перейти на мобильную версию сайта
да
нет

Фильм на выходные «Зазубренное лезвие» Ричарда Маркуанда

Каждую пятницу Станислав Зельвенский, опираясь на собственную интуицию, выбирает хороший старый фильм, способный украсить выходные и помочь дожить до понедельника.

Кино
«Зазубренное лезвие» Ричарда Маркуанда Фотография: Columbia Pictures

В своем загородном доме на берегу океана убита светская красавица Пейдж Форрестер, когда-то получившая по наследству издательскую империю. Убийца — мужчина в лыжной маске — связал ее, изрезал охотничьим ножом с зазубренным лезвием и кровью написал на стене «сука». Кроме того, он прикончил служанку и, по-видимому, ударил чем-то по голове подоспевшего мужа.

Мистер Форрестер (Джефф Бриджес) просыпается в больнице законным владельцем миллионов жены и основным — в сущности, единственным — подозреваемым в ее смерти. Во всяком случае, в этом убежден гособвинитель (Питер Койот), карьерист с хищными ушами. У мужа был мотив — вдобавок уборщик спортивного клуба, куда ходил Форрестер, вроде бы видел охотничий нож в его шкафчике. Защищать Форрестера после долгих уговоров берется адвокатша по имени Тедди (Гленн Клоуз), мать-одиночка и человек с принципами, то ли поверившая, то ли убедившая себя в его невиновности.

Один из лучших детективов 1980-х сочинил Джо Эстерхаз, в будущем автор «Основного инстинкта» и «Шоугелз», венгр-скандалист, за следующие десять лет ставший сперва самым успешным сценаристом Голливуда, а потом —главным его посмешищем. «Инстинкт» в общих чертах — авторемейк верхувеновского «Четвертого мужчины», но для Эстерхаза он тоже был в большой степени авторемейком. Декорации в «Лезвии» те же — элитная недвижимость Сан-Франциско, завязка та же — растерзанное тело на кровати. В роли Майкла Дугласа здесь выступает Гленн Клоуз, в роли Шэрон Стоун — Джефф Бриджес.

И там, и там главного подозреваемого мы узнаем в первые десять минут — и весь фильм посвящен единственному вопросу: виноват он или нет. Словно в зале суда — где и происходит значительная часть «Лезвия» ,— Эстерхаз по очереди вызывает свидетелей обвинения и защиты, хитроумно подбрасывает улики, убедительно указывающие в разные стороны. Это детектив, который мог появиться только в кино, с его безграничными возможностями манипуляции. В финале, каким бы он ни был, любой скажет: «Я так и знал!», — просто потому, что оба исхода всю дорогу лежат на поверхности.

Эстерхаз последовательно, фильм за фильмом, вульгаризирует высоколобый мотив «отчуждения»: человек — закрытая книга, мы ни черта не знаем даже о самых близких. В «Преданном» Дебра Уингер пытается понять, является ли ее возлюбленный правым экстремистом, в «Музыкальной шкатулке» Джессика Лэнг выясняет, что ее симпатичный отец в оккупированной Венгрии мог сотрудничать с фашистами (примерно такая же история произошла в жизни самого Эстерхаза). Здесь Гленн Клоуз бесконечно вглядывается в своего клиента — и видит только белые зубы и голубые глаза.

Бриджес, в те времена изображавший в основном славных парней в опасности, решает обманчиво простую, но невероятно сложную задачу: не играть ничего, оставляя таким образом простор для интерпретаций. То ли жертва обстоятельств, то ли воплощенное коварство, он в любом случае на протяжении всего фильма пассивен, уязвим. Для Клоуз Бриджес, с одной стороны, подзащитный — то есть лицо, требующее ее защиты, с другой — объект желания. Иначе говоря, он — при всей своей подчеркнутой мужественности — играет традиционно женскую роль (какую играл и в браке с миллионершей).

Мужская, соответственно, достается Клоуз — которая в остальном вполне женственна, и сценарист не поленился дать ей сразу двоих детей и ряд сцен с ними, вроде бы не имеющих прямого отношения к действию. Незаметная, подспудная перемена гендерных ролей — важнейший мотив для 1980-х в целом (в пару к этому фильму хорошо встает «Подозреваемый», где Шер защищает немого бомжа Лиама Нисона) и Эстерхаза того периода в частности. Его героини — сварщица, агент ФБР, адвокат, снова адвокат. С точки зрения истории — это социальная эволюция, с точки зрения автора палп-фикшн — кровавая борьба, в которой мужчина, потерявший точку опоры, хватается за нож. В жутковатом кадре в начале фильма Питер Койот, ухмыляясь, заложив руки за голову, почти мечтательно говорит: «Если бы я решил убить свою жену, я поступил бы именно так».

Но и мужская монополия на прямое насилие продлится недолго: через пару лет та же Клоуз перемешает карты в «Роковом влечении». А ее партнер Майкл Дуглас станет символом новой эпохи, в которой уже мужчине нужно постоянно беспокоиться за свою безопасность, в том числе сексуальную. Итоги десятилетия подведет как раз «Основной инстинкт». Коллизия «Лезвия» там вроде бы повторена зеркально, но уже и в таком раскладе пассивную женскую функцию снова выполняет мужчина, Дуглас, а мужскую — играющая с ним Стоун, которая в ключевые моменты фильма неслучайно оказывается сверху в самом буквальном смысле. Мужчинам остается писать на стенах «сука» — ну или предъявить обвинение в курении.

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Пссс! Не хотите немного классной рассылки? Подписывайтесь
Ошибка в тексте
Отправить