перейти на мобильную версию сайта
да
нет

«Теперь мне не нужно пить»: Карл Хайд об Underworld, аудиоплеерах и политике

Группа Underworld, которую большинство помнит как авторов «той песни из «Trainspotting», в ближайшие выходные выступает на фестивале Alfa Future People в Нижегородской области.

Музыка
«Теперь мне не нужно пить»: Карл Хайд об Underworld, аудиоплеерах и политике
  • Вы в курсе, что едете на фестиваль, где будут в основном EDM- и дабстеп-музыканты вроде Nero и Deadmau5?
  • А мы и раньше играли на EDM-фестивалях — несколько раз были в США на Electric Daisy Carnival, например. EDM — это ведь тоже электронная музыка, а электронная музыка бывает очень разной, и за это я ее как раз люблю. К тому же любой фестиваль — это в первую очередь праздник. На фестивали с танцевальной музыкой люди приходят для того, чтобы, собственно, потанцевать. Если у других, как и у нас, получается делать музыку, под которую люди хотят танцевать, — мы только рады.
  • Вы вообще без каких-то внутренних противоречий в Россию едете?
  • Конечно. Какие могут быть противоречия?
  • Ну, знаете, политическая ситуация…
  • Ха! Политики? Какое политики имеют отношение ко всем нам?! Я — музыкант, я занимаюсь музыкой, и я верю, что это мой положительный вклад в мир. Одна из причин, по которым я стал заниматься музыкой, — мне нравилось, что люди разных культур, разных национальностей собираются в одном месте и устраивают праздник. А политики… Политики говорят на другом языке — и благослови их Господь!
  • Alfa Future People — фестиваль не только музыки, но и технологий. Была ли, на вашей памяти, технология, которая действительно стала революционной для всех слушателей и музыкантов?
  • Была. Sony Walkman! Это потрясающее ощущение — впервые получить портативный доступ к музыке. Конечно, транзисторное радио — это тоже грандиозно, особенно на то время, когда оно только появилось. Но Sony Walkman… Взять музыку с собой и слушать ее на ходу… Это действительно воспринималось как революция.

Безусловно, главный хит Underworld, сочиненный Хайдом в алкогольном бреду и прозвучавший в дэнни-бойловском фильме «На игле», — «Born Slippy»

  • Вы до сих пор иногда играете вживую свой альбом «Dubnobasswithmyheadman» целиком.
  • Да, и каждый раз это грандиозный опыт. На концертах мы с Риком (второй участник Underworld. — Прим. ред.) возвращаемся в то время, когда сочиняли «Dubnobass…», и вспоминаем, во что мы тогда верили, о чем думали, какому подходу следовали. Все эти вещи со временем меняются — ты делаешь что-то, что тебе нравится, но потом тебе становится скучно, и ты начинаешь думать совсем о другом. А тут мы снова можем прочувствовать тот дух, что царил тогда в студии, — и все это благодаря музыке. 
  • В одном интервью вы говорили, что вокал для этого альбома как будто записывали не вы, а «кто-то другой». Это потому, что вы тогда были алкоголиком, о чем вы не раз рассказывали?
  • Те тексты я сочинял в самый мрачный период своей жизни. Мне, конечно, интересно пропевать их сейчас со сцены, но вообще-то очень приятно сознавать, что я все это пережил и больше не вернусь в то время. Это был, с одной стороны, ценный опыт, а с другой — все-таки совершенно кошмарный. Я ходил в самые злачные места города, я постоянно находился в ситуациях, угрожающих моей жизни! Потом мне пришлось всему переучиваться: как писать тексты, как находить в себе страсть делать что-то, как вообще взаимодействовать с окружающим миром… И теперь мне действительно совсем не нужно пить.
  • Сейчас вы кажетесь довольно счастливым человеком.
  • Как будто бы да. Я совершенно точно стал счастливее, чем был во время работы над «Dubnobass…». Обычно я просыпаюсь рано и еду в кафе, сажусь там и пишу в блокнот. Затем наблюдаю за тем, что происходит вокруг, потом загружаю багажник аппаратурой и еду к Рику. Сейчас мы встречаемся каждую неделю — готовим новый альбом. Начинаем в десять и продолжаем часов до пяти, около 19.00 я начинаю писать — и так где-то до 23.00. Совсем поздно ночью я работать не могу — мозг умирает. Но я до сих пор часто приношу в студию мрачные, рефлексивные тексты, а Рик кладет их на радостную, ободряющую музыку, поэтому мне так нравится работать с ним. Так у нас все и получается.
  • Вы же не только занимаетесь музыкой, но и пишете, и фотографируете.
  • Одной музыки мне всегда не хватало. Я окончил арт-колледж, и искусство как таковое всегда было для меня местом, куда я могу сбежать от других людей. Я выхожу на улицу и собираю там информацию, нахожу идеи, которые потом становятся текстами песен, — так происходит с конца 80-х. Уже тогда у меня появилось желание сочинять в день по строчке, а сейчас я публикую свои тексты в интернете — с 2000 года каждый день пишу в дневник. У меня есть очень раннее воспоминание на уровне ощущения: мне было года три, и уже тогда я занимался каким-то искусством, чтобы сбежать от людей. Первая гитара появилась у меня в 7 лет, в группе я начал играть в 11. С тех пор музыка и искусство борются внутри меня. 
  • А расскажите про Брайана Ино — вы же с ним в прошлом году два альбома записали.
  • У Брайана огромный опыт, и в то же время он всегда очень спокоен. Он не стремится быть на первых местах в чартах. Он просто хочет делать нечто красивое, нечто дающее слушателю ощущение, что тот получает ценный опыт. Я вырос на его музыке, его философии, и мы знакомы уже лет двадцать — мне казалось, что все эти двадцать лет знакомства мы проработали вместе. Он говорит что-то, а я обычно отвечаю: «Да, знаю». Когда в студии я ему что-то предлагаю, он: «О, отличная идея». — «Так это же ты сказал в Берлине в 1980-таком-то году. — «А, ох. Ну окей».
  • Ну вы с ним хоть в чем-то не соглашались?
  • У нас не было ни одного конфликта. Брайан знает, как собрать людей вместе и выжать из них максимум. Иногда он специально подстраивал ситуации, которые выводили нас из зоны комфорта, чтобы мы еще больше старались. Например, меня он попросил быть лид-гитаристом, хотя я вообще не видел в этом смысла. Он правда старался, но в конце концов сказал: «Ого, черт. Ты и правда не можешь играть на лид-гитаре». Я с детства, еще когда увлекался фанком, играл на ритм-гитаре — поэтому и полюбил ритм, танцевальную музыку. А про зону комфорта — Underworld всегда следовали тому же подходу. Лучше всего, когда на сцене что-нибудь идет не так: вот тогда происходит самое интересное. Комфорт и удобство — это смерть искусства. Мы с Риком сейчас пишем новый альбом Underworld и каждый день стараемся вытаскивать себя из зоны комфорта. Мы ни в коем случае не хотим повторять прошлое — это безвкусица, это самое ужасное, что может быть.

Карл Хайд в составе группы Underworld выступит на фестивале Alfa Future People в Большом Козино 18 июля.

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить