перейти на мобильную версию сайта
да
нет

Эмиграция

«Дом и родина — это разные вещи»: москвичка о переезде в Милан

Люди

Новая героиня рубрики «Эмиграция» Анна Черткова, уехавшая из России в Италию восемь лет назад, рассказала «Афише» об улыбчивых итальянских бюрократах, местных традициях воспитания детей и отношении к приезжим из России.

Я уехала из России почти восемь лет назад. Причина переезда банальна: я поехала к своему итальянцу, который на тот момент был моим женихом уже восемь лет. Мы решили, что хватит тратиться на авиабилеты и скитаться по европейским столицам в выходные, пришло время попробовать пожить вместе. Здесь так заведено: перед свадьбой надо обязательно пожить вместе, присмотреться к будущему спутнику жизни, понять, как он или она ведет себя в быту.

Поначалу, конечно, очень скучала. Москва до сих пор остается моим любимым городом хотя бы потому, что я там родилась, это мой родной город. Мне по душе динамичная жизнь Москвы, ее живой пульс. Мне нравится очарование старинных московских улиц, скверов в самом сердце города, тихих дворов. Я всегда закрывала глаза на множество раздражающих факторов жизни в многомиллионном мегаполисе: грубость, невнимание к окружающим. Впрочем, этим грешат жители многих крупных городов: во Франции парижан упрекают в спесивости и заносчивости, москвичей — в хамстве, миланцам в Италии вечно пеняют на жизнь на бегу. Наверное, каждый для себя решает, где ему комфортней и с чем он готов мириться ради жизни в любимом городе.

Переехала я в Милан — мой жених тут жил, и после свадьбы мы здесь и остались. Я рада, что мне выпало жить именно в Милане, а не в каком-то другом итальянском городе. Именно в Милане, разноликом, многонациональном, шумном, хаотичном и вечно спешащем, я нахожу общие с Москвой черты. К тому же тут все привыкли к иностранцам и проще найти работу.

Поначалу пришлось с головой окунуться в волокиту с документами — итальянская бюрократическая машина так же неповоротлива, как и ее российский аналог. Итальянские госслужащие подчас живут по принципу «ничего не вижу, ничего не слышу, ничего никому не скажу». Поэтому нередко приходилось самой копаться в законах, собирать необходимую информацию и «напоминать» о себе властям, чтобы не затягивали с рассмотрением моего ходатайства.

Что касается местной бюрократии, я бы сказала, что с итальянскими чиновниками легче договориться — и не в том смысле, что вы подумали. Взяточничества здесь на бытовом уровне я лично не наблюдала — никто не дает на лапу, чтобы, к примеру, быстрей сделали паспорт. К итальянцам нужно найти подход — обязательно вежливо и с улыбкой. Будете качать права — сразу отправят гулять. Русские чиновники больше склонны упиваться своей властью и меньше готовы идти навстречу — ну или мне так везло. Итальянские бюрократы мне кажутся более улыбчивыми и отзывчивыми.

Мне всегда в Италии импонировал оптимистичный настрой ее жителей. У итальянцев есть поговорка «Жизнь тебе улыбается, если смотришь на нее с улыбкой». И это действительно так. Я стараюсь научиться у местных жителей их способности радоваться каждому дню, находить приятные моменты в любой ситуации и не унывать. Здесь сложно не радоваться жизни. Италия — это рай для гурманов, музей под открытым небом и самый настоящий курорт. Везде все ярко, вкусно, красиво. И все рядом — море, горы, озера.

Фотография: из личного архива Анны Чертковой

Конечно же, пришлось привыкать к другому менталитету, иной манере смотреть на вещи. Местный ритм жизни, даже в хаотичном Милане, после Москвы кажется спокойным и расслабленным. В Италии ко всему относятся проще, без нашего надрыва. Но одно дело наслаждаться такой передышкой в отпуске, другое — постоянно жить в замедленном темпе. Я до сих пор «мутирую» из задерганной москвички в здоровую пофигистку по-итальянски.

Мне во многом повезло — с первого дня в Италии я вышла на работу в международное digital agency, где и работаю до сих пор. Повезло сразу по двум причинам: во-первых, потому что работу в Италии, тем более иностранке, найти сложновато, а во-вторых, потому что довелось работать в интернациональном коллективе, где я общаюсь и дружу с людьми разных национальностей. Это здорово, когда с тобой здороваются и болтают на трех языках. В Москве я работала в солидном, тяжеловесном итальянском банке. Из мира респектабельных банкиров, дорогих костюмов, кожаных кейсов с важными документами и протокольных встреч я за какие-то дни катапультировалась в мир цифровых коммуникаций, неформальный, динамичный, веселый. Помню, как мне приходилось буквально ломать себя: я привыкла обращаться ко всем на вы, а тут над этой манерой добродушно смеялись и шеф, и коллеги.

Меня часто спрашивают, как мне после России работается в стране сиесты. В Италии все просто по-другому — это надо принять раз и навсегда. Работать — это вам не отдыхать, будь ты в России или за границей. И кстати, в Милане нет послеобеденной сиесты, по крайней мере в частных компаниях. Зато здесь с шефом можно запросто пить кофе, вместе обедать, бегать в парке, подружиться с его мамой и сестрой — и это никак не умаляет авторитет шефа на работе. В Москве я не могла бы позволить себе такие отношения ни с одним из моих руководителей — это было бы расценено в лучшем случае как панибратство.

Но, как ни странно, русские и итальянцами временами очень похожи. Я много раз слышала от итальянцев фразу о том, что русские — это грустные итальянцы. Между этими нациями больше общего, чем кажется на первый взгляд: та же расхлябанность, ленца, наплевательство, но в то же время великодушие, гостеприимство, подъем национального самосознания в минуту опасности.

Итальянцы, как русские, критикуют свое правительство и чиновников на чем свет стоит, но стоит только кому-то постороннему сказать что-то дурное о родине — так сразу встанут на ее защиту. Вообще, итальянцы очень политизированная нация: здесь все, от мясника до управляющего банком, искренне уверены, что справились бы с управлением страны не хуже, если не лучше правительства. Только в Италии можно субботним утром отправиться на рынок за фруктами и оказаться втянутой в шумную часовую дискуссию за бакалейным прилавком о месте Берлускони на политической карте страны и закате его карьеры.

Вообще, к итальянцам нужен подход — здесь среди общепринятых ценностей в человеке выделяют еще и приятность в обхождении. С итальянцами надо говорить на одном языке, но не обязательно на итальянском, а непременно на языке доброжелательности.

Фотография: из личного архива Анны Чертковой

Кстати, о языке. Я вполне неплохо говорю по-итальянски. Недавно у меня наша же соотечественница, тоже живущая в Милане, спросила: «А где твой акцент?!» По телефону меня часто принимают за итальянку — до того момента, когда приходится диктовать имейл с фамилией.

Итальянцы помоложе не любят формальности: сразу тебе ciao! и на ты. «Чао» вообще здесь чуть ли не слово-паразит. Как прощаются итальянцы? «Чао, чао, чао, пока, дорогая, целую, передавай привет Марио, чао, чао, ну все, пока, красавица, чао, чао, целую, чао, все!»

А есть, наоборот, очень церемонные итальянцы, как правило, посолидней и в должности, и постарше в годах. К ним иначе как «дотторе», «доктор», и не обратиться — обидятся. Этот титул присовокупляется автоматически к фамилии выпускников высших учебных заведений — только поколение помоложе этими формальностями пренебрегает, а взрослые бюрократы очень цепляются за всяческие регалии.

К итальянской манере общения надо привыкнуть. Итальянцы бурно жестикулируют, повышают тон, кричат наперебой, перебивают, машут руками. Русские — потяжелее на подъем, нас еще надо раскочегарить, а итальянцы в беседе стартуют с места в карьер.

Любимая тема для разговоров итальянцев — это еда. Если где-то за границей повстречаются два итальянца, то первым вопросом будет «Где здесь хорошо кормят?» Итальянцы на полном серьезе годами помнят лазанью тети Кармелы и домашний лимончелло дяди Марио. И все последующие лазаньи, жаркое, торты и ликеры в своей жизни они сравнивают с теми самыми стандартами высшего кулинарного счастья. Вообще, историй об итальянцах у меня — просто море, их я рассказываю в своем блоге. К тому же скоро выходит моя книга о секретах удачного брака по-итальянски, с рецептами итальянского семейного счастья и местных  блюд.

Здесь я общаюсь и с итальянцами, и с бывшими соотечественниками, в основном с русскими мамами в Италии. Некоторых итальянских друзей я унаследовала от мужа, некоторыми обзавелась сама. Многие из них тоже мамы, поэтому наша любимая тема — воспитание детей.

Я сравниваю то, как меня растили в Союзе, с современным воспитанием детей по-итальянски, некоторые аспекты которого мне не вполне импонируют. К примеру, пятилетний мальчуган в коляске, памперсе и с соской в зубах — это вполне обычная для Италии картина, но для меня она просто неприемлема. В России куда больше времени и усилий уделяют развитию детей — и музыка, и рисование, и кружки, и спортивные секции. А в Италии детей помимо детсада разве что в бассейн водят.

Фотография: из личного архива Анны Чертковой

С другой стороны, я думаю, итальянские дети вырастают более свободными, уверенными в себе и улыбающимися, чем, возможно, их сверстники в России. С тех пор как я сама стала мамой, я обращаю внимание, какие порой недоверчивые, замкнутые лица бывают у русских детей, особенно по сравнению с их итальянскими ровесниками.

Зато русские дети лучше воспитаны. В Италии — культ детей, здесь бамбини — это боги, которым позволено если не все, то многое. Я все же за золотую середину в воспитании: нужны и строгость и ласка.

Я все чаще задумываюсь над тем, какими вырастут мои дети. Будут ли они русскими? Итальянцами? Смогут ли они понять мои слезы на День Победы? Посмеяться над нашими анекдотами? Будут ли гордиться Россией? Захотят ли мои внуки учить русский язык? Мне бы хотелось, чтобы Россия всегда присутствовала и в моей жизни, и в жизни моих детей.

К русским здесь вообще относятся с интересом. Правда, среди итальянских мужчин бытует мнение о легкодоступности наших девушек. Мол, красивые и продажные. С этим мифом приходится бороться личным примером — меня даже прозвали «неправильной русской».

Про русских мужчин итальянцы думают, что они угрюмые, замкнутые и напряженные. А в целом русские — транжиры: щедрых покупателей из России любят настолько, что в каждом уважающем себя бутике есть хотя бы один русскоязычный продавец. А в знаменитом аутлете под Флоренцией открыли курсы русского языка и секретов общения с русскими покупателями, учитывая особенности нашего менталитета. Об этом была статья в авторитетной местной газете Corriere della Sera, вот только одна выдержка:

Первое правило — не обращаться с русскими чересчур фамильярно: широкие улыбки, бурные приветствия и подобострастие не очень желательны; подобное поведение без объективной причины русские считают фальшивым.

А вот к мигрантам в целом в Италии отношение неоднозначное — и теперешняя трагическая ситуация с политическими беженцами ее только обостряет. С одной стороны, итальянское добродушие и человеколюбие призывает к милосердию, а с другой, здравый смысл как будто намекает: «Баста!» — примерно такое суждение я совсем недавно услышала в разговоре двух почтенных итальянцев.

В целом я скучаю и по семье, по друзьям, по «моим» местам в родном городе. Вернуться, конечно, иногда хотелось, особенно поначалу, в размолвках с итальянским мужем: в сердцах, мол, «Ах, вот ты как?! А вот я сейчас сяду в самолет — и...!» Но сейчас мой дом — в Милане, там, где моя семья, мой муж и мои дети. Притом что я искренне люблю Италию, я не скрою, что мне бы хотелось иметь возможность чаще бывать на родине, в Москве. Все-таки, дом и родина — это разные вещи.

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить