«Афиша Daily» продолжает цикл материалов о Стивене Кинге: по нашей просьбе переводчик Алексей Поляринов выбрал самые значительные произведения из его обширной библиографии.

«Кэрри» (1974)

У каждого писателя, как у супергероя, есть своя история восхождения. И так уж вышло, что часто они связаны с женами. В Колумбии, например, каждый знает легенду о том, как Мерседес Барча Пардо заложила в ломбарде фен, соковыжималку и обогреватель, потому что ее мужу — Габриелю Гарсии Маркесу — не хватало денег, чтобы отправить рукопись «Ста лет одиночества» издателю по почте.

«Кэрри», 1976 год

У Кинга все было примерно так же: своим успехом он фактически обязан жене Табите, которая однажды буквально из мусорной урны достала смятые первые страницы «Кэрри» и уговорила мужа продолжить работу: «В этой вещи у тебя что-то есть. Я в этом уверена». В итоге небольшой жутковатый роман о девочке-экстрасенсе принес автору славу и 200 тысяч долларов гонорара от издателя.

«Телекинез», 2014 год

Уже здесь, в дебютной книге, сквозит вполне узнаваемая кинговская потусторонность, которую так хорошо уловил Брайан Де Пальма, поставивший «Кэрри» в 1976-м. Все последующие попытки перенести историю на экран кончались провалом, в том числе версия 2014-го года с Хлоей Морец: авторы просто копировали основной сюжет, совсем, кажется, не замечая того, что сделало роман таким жутким и таким настоящим. Кинг вывел Кэрри типичным забитым подростком, которая не понимает, что происходит с ее телом, — и каждый школьник может поставить себя на ее место. В «Кэрри» Кинг — возможно, даже не осознавая этого, — открыл свою первую суперспособность: он понимает язык молодежи, их проблемы и страхи и, самое главное, умеет внятно говорить с ними на их же языке. Сегодня писателю почти 70, и каждое новое поколение подсаживается на его книги.

Перевод А.Корженевского

«Жребий Салема» (1975)

«Жребий Салема» — второй (и, кажется, самый популярный у школьников) — роман Кинга: здесь впервые появляются сюжетные тропы, которые позже станут его фирменными авторскими клише. Тут вам и дети-задроты в захолустном городке, которые случайно сталкиваются с потусторонней силой; писатель в депрессии, вернувшийся на малую родину, чтобы закончить роман и справиться с внутренними — а иногда и с внешними, — демонами; добрый школьный учитель; и, разумеется, утративший веру священник.

Сам Кинг писал о книге так: «Я специально придал роману сходство с «Дракулой» Брэма Стокера, и через некоторое время мне стало казаться, что я играю в интересную — по крайней мере для меня — игру, в литературный ракетбол. «Жребий» — мяч, а «Дракула» — стена, и я бью о стену, чтобы посмотреть, куда отскочит мяч, и ударить снова. Кстати, некоторые траектории были крайне интересными, и я объясняю этот факт тем, что хотя мой мяч существовал в двадцатом веке, стена была продуктом девятнадцатого».

«Темной башни» тогда еще не было даже в планах, но один из героев «Жребия Салема», отец Кэллахан, спустя 28 лет появится в пятой книге серии «Волки Кальи», станет частью ка-тета стрелка Роланда Дискейна и пройдет по тропе Луча.

Перевод В. Антонова
Купить и скачать в Литрес за
Читать отрывок
Купить и скачать в Литрес

«Сияние» (1977)

Незамысловатую фабулу «Сияния» знают даже те, кто не видел экранизацию: писатель Джек Торренс присматривает за отелем, постепенно сходит с ума, а в конце все умирают. И в этой простоте, думается, главная проблема книги: строго говоря, «Сияние» — один самых композиционно слабых романов Кинга. Если в «Жребии», скажем, была попытка как-то переосмыслить классику жанра, то тут автор не предлагает никаких сюрпризов или оригинальных ходов: это прямой, как школьная линейка, и не слишком изящный рассказ об отеле-призраке, каждый сюжетный поворот которого виден за километр. Когда в одной из первых сцен смотритель объясняет Джеку, как пользоваться бойлерами в котельной, над ними разве что не хватает неонового знака: «Внимание! Это будет важно в конце!» Таланта Кинга, впрочем, хватает на то, чтобы чем-то компенсировать бедную архитектуру сюжета: он достоверно описывает прогрессирующее безумие Джека Торренса, его проблемы с алкоголем и страх потерять ребенка.

Перенося роман на экран, Кубрик сделал упор именно на атмосферу — и не прогадал. Кадр с Джеком Николсоном, просунувшим голову в дыру в двери, по многим опросам, возглавляет рейтинг самых страшных сцен в истории кино, иногда конкурируя с эпизодом в ванной из «Психоза». Сам Кинг был, мягко скажем, не в восторге от работы Кубрика и в 1997 году сам написал сценарий к новой версии. Мини-сериал Мика Гарриса повторяет книгу почти дословно и потому выглядит нудным и избыточным, а из-за мизерного бюджета еще и ужасно дешевым. Вообще, отношения с кинематографом у Кинга всегда были сложными. Он очень любит кино, но, кажется, эта любовь безответна, и худшие его экранизации — как раз те, к которым он лично приложил руку.

Перевод И.Моничева
Купить и скачать в Литрес за
Читать отрывок
Купить и скачать в Литрес

«Противостояние» (1978)

«Противостояние» — первый по-настоящему большой и амбициозный проект Кинга, попытка написать своего «Властелина Колец». Сюжет такой: в результате эпидемии в США вымирает 99% населения, а те, кто остался в живых, скитаются по опустевшим городам и магистралям, сбиваются в группы и организуют новые колонии. Без сверхъестественного тоже не обошлось: за выживших сражаются мистические силы тьмы и света, и в новом, «перезагруженном» мире опять начинается противостояние — между двумя сообществами, двумя представлениями о добре. Также именно в этой книге впервые ясно заявлена одна из сквозных тем всех будущих романов Кинга — природа человеческого насилия.

Размах писателя оценили даже критики, которые прежде считали его поставщиком бульварного чтива про вампиров и мертвецов. Безлюдные пейзажи произвели на читателей такое сильное впечатление, что книгу до сих пор многие считают лучшей у Кинга — с полным на то основанием. Шутка ли — 900 страниц мелким шрифтом, сотни персонажей, куча сюжетных линий; не очень похоже на произведение, написанное ради денег.

Да и для самого автора «Противостояние» — важная веха: работа над книгой стала испытанием его таланта на прочность — и в мемуарах он подробно описывает сложности, с которыми столкнулся, пытаясь совладать с барочной архитектурой романа; он даже был готов бросить эту затею и признать поражение — но все же не отступился. В каком-то смысле «Противостояние» можно считать репетицией «Темной башни»: успех этого кирпича у читателей придал Кингу уверенности в себе — он понял, что ему вполне по силам бросить вызов тяжеловесам вроде Толкина. А главный антагонист «Противостояния», Рэнделл Флэгг, позже и вовсе переселится в «Темную башню» и встанет на пути у Роланда Дискейна, идущего по тропе Луча.

Перевод В.Вебера
Купить и скачать в Литрес за
Читать отрывок
Купить и скачать в Литрес
Подробности по теме
Стивен Кинг
Бейсбол, мертвецы, сияние: путеводитель по вселенной Стивена Кинга
Бейсбол, мертвецы, сияние: путеводитель по вселенной Стивена Кинга

«Мертвая зона» (1979)

В «Мертвой зоне» появляется еще один важный и даже судьбоносный для Кинга топос — автокатастрофа. Строго говоря, она фигурирует еще в «Жребии», но именно здесь покореженный автомобиль становится важным сюжетным элементом.

Завязка такая: главный герой Джонни Смит после аварии обретает способность видеть будущее — ему достаточно лишь прикоснуться к человеку. Однажды Джонни жмет руку кандидату в президенты Грегу Стилсону и видит, как тот, став первым лицом государства, развязывает Третью мировую войну. По ходу действия эта непритязательная история, похожая на проходной эпизод сериала «Сумеречная зона», здорово прибавляет в масштабе: чем дальше, тем сильнее маленький человек Смит, оказавшийся перед выбором (убивать или не убивать будущего тирана?), напоминает библейского Иону, тоже пытавшегося спрятаться от своей судьбы.

«Мертвая зона», 1983 год

Роман был настолько популярен, что в 1983 году за экранизацию взялся сам Дэвид Кроненберг. Имея на руках один из лучших текстов Кинга и Кристофера Уокена в главной роли, режиссер «Видеодрома» умудрился снять совершенно беззубую ленту, упустив сюжет о неподъемном бремени ответственности и настоящем, без красного плаща, героизме. В романе Кинг с первых страниц подчеркивал контраст между двумя героями — Джонни Смитом и Грегом Стилсоном — и долго готовил их неизбежное столкновение. В фильме антагонизма нет и в помине: Стилсон в исполнении Мартина Шина появляется на экране лишь на 70-й минуте, а руку ему Джонни жмет незадолго до конца и затем в следующей же сцене — форсированном и нелепом диалоге с врачом — отваживается на убийство. В итоге развязка выглядит просто надуманной: в романе Джонни долго решался на последний шаг и даже поседел — так сильно пугала его мысль о будущем; в фильме же между выбором и выстрелом проходит меньше суток, да и сам герой, кажется, не слишком себя терзает: поиграл желваками и пошел убивать.

Перевод В.Антонова
Купить и скачать в Литрес за
Читать отрывок
Купить и скачать в Литрес

«Рита Хейворт и спасение из Шоушенка» (из сборника «Четыре сезона», 1982)

«Побег из Шоушенка», как и «Сияние», смотрели, кажется, все, и пересказывать сюжет нет никакого смысла. Повесть по праву считается вершиной творчества писателя: история о несправедливо осужденном адвокате Энди Дюфрейне, который, получив пожизненный срок, нашел в себе силы не сломаться под тяжестью жизненных испытаний, — самая жесткая и в то же время самая светлая и оптимистичная вещь Кинга; сочинение калибра «Старика и моря».

«Побег из Шоушенка», 1994 год

Объяснить, почему из всех экранизаций выстрелила именно эта, довольно просто: автор сценария и режиссер Фрэнк Дарабонт в отличие от предыдущих постановщиков не стал покадрово копировать текст. Он поступил так, как и должен поступать любой талантливый сценарист: взял основную идею книги и выстроил фильм вокруг нее. Сценарий был так хорош, что один из коллег Дарабонта Роб Райнер (ответственный за адаптации «Трупа» и «Мизери») пытался выкупить у него права за 2,5 миллиона долларов. Над этим невероятным предложением (один из самых больших гонораров за сценарий в Голливуде на тот момент) Дарабонт раздумывал почти месяц и все же решил снимать самостоятельно, потому что, как он признался позже, «это был шанс создать что-то по-настоящему великое». Так оно и вышло.

Перевод С.Таска, В.Каневского, О.Лежниной, М.Опалевой, Е.Александрова
Купить и скачать в Литрес за
Читать отрывок
Купить и скачать в Литрес

«Оно» (1986)

Ничто не злит Стивена Кинга сильнее, чем заявления, которые начинаются со слов «писатель должен». И он наверняка от души посмеялся бы над попытками критиков как-то интерпретировать его наследие, увидеть автопортрет в сюжетах его романов. Но сюжеты — они как отпечатки пальцев: по ним всегда можно найти автора, как бы он ни пытался замести следы. Все герои-писатели у Кинга действительно похожи на него — они защищают право романиста писать так, как он хочет. Вот, например, слова Билла Денбро из «Оно»: «Почему рассказ обязательно должен быть социо-каким-то? Политика, культура, история… разве все это не естественные компоненты любого рассказа, если он хорош? <…> Почему бы рассказу не быть просто рассказом

«Оно», 1990 год

Это и есть главное кредо Кинга: история у него всегда на первом месте — и если она хорошо придумана, мораль автоматически будет зашита в ее ДНК. «Оно», содержащее все традиционные кинговские тропы, вполне можно прочесть как манифест против домашнего насилия: наиболее жуткие эпизоды тут — о бытовой жестокости, об издевательствах сильного над слабым. Вспомним хотя бы драку Беверли с мужем-деспотом, который пытается отлупить ее ремнем за неподчинение, за то, что повысила на него голос. Во всех книгах Кинга есть это внутреннее противоречие: они под завязку набиты монстрами, но главные чудовища в них все равно люди. Это еще одна его суперспособность — без назидания и занудства и не выпячивая подтекст поднимать серьезные темы: право женщины распоряжаться своим телом, право заключенных на гуманное обращение, право меньшинств на самоопределение.

«Оно», 2017 год

Судя по всему, свежий фильм, увы, будет типичным хоррором про зубастого клоуна. Есть какая-то злая ирония в том, что сериал от Netflix «Очень странные дела», формально не имеющий к Кингу никакого отношения, гораздо лучше передает атмосферу «Оно», чем все экранизации, вместе взятые.

Перевод В.Вебера
Купить и скачать в Литрес за
Читать отрывок
Купить и скачать в Литрес

«Мизери» (1987)

«Мне кажется, что писатели бывают двух видов, — писал Кинг в предисловии к «Темной башне». — Те, кто относит себя к более литературным или «серьезным» сочинителям, рассматривают все сюжеты и темы в свете вопроса: «Что эта книга значит для меня?» Те, чей удел — писать популярные книжки, задаются вопросом прямо противоположным: «Что эта книга значит для других?» «Серьезные» авторы ищут ключи и разгадки в себе; «популярные» ищут читателей. И те и другие — равно эгоистичны».

Всю свою жизнь Кинг провел где-то посередине, между двумя этими полюсами, в писательской «сумеречной зоне», — недостаточно изящен, чтобы заслужить похвалу в The New York Times, и в то же время слишком умен и харизматичен, чтобы считаться автором категории «Б». И потому темы раздвоения личности («Темная половина») и самозванства («Тайное окно») так часто возникают в его книгах. В романе «Мизери» главный герой, писатель Пол Шелдон, и вовсе становится жертвой безумной фанатки, которая держит его в заложниках и калечит за то, что он посмел написать что-то, что нравится лично ему, а не ей. Сам по себе сюжет «Мизери» тоже симптоматичен и легко читается как аллегория отношений коммерческого автора с аудиторией: сам Стивен Кинг точно так же много лет чувствует себя заложником своей многомиллионной армии поклонников, которые ждут от него жути с трупами и саспенсом, и в то же время — заложником критиков, вопрошающих, когда он наконец «перестанет заниматься ерундой и возьмется за ум». И оттого, наверное, многие его романы выглядят как сеансы самоанализа и саморазоблачения.

Перевод А.Григорьева
Купить и скачать в Литрес за
Читать отрывок
Купить и скачать в Литрес

«Темная половина» (1989)

Если «Жребий Салема» был попыткой Кинга написать своего «Дракулу», то «Темная половина» — очевидный оммаж «Доктору Джекилу и мистеру Хайду» Р.Л.Стивенсона; история о двойственной природе ремесла писателя. Протагонист Тадеуш Бомон — весь такой правильный, образцовый, твидовый писатель. Его «серьезные» романы плохо продаются, и потому однажды он в ярости сочиняет откровенно бульварную книжку, набитую ультранасилием, и публикует ее под псевдонимом Джордж Старк. Роман становится бестселлером, и Тадеуш на волне успеха пишет еще два, в которых с оттягом эксплуатирует все клише нуарных детективов. Тем временем книги самого Бомона — «настоящая» литература — никому не нужны: он остается нишевым писателем для знатоков. В какой-то момент раздвоение личности начинает тяготить Тадеуша, и он официально объявляет о том, что Джордж Старк мертв — то есть формально убивает свой псевдоним. Дальше — чистый хоррор: Джордж Старк выбирается из могилы и два альтер эго Кинга — книжный гик и сумасшедший — начинают выяснять отношения.

В пересказе все это звучит не очень впечатляюще, но для того чтобы увидеть в истории дополнительный смысл, достаточно вспомнить путь самого Кинга. Как-то раз пожилая женщина узнала его в супермаркете: «Я знаю, кто вы, вы автор ужастиков. Я не читала ни строчки из того, что вы написали, но я уважаю ваше право писать так, как хочется. Я-то люблю настоящую литературу типа «Побега из Шоушенка». Кинг так и не смог убедить ее, что эту книгу тоже написал он.

«Темная половина», 1992 год

Эта история (возможно, выдуманная) очень показательна. Кинг действительно крайне плодовитый и разнообразный писатель: большие творческие удачи чередуются у него с чудовищными провалами. Поэтому и в «Темной половине» вполне можно увидеть насмешку — над рецензентами и над нами, читателями, и нашей привычкой вешать на авторов ярлыки: этот пишет ужастики, а другой — о высоком; не перепутай. А почему, собственно, один писатель не может делать одно и другое одновременно? «Надеюсь, ты не ищешь в книгах Старка какой-то подтекст или дополнительный смысл? Потому что их там нет», — говорит Бомон своему другу, но мы-то с вами — те, кто читал «Противостояние», «Труп» и «Сердца в Атлантиде», — знаем, что автор лукавит. В «Темной половине» он дает нам всего понемногу: сцены, наполненные сатирой на издательский бизнес и шпильками в адрес литагентов и критиков, перемежаются со всевозможными клише из второсортных фильмов.

Книга действительно вышла очень кинематографичной, и голливудские продюсеры сразу оценили ее потенциал. В 1992 году за постановку взялся автор «Ночи живых мертвецов» Джордж А.Ромеро, написавший к фильму сценарий; картина, как и «Мертвая зона» Кроненберга, почти дословно копирует роман, и в этом ее главная проблема — она просто не работает без фигуры автора. У книги был дополнительный иронический слой — Ромеро же снял хоть и атмосферный, но откровенно вторичный хоррор.

Перевод Т.Покидаевой

«Бессонница» (1994)

«Бессонница» — роман, в котором Кинг еще прочнее сплетает мир «Темной башни» с другими своими произведениями. Главный герой Ральф Робертс из-за проблем со сном начинает видеть ауры людей и еще — странных существ, «маленьких лысых врачей», которые приходят к жителям Дерри, чтобы решить, кому жить, а кому умереть. Действие книги происходит в Дерри, штат Мэн, в том самом городке, где Билл Денбро и его друзья совсем недавно сражались с темными силами и с собственным прошлым в «Оно»; тут же впервые появляется враг Роланда Дискейна — Алый Король (в другом переводе — Багряный Владыка).

Среди прочих романов Кинга «Бессонница» важна еще и потому, что здесь автор снова пробует что-то новое: он тянет в книгу греческие мифы, гнет их и переписывает для своих целей, попутно делая их частью мифологии «Темной башни». Кинг сталкивает протагониста с мойрами — Клото, Лахесис и Атропос (у греков мойры были женщинами, у Кинга они больше похожи на мужчин), — которые прядут нити судьбы и определяют участь каждого живущего на Земле человека. Фактически Робертс вступает в бой не со злодеем или темной силой, а с греческой идеей рока и смерти, — так автор пытается ответить на важные для себя вопросы: существует ли свобода воли? Или же каждый наш поступок — заранее продуманный узелок на нити, которую держат в руках Клото и Лахесис?

Перевод Н.Гордеевой, Т.Покидаевой, О. Ращупкиной
Купить и скачать в Литрес за
Читать отрывок
Купить и скачать в Литрес

«Сердца в Атлантиде» (1999)

Кинг написал 55 романов и 10 сборников рассказов, но, как ни странно это звучит, до сих пор борется за право быть частью американского литературного канона. В 2003 году, например, на церемонии Национальной книжной премии ему вручили медаль «За выдающийся вклад в литературу», и свое недовольство по этому поводу тут же выразили писательница Ширли Хаззард и профессор Йельского университета, автор книги «Западный канон» Гарольд Блум. Cам Кинг, принимая награду, признался со сцены, что десять лет назад, в 1993-м, им с Джоном Гришэмом пришлось покупать билеты, чтобы попасть на церемонию, — авторам «Оно» и «Фирмы» попросту не выслали приглашения. Таких неприятных моментов в карьере Кинга — десятки. Ты можешь писать рассказы для The New Yorker и получать за них премию ОʼГенри, но тебя все равно будут презирать твидовые профессора из Йеля.

Даже «Сердца в Атлантиде» — самый «серьезный» и политически заряженный роман Кинга — был встречен критикой неоднозначно. Все признавали мастерство автора, но, как всегда, почти никто не смог заставить себя сказать вслух: это большая литература. «Сердца» — если не считать первую, отсылающую к «Темной башне» новеллу, — абсолютно реалистическая книга: история нескольких друзей, которые выросли в Америке 1960–1970-х — в эпоху хиппи, войны во Вьетнаме и политических дрязг в США; история о том, как время калечит нас и формирует наши взгляды; о том, что только в детстве ты можешь быть по-настоящему счастлив.

Перевод И.Гуровой
Купить и скачать в Литрес за
Читать отрывок
Купить и скачать в Литрес

«Как писать книги» (2000)

Воспоминания Кинга так же увлекательны, как и его романы: «Как писать книги» — автобиография мальчика из маленького провинциального городка, который просто хотел сочинять рассказы и еще не подозревал, что, даже став крупным автором, будет зажат между двумя желаниями — писать для себя и писать для читателей.

Именно здесь, в мемуарах, во всех этих бытовых зарисовках просвечивает настоящий Кинг, которого любят миллионы. Поставщиков ужастиков на рынке много, но, кажется, никто, кроме него, не способен так ярко и эффектно фиксировать повседневность, цеплять читателя деталями и приметами времени. В этом смысле Кинг — такой американский Бальзак, летописец и землемер одноэтажной Америки 1970–1990-х: видеокассеты, сигареты без фильтров, игровые автоматы, грайндхаус, открытые кинотеатры, велосипеды с изолентой на спицах, раздолбанные «шевроле» с ржавыми кузовами, свисающие с дерева качели-покрышки у дома, неоновые вывески, придорожные забегаловки, поляроидные снимки, автоматы с газировкой, гамбургеры, календари с девушкой месяца из Playboy в туалетах, протертый линолеум, москитные сетки на дверях в Бангоре, Касл-Роке, Дерри и прочих кинговских захолустных городках — вымышленных и не очень.

Уж если говорить о ярлыках, то Кинг, конечно, никакой не король ужасов — он самый настоящий гений места, сделавший для штата Мэн столько же, сколько Фолкнер — для юга США. И у него тоже есть своя Йокнапатофа — вселенная «Темной башни».

Перевод М.Левина
Купить и скачать в Литрес за
Читать отрывок
Купить и скачать в Литрес
Подробности по теме
Стивен Кинг
Почему невозможно экранизировать «Темную башню» Стивена Кинга?
Почему невозможно экранизировать «Темную башню» Стивена Кинга?

«Темная башня» (1982–2012)

1 / 8
2 / 8

О замысле и работе над «Темной башней» мы знаем довольно много: Кинг в этом смысле очень дружелюбный автор, для каждой своей книги он сочиняет отдельное предисловие или метаэссе, где сообщает, как и когда он задумал написать то или иное произведение.

Идея «Темной башни», например, посетила его в 1970-м в кинотеатре в родном Бангоре на фильме Серджо Леоне «Хороший, плохой, злой»: «Если вы видели этот безумный вестерн только по телевизору, вы никогда не поймете, о чем я сейчас говорю, — прошу прощения, но это так. В кинотеатре, на широком экране, «Хороший, плохой, злой» — грандиозная эпопея, вполне сравнимая с «Бен-Гуром». Клинт Иствуд предстает великаном восемнадцати футов ростом, и каждый волосок на его заросших щетиной щеках — по размерам как раз с молоденькое деревце. Морщинки у губ Ли Ван Клифа глубоки, как каньоны, и на дне каждого может быть червоточина. <…> И в своем непомерном воодушевлении — которое, как я себе мыслю, бывает только у очень молодых, — я хотел написать не просто очень длинную книгу, а самую длинную популярную книгу в истории». И это еще одна из причин, почему мы все любим Кинга: он — писатель, который ставит перед собой самые странные и амбициозные задачи и идет до конца ради их выполнения. В 22 года он решил написать самую длинную книгу в истории — и спустя 34 года он этой цели достиг.

Чтобы понять, насколько важна для Кинга «Темная башня», обратимся к 1999 году — пожалуй, самому страшному в его жизни, — когда его сбила машина и он чуть не погиб. «Года через три после этой аварии я раздавал автографы… в магазине Borders в Дирборне, штат Мичиган. И вот подходит ко мне один парень и говорит, что он жутко рад, что я остался в живых. <…>

— Мы сидели с одним моим другом, и тут сообщили, что вас сбила машина, — сказал этот парень. — А мы сидели как два дурака, качали головами и все приговаривали: «А как же Башня?! Она опрокидывается, она падает, ой, блин, теперь он ее никогда не закончит».

Та же самая мысль приходила и мне — беспокойная мысль о том, что, построив Темную башню в коллективном воображении миллиона читателей, я должен беречь ее, пока люди хотят про нее читать. <…> Роланд защищает Башню по-своему: он пытается обезопасить Лучи, которые поддерживают Башню. А я должен ее защитить — я это понял после аварии, — закончив историю стрелка».

«Темная башня» росла вместе с автором. Первая книга, опубликованная в 1982-м, была по сути обычным фанфиком, подростковым вестерном — мрачный, срисованный с Клинта Иствуда герой преследовал в пустыне таинственного человека в черном, встречал местных жителей и иногда ввязывался в неприятности — даже успел устроить бойню и мимоходом расстрелять население целого города. Во второй книге, «Извлечение троих» (1987), Кинг — уже опытный, смелый автор — начинает расширять вселенную, и реальность стрелка впервые пересекается с нашей: Роланд находит двери-порталы, ведущие в США 1980-х, и извлекает оттуда новых друзей — Эдди и Одетту. Третья книга, «Бесплодные земли» (1991) — очередной этап в карьере писателя: здесь он уже вовсю усложняет архитектуру мира, продумывает его правила и к изначальному каркасу вестерна прикручивает элементы фэнтези, а также явные и скрытые аллюзии на Т.С. Элиота, Фрэнка Баума и Толкина. А дальше начнется чистое и прекрасное безумие — от червоточин и говорящих поездов до временных парадоксов и отсылкам к фильму «Семь самураев». В шестой книге Кинг и вовсе начнет играть в метапрозу и впишет в «Темную башню» самого себя, и Роланд Дискейн приедет в Бангор, штат Мэн, чтобы сообщить ему, автору, что он, стрелок, действительно существует, — и еще сотни, сотни подобных деталей.

Перевод Т.Покидаевой, В.Вебера
Купить и скачать в Литрес за
Читать отрывок
Купить и скачать в Литрес