перейти на мобильную версию сайта
да
нет
Звуки

«Tetsuo & Youth» Лупе Фиаско

Все выглядит так: аутсайдер и великий неудачник от коммерческого рэпа возвращается с пятой номерной пластинкой, на которой одним махом избавляется от контрактного проклятья, возвращает все авансы, за годы выписанные его потрясающе преданными поклонниками, и, похоже, становится самым горячим рэпером на земле в данный момент. Но на деле не все так однозначно.

Если бы надо было выбрать исполнителя рэпа, наиболее ярко олицетворявшего перемены, произошедшие с жанром в середине нулевых, уроженец Чикаго Лупе Фиаско подошел бы как нельзя лучше. Волна так называемого бэкпек-рэпа, поднявшаяся с выходом альбомов Канье Уэста «The College Dropout» и «Late Registration», вынесла на поверхность совершено нового для хип-хопа персонажа — увлекающегося религией, аниме, джазом, видеоиграми и еще миллионом вещей (и постоянно упоминающего все это в своих текстах), техничного эрудита с заметной социально-политической позицией. Ботана, который не стесняется читать рэп о том, что он ботан, и не пытается иронизировать по этому поводу, метит в чарты и выступает с позиции силы, с которой необходимо считаться. Интеллигентный, похожий на стипендиата колледжа Лупе, способный метафорично и одинаково убедительно читать про скейтборды, зависимость от телевидения и исламофобию в Соединенных Штатах, стал открытием Джея-Зи, который помог подписать его на Atlantic Records. Первые две его пластинки пользовались уверенным успехом, а также заметно повлияли на коммерческий рэп (следы Фиаско этого периода отчетливо прослеживаются в записях Кендрика Ламара и Childish Gambino, например) и вообще довольно сильно тронули целое поколение — только гляньте, с какой теплотой вспоминают о сингле «Superstar» комментаторы на ютьюбе.

Почему бы, собственно, и не послушать тот самый сингл «Superstar»

Нулевые, среди прочего, запомнились началом конца рекорд-индустрии в привычном ее понимании и ослаблением влияния мейджор-лейблов. По-настоящему крупные деньги стали уходить с рынка, вместе с тем все чаще на первые строчки чартов стали врываться независимые артисты и вообще исполнители, вышедшие из интернета; лейблы, в свою очередь, стали экспериментировать и пробовать новые тактики. При этом, как ни странно, кое-где сохранились старые порядки, и Лупе оказался одним из тех, кто от них пострадал. Atlantic активно вмешивался в творческие процессы первых двух альбомов Фиаско (трек «Dumb It Down» с «The Cool» здорово обыгрывал борьбу лейбла с чрезмерной «мозговитостью» текстов артиста), затем компания задержала на два с половиной года выход его третьего, катастрофического со всех точек зрения, электропоп-альбома «Lasers», что в итоге вылилось в самые настоящие протесты и демонстрации фанатов Фиаско перед офисом компании. Оправляясь от ударов жадных до радиосинглов боссов рекорд-компании, Фиаско выдал четвертый диск, нескромно озаглавленный «Food and Liquor II: The Great American Rap Album (Part 1)», который на великий американский рэп-альбом был похож весьма отдаленно, откровенно утомлял и представлял собой что-то среднее между метящим в ротацию стыдным европопом и угрюмым заумным причитанием о том, что все вокруг плохо.

Удивительно, что борьба за свободу творчества с собственным рекорд-лейблом и невозможность полноценно следовать за музой свалилась именно на плечи амбициозного, «сознательного» рэпера, который в своих треках выступает против истеблишмента и жажды наживы, призывает в песнях к смирению и прощению, практически не затрагивает в своих текстах тем сексуального характера, не рассуждает о своем члене и даже известен довольно резкими высказываниями в адрес президента Обамы, что в современной черной поп-культуре практически отсутствует и вообще выглядит достаточно маргинально. Широко освещаемые в прессе непростые отношения Лупе с Atlantic Records сохранили рэперу фанатскую базу и почти десять лет теплили надежду на то, что он вот-вот освободится и всем покажет. Собственно, именно это сейчас и случилось.

Обложка альбома достаточно прозрачно намекает на то, что думает о нем автор, а именно мыслит его как произведение искусства — не больше и не меньше

Обложка альбома достаточно прозрачно намекает на то, что думает о нем автор, а именно мыслит его как произведение искусства — не больше и не меньше

«Tetsuo & Youth» — грандиозный выход в духе альбома «My Beautiful Dark Twisted Fantasy», без сомнения, самая главная запись рэпера, на которой он звучит так, будто срывает кандалы и наконец-то дорывается до микрофона, от которого его ранее насильно удерживали на расстоянии. Диск открывается девятиминутной композицией «Mural», в которой Лупе, постоянно меняя флоу, на впечатляющей скорости поверх переливающегося пианино и вокального семпла в духе Мэдлиба грузит примерно сто шестьдесят строчек без какого-либо хука, каждая из которых — необычайно сложно зарифмованный ребус, строящийся сплошь на аллитерациях, отсылающий то к компании по производству видеоигр Activision, то к мультсериалам «Top Cat» и «Secret Squirrel», то к создателю фрактальной геометрии математику Бенуа Мандельброту, то к Алиссе Милано с Майклом Дудикоффом. «Mural» — это настолько бескомпромиссно грандиозное рэп-произведение, что остается лишь преклонить колено; в сравнении с этим прошлогодний трек Эминема «Rap God» звучит как «Rapper’s Delight»; в сравнении с этим «Control» звучит как «The Message» Грандмастера Флеша и The Furious Five. Мечты Кендрика Ламара о поднятии общего уровня рэпа и возвращении в жанр соревновательной составляющей воплотились с лихвой; Лупе убрал решительно всех на первом же треке, включая и его самого. И это только начало — «Tetsuo & Youth» длится 80 минут, и в каждой из одиннадцати композиций (интерлюдии все-таки таковыми считать нельзя) Фиаско буквально «убивает микро текстами». В «Prisoner 1 & 2» он рисует современную Америку, в которой в тюрьме сидит каждый второй, а каждый первый вынужден ходить на свидания с заключенными и пользоваться сервисом Securus, связывающем с теми, кто находится взаперти. Параллельно он ведет историю собственного заточения в прогнившей рекорд-индустрии, а в середине разворачивает композицию на 180 градусов и демонстрирует точку зрения надзирателей, которые точно так же чувствуют себя в ловушке. В «Adoration of the Magi» он наставляет молодое поколение, используя одни лишь намеки на особенности геймплея видеоигр в диапазоне от Metal Gear Solid до Double Dragon, а в припеве зашифровывает отсылки к полдюжине известных обложек альбомов, на которых изображены дети, от «Illmatic» до «Nothing Was the Same».

В эпоху царствования в чартах коллективов Migos и Rae Sremmurd «Tetsuo & Youth» предстает недосягаемой вершиной интеллектуального рэпа, а Фиаско представляется едва ли не самым умным из когда-либо бравших микрофон в руки. Это сильная сторона альбома, но в то же время и главный его недостаток — среднему слушателю, не говорящему по-английски на действительно очень высоком уровне, не выросшему в окружении тех телешоу и тех личностей, на которые ссылается рэпер, на «Tetsuo & Youth» практически не за что зацепиться. Понятно, что схожие претензии применимы практически к любому зарубежному рэпу, но лишь тексты Лупе, даже прослушанные по несколько раз, с подробным разбором на том же Rap Genius, становятся понятны лишь на десятую свою часть. Когда слышишь «Mural», то невольно возникает ощущение того, что взаимодействуешь со сверхсилами и непостижимыми талантом и гениальностью, однако совершенно не можешь почувствовать к ним какого-либо отношения. «Top Cat chat, let’s begin another yarn / That’s flying saucer cheese or is it chicken parm?» — читает Лупей в одной из первых строчек. Разобрать это нагромождение слов на слух и объяснить по-русски, что все это значит, невозможно даже приблизительно — и так здесь все, и этого невероятно много, и все это происходит крайне быстро, настолько, что даже не получается синхронно читать стенографию. Впервые за долгое время современный коммерческий хип-хоп выставляет столь ощутимый языковой барьер, натыкаясь на который чувствуешь себя буквально идиотом, особенно после того, как долгое время слушал обладателя идеальной дикции Дрейка.

«Adoration of the Magi», упомянутый выше трек — один из хороших примеров того, чем плох и одновременно хорош «Tetsuo & Youth»

«Tetsuo & Youth», ко всему прочему, еще и не совсем музыкальный альбом — в смысле стандартов, которые установил для современного хип-хопа Канье Уэст. Минуса здесь хоть и интересны, но не проработаны действительно глубоко для того, чтобы «вставлять» своего слушателя в отрыве от текстов, бит не щеголяет запоминающимися мелодиями, чаще всего не выходит за пределы строгого функционала и представляет собой лишь дополнение к тексту — не зря в той же «Mural» Лупе заявляет, что «пишет свои картины словами». Исключение составляет, пожалуй, лишь «Dots & Lines» — яркий трек с запоминающимся и остроумным хуком, расцвеченный множеством сыгранных на живых инструментах деталей, а также губной гармошкой в духе Стиви Уандера. Будучи совершенно монументальной работой с точки зрения слова, «Tetsuo & Youth», с его многосложными восьмиминутными композициями и куплетами по 32 строчки, лишен того грува и энергии, за которыми, как правило, обращается к хип-хопу широкий круг слушателей. В конце концов, сам Лупе мало того что непростой во всех отношениях человек — еще и не слишком обаятельный и харизматичный: там, где его конкуренту по витиеватости панчей и другому чемпиону по игре словами, МФ Думу, удается удерживать внимание голосом и интонациями, у Фиаско зияет пустота. Персонаж рэпера — умудренный наблюдатель, парящий над действительностью и бытием и предпочитающий не повышать голоса.

«Tetsuo & Youth» — это, без сомнения, тот самый «Великий американский рэп-альбом», который сам автор в интервью называет не иначе как «Шедевр», имея на это полное право. Шедевр этот, однако, начисто лишен интерактивных функций и лучше всего обитает где-то на расстоянии. Этой фреской можно любоваться издалека и просто знать о том, что она существует; смотреть можно, но трогать нельзя.
Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Пссс! Не хотите немного классной рассылки? Подписывайтесь
Ошибка в тексте
Отправить