакого смысла. Мне нравится, что я могу здесь ездить на скутере. Это не совсем легально, зато очень приятно. Еще я скучаю по вину, хлебу и сыру. Найти эти продукты в Шанхае довольно сложно.

Вне родного города всегда чувствуешь себя более свободным. Строительство башни Газпрома мне ближе, чем происходящее в Китае, но, как со сложными родственниками, в таких случаях хочется находиться подальше от дома.

 

 

Ольга Герцен, менеджер по производству

Ольга Герцен переехала в Китай из Владивостока. Шанхайская фирма, в которой она работает, производит и продает дорогие подарки

 

 

Я насытилась Китаем, первая эйфория и первый шок уже прошли. Я уже не слышу, как они орут, меня не смущают люди в пижамах на улице или как кто-то писает на тротуар.

Европейцу здесь сложно. Иностранцы едут сюда, потому что здесь можно легко заработать денег. Но Шанхай сильно изменился за последние десять лет. Это раньше были скромные цены и скромные китайцы на велосипедах.

Шанхай расслабляет, здесь все доступно. Захотел продуктов из супермаркета — позвонил, тебе привезли. Захотел поесть в 12 ночи — позвонил, снова привезли, да еще и спасибо сказали. Лень мыть голову — пошел в парикмахерскую, тебе за 30 юаней вымыли голову, сделали массаж, ты вышел довольный и счастливый. В России вообще такого нет, а если и есть доставка, то всегда платная.

Я принципиально не завожу домработницу. Сама часто готовлю русские завтраки. Хотя я очень люблю китайскую еду, потому что я на ней выросла во Владивостоке: китайские овощи, травки. Если уезжаю надолго, мне сложно без этой еды.

Китайцы хоть и хорошие люди, но специфические. Они трудоголики. Но при этом у них есть одно качество, которое просто выводит меня из себя. Возникает какая-то проблема, и они просто опускают руки и говорят: «Мей йоу банфа» — что-то вроде «Ну что ж, ничего не поделаешь». Тогда приходится все брать в свои руки и делать за них.

Мне нравится над китайцами подшучивать. Рассказывать им, что в России все ходят в лаптях и носят шкуры медведей. Они пугаются и, главное, всему верят, всему. Китайцы — наивные люди.

В Китае все решается за столом. Было время, я работала на производстве, ездила на фабрики каждый день, и каждый день обязательно заканчивался ужином с переговорами. Никто не любит эту традицию, но, я думаю, это правильно. В России все решается очень официально, при галстуках и пиджаках. Все так нервничают. А тут сидят, выпивают, едят.

Если что-то случается, китаец всегда будет на стороне китайца, даже если ты хорошо говоришь по-китайски. И если ты его друг.

В России я много лет водила автомобиль, и когда приехала сюда, мне по работе дали машину. Я села за руль и две недели пыталась ездить по правилам. Было ужасно страшно, руки тряслись. Здесь никто не смотрит в зеркала заднего вида, двойная сплошная никого не смущает. Все как хотят, так и ездят. Прошло время, и я поняла, что в Китае надо ездить как китайцы.

В идеале я вернулась бы в Россию. Родной язык, родные люди. Если здесь тебе станет плохо, вряд ли китайцы тебе помогут. Но в России нет такой работы, как здесь, экономика нестабильная, зарплата ниже. Туда стоит возвращаться только на позицию какого-то большого директора, который почти ни от кого не зависит.

Китай затягивает. Как бы ты ни старался уехать от Китая, все равно он тянет и тянет. Но приезжаешь, проходит месяц — и эйфория пропадает, лучше бы и не приезжал. Китай — легкий наркотик.

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить