перейти на мобильную версию сайта
да
нет

Рабочие материалы

Манипуляции, угрозы, ночные выезды: как работают коллекторы

Люди
Фотография: Shutterstock

Почему лучшие сотрудники коллекторских агентств — бывшие полицейские, в каких случаях можно простить должника, кого называют свежим мясом и как спасти человека от самоубийства — «Афиша» поговорила с коллекторами о том, как устроен их труд.

Ольга Ольга Коллектор

По закону о банковском деле договорные отношения между клиентом и банком расторгаются после 90 дней просрочки платежа. Как только расторгаются отношения, банк, как правило, продает «портфель» должника коллекторам.

Смысл в том, что за каждый день просрочки банк взыскивает и штрафы, и пени. Просроченная задолженность увеличивается в геометрической прогрессии. В некоторых банках каждый день просрочки — это плюс один процент от всей суммы. Это огромные деньги. Если кредит в валюте, то суммы становятся просто космическими. 

Что представляет собой работа коллектора

Главный миф: коллекторы — это специалисты с экономическим или юридическим образованием. На самом деле коллекторы — люди самой низкой квалификации, которые не знают ничего о банке. У них есть только поверхностные знания. Выучиться на коллектора в учебном заведении нельзя. Работе учат уже внутри отдела. Туда берут наглых, нахрапистых, беспринципных. В банковской сфере эти люди стоят на самой низкой ступени. Коллекторы — это в основном выходцы из полиции, армии и те, кто больше просто ничего не умеет. Как правило, в коллекторских агентствах  куча случайных людей. Если это Москва, то 99% сотрудников — приезжие. Среди коллекторов порядочных людей очень мало.

Часто на эту работу берут тех, кому не на что жить. Потому именно такие люди готовы любой ценой выбивать из заемщика долг. Я много раз присутствовала при собеседованиях и сама собеседовала. Хорошими кандидатами считаются молодые люди, которые только что пришли из армии, то есть те, кто не умеет больше ничего, кроме как быть наглым. Также берут тех, кто закончил службу в армии по выслуге лет, молодых пенсионеров от 30 до 40. С руками отрывают бывших ментов в любом ранге. Они считаются очень ценными сотрудниками, поскольку изначально умеют относиться к клиентам, скажем так, плохо. Примечательно, что берут на работу только людей в возрасте до 45 лет. 45 — это крайний предел: считается, что с возрастом человек становится мягче, сентиментальнее. Взыскивать в полном объеме и отрабатывать свою норму пожилые люди не смогут.

В команде коллекторов существует определенное распределение ролей. Две главные роли — это «тихоня», который интеллигентно все объясняет по телефону, и «гопник», который по ночам выезжает к тем, кто на звонки не реагирует.

Был у нас в команде один тихоня-интеллигент. Губастый, вечно что-то жующий, вид у него был такой, что посмотришь — заплачешь. Но он так грамотно выбивал деньги! Люди же его не видят, и вот он им по телефону бархатным голосом начинает вещать об их долгах. Он брал тем, что очень хорошо разбирался в цифрах. Мог по полочкам спокойно все разложить. Получал он за свою тонкую работу бешеные деньги, его очень ценили. 

Половина должников отдают деньги после звонков и писем с угрозами. Остальных приходится «обрабатывать» гопникам. Гопники — это как раз бывшие менты, армейцы, некоторые приезжие. Как правило, это такие страшные дяди, у которых кулак размером с голову. 

До того как банк разрывает отношения с клиентом, сотрудники не имеют права клиенту грубить, они могут лишь аккуратно предупреждать его о последствиях. После того как отношения расторгнуты, банк не несет никаких обязательств. Соответственно, начинается коллекторский жесткач.

В моем коллективе в тот момент, когда я пришла, работали 50 мужчин. Сначала меня определили на обзвон. Телефонные разговоры удавались мне лучше, чем нахрапистым мужикам, потому что за плечами был психфак — мне не составляло труда войти людям в доверие. Чтобы работать там, нужно быть готовым к тому, что на тебя выливается много негатива. Когда клиент рассказывает тебе о своих финансовых проблемах, это очень тяжело. Люди ведь реагируют по-разному: кто-то  начинает плакать, кто-то  верещать, кто-то впадает в истерику, кто-то говорит, мол, приезжайте, я все отдам, только отстаньте. Уходя с работы, нужно оставлять все это в кабинете, иначе просто можно с ума сойти.

Бывшие менты, которые работали у нас, часто просто-напросто спивались. Их угнетало, что они не могут применить к клиентам жесткие меры, к которым привыкли на прошлой работе, им было скучно. Им было трудно перестроиться, ведь они привыкли работать грубо, при необходимости применять силу. А тут так нельзя.

Мне за время работы попадалось много случаев, когда я понимала, что банк сам виноват. Я объясняла это клиентам, и мы им даже возвращали деньги. За это, конечно, начальство по голове не гладило. Коллеги смотрели как на сумасшедшую. Мужики из ментовки вообще не вникают никогда, кто виноват, у них другая цель. Да они и в принципе не знают банковских нюансов.

Нужно понимать, что должники — это не преступники, а люди, которые не могут решить свои проблемы сами. Такое отношение к заемщикам дало мне возможность выполнять план и оставаться человеком. По разговору я могла выявить психологические особенности человека, его потребности. Я никого не осуждала. Понимала, что люди в большинстве случаев попадают в такие ситуации по вине обстоятельств, а не по собственной дурости. При этом нужно уметь вставить мозги и тем, кто влип по дурости. Раньше я занималась нейролингвистическим программированием, это помогало мне при разговоре с должниками навязывать им свои стереотипы, делать то, что мне нужно.

У коллекторов есть четкая установка, что нужно говорить клиенту. Произносить что-то не по сценарию запрещается. Если вдруг должник начинает задавать неожиданные вопросы, ответов на которые у тебя в скрипте нет, надо как можно скорее заканчивать разговор, чтобы не сказать что-нибудь не то.  Звонить должнику нужно определенное количество раз. Все типовое. Людям кажется, что коллекторы — это моральные уроды. На самом деле они просто работают по установленным начальством стандартам.

Инструментарий коллектора 

Я брала тем, что очень тщательно готовилась к каждому звонку. То есть приходит ко мне дело, я изучаю, что за человек, где работает, какая у него семья, узнаю, где работает жена, сможет ли она ему помочь выплатить долг, можно ли дополнительно воздействовать на нее. По номеру телефона сейчас вообще легко пробить многое. Если человек живет в многоэтажке, то в его доме по-любому живет еще пара клиентов этого банка. Можно воздействовать на клиента через них. Например, звонить его соседу и говорить, мол, а вот Иван Иванович  (должник) такой нехороший, вы с ним общаетесь? Человек говорит, мол, да. И мы просим его передать соседу, что он должен денег. Если каждый день долбить соседа заемщика, чтобы он напоминал должнику о том, чтобы тот выплатил долг, то этот сосед после пятисотого звонка уже сам будет готов за ухо привести неплательщика в банк, лишь бы от него наконец отстали. Многие коллекторы этим приемом пользуются. Особенно хорошо это работает в деревнях, где все друг друга знают и боятся огласки.

А еще одно время у нас была такая практика — мы обклеивали подъезд листовками, где было фото должника и надпись: «В вашем доме живет Иван Иванович, он должник». В регионах это отлично работает. В Москве и Питере — нет, в больших городах людей трудно чем-то смутить и заставить краснеть.

Заемщик, просрочивший оплату на срок от 90 до 180 дней, на коллекторском языке называется свежим мясом. Это люди, с которыми банк только-только разорвал контракт и передал их коллекторам. Такие должники еще не осознали всей тяжести своей ситуации, они напуганы, и с них можно выбить деньги прямо с первого звонка.  Сотрудник банка неожиданно им звонит и говорит, мол, знаете, а у вас задолженность, тут судом пахнет уже, и заемщик, испугавшись, сразу же бежит платить. Манипуляции и угрозы всегда начинаются с первого звонка.

Еще одна уловка состоит в том, что коллекторы используют такую услугу мобильных операторов, как подмена номеров. То есть звонки идут не с одного, а со ста разных номеров, но из одного колл-центра. У каждого сотрудника на телефонном аппарате стоит дозвон до одного и того же клиента, например, до 30 звонков в час. Если коллектор видит, что человек должен очень большую сумму, и ему хочется ее вытрясти из него, то он может действовать и так.

Когда коллектор понимает, что телефонными звонками в случае с этим клиентом ничего не добиться, формируют выездную бригаду. На выезд едут головорезы гопнического вида. То есть те сотрудники, которые не умеют говорить с людьми. В круг их обязанностей входят исключительно выезды и запугивание. У нас раньше были парни, которые для пущего эффекта выезжали по ночам. Это были бывшие менты. Им постоянно прямо хотелось кого-нибудь прессануть. Они по номеру телефона вычисляли актуальный адрес клиента, собирались и ехали. По закону звонить и приезжать к должнику можно ровно до 11 ночи. Они являлись без пяти минут 11. Долбили, звонили в дверь так, что человеку становилось некомфортно, страшно, — и дело в шляпе.

Когда идет речь о долге до ста тысяч, никому этим заказом особо серьезно заниматься не хочется, к таким не выезжают. А вот когда речь заходит о сумме покрупнее, тут уже игра начинается. Прессинговать могут как угодно. Многие коллекторы разговаривают, как в ментовских сериалах. Физической расправой они угрожать не имеют права, но начинают придумывать все, на что ума хватит: например, обещают посадить в тюрьму.

Чем малограмотнее люди, тем больше они боятся СМС-уведомлений и писем с угрозами. Особенно это действует на регионы. В деревнях люди, как правило, бегут платить после первого уведомления.

А еще на них очень хорошо действует, когда коллекторы угрожают, что сообщат об их задолженности на работу. На самом деле у коллектора нет права сделать это, потому что это банковская тайна. То есть когда клиент предоставляет личную информацию о себе в банк, то последний дает расписку, что использует эту информацию только для банковских целей.

Интересные случаи

Частенько должники становились моими друзьями. Я применяла психологические навыки, вставала на их сторону, узнавала, какие у них проблемы, из-за чего они не могут выплатить долг. Должники все рассказывали, я с ними начинала решать их проблемы. Например, вижу, человек потерял работу. Я смотрю в документах, кто он по профессии, начинаю ему предлагать какие-то варианты, даю выговориться. 

У меня был такой случай. Звоню, гудки долго-долго идут, потом на том конце провода отвечает потухшим голосом мужчина. Говорю ему: так, мол, и так, звоню из банка, почему вы перестали платить? А он мне отвечает: знаете, а я собирался свести счеты с жизнью. Мы проговорили с ним час с лишним. Оказалось, у него было большое рекламное агентство, больше ста сотрудников. Потом начался кризис, ему пришлось всех сократить, все рухнуло, жена ушла, забрала детей, он лишился квартиры, машины, переехал к матери. И вот он говорит: я собирался покончить с собой, решался, и тут телефон зазвонил, я понял, что кому-то еще нужен, вы меня спасли. И он мне принялся рассказывать, что у него есть знакомая, которая выращивает цветы. Когда ему становится плохо, он садится в электричку, едет к ней и смотрит, как она выращивает цветы. А я все это слушаю и думаю: «Боже, какие долги? Человек только что чуть не убил себя». В итоге я оставила ему на всякий случай свой номер и документ с его данными засунула в самый дальний ящик, чтобы до него никто не докопался. Прошло три месяца, я уже забыла про него, и тут он звонит, говорит, что нашел деньги и готов перевести.  Еще раз поблагодарил, что ему не дали умереть. Рассказал, что продал квартиру матери, уехал в деревню, стал сажать цветы и клиенты из рекламного бизнеса почему-то сами стали его находить, все наладилось, деньги пошли, восстановил бизнес. А ведь я просто дала ему выговориться, посочувствовала.

А как-то раз я на свой страх и риск оплатила долг клиента в 150 тысяч рублей под его честное слово, что он мне их вернет. Вернул в итоге, все закончилось хорошо. Но такие финты ушами я проворачивала нечасто.

На этой работе у меня случился и служебный роман с клиентом. А почему нет? Должники банка — это же прежде всего люди. Я ему постоянно звонила, напоминала о долге. А однажды звоню, а он мне говорит: я поспорил с ребятами на работе, что вы будете моей. Я посмеялась, что за глупости. В итоге он меня встречает с работы, я вижу, что он просто красавец-мужчина. У нас был гостевой брак продолжительное время. А задолженность он сразу оплатил, чтобы я не напоминала ему дома о долге.

Случались, конечно, и трагические истории. Был у нас парень в отделе, который по ночам ездил на машине и взыскивал. Однажды он не вышел на работу. Потом нам позвонили из реанимации и сказали, что группа молодых людей подкараулила его и избила так, что он не смог даже выговорить свое имя. Для нас было очевидно, что это сделал кто-то из клиентов. А одну нашу сотрудницу должники избили и выбросили из окна, когда она пришла оповестить о задолженности.

О трудностях работы 

Это очень психологически тяжелая работа. Никогда не знаешь, что люди делают в тот момент, когда ты им звонишь и куда ты их толкнешь. Больше года в таких структурах люди просто не выдерживают. Это морально давит, надоедает. Как только уходишь в отпуск, перестаешь с утра до вечера названивать клиенту, он тут же перестает платить. Твоя премия, соответственно, падает на ноль. Да и просто тупо устаешь разговаривать по телефону. Давишь ты, давят на тебя.

О заработке

В регионах оклады коллекторов — от 15 до 20 тысяч рублей. Основной их доход составляют премии —  от каждой сделки коллектор получает около 10%.  Ему ставят задачу — в месяц нужно обтрясти минимум 500 должников. Это средний норматив. В Москве и Питере с учетом премиальных коллекторы зарабатывают около 100–150 тысяч рублей.


Егор Титов Егор Титов Коллектор

Я работаю коллектором уже более 8 лет. Специфика работы в большой энергозатратности и постоянном психологическом давлении. Мы ведь общаемся с должниками не на приятные темы. Естественно, приходится выслушивать проблемные истории — болезни, потеря работы. Однако с опытом я понял, что эти истории не всегда правдивые. Например, бывает, одному коллектору по телефону заемщик говорит, что не платит, потому что потерял работу, а другому, когда тот звонит ему через неделю, этот же заемщик рассказывает, что не производит оплату, потому что серьезно болен. Тогда мы применяем серьезные меры. Если должник присылает копии документов, будь то справка от врача или документ о том, что он сокращен, то мы можем делать такие поблажки, как оплата по частям, например, в течение трех месяцев.

Определенные трудности нам создают антиколлекторские компании, куда люди часто обращаются в надежде, что это решит их проблемы. Бывает, мы пытаемся объяснить должнику, что его с долгами и за границу потом могут не выпустить, и сумма будет увеличиваться со временем еще больше, и судебное производство начнется, а люди в ответ уходят в антиколлекторские компании к шарлатанам. На самом деле так должники даже не выигрывают время, а только усугубляют свое положение. Тем более что за услуги тех компаний нужно платить. Получается, люди не только не гасят прежние долги, но и ввязываются в новые траты.

Мы связываемся с должником три-четыре раза в неделю, для того чтобы контролировать и напоминать ему о том, что мы существуем и хотим получить деньги назад на законных основаниях. Взываем к совести должника, говорим, что он подставляет остальных вкладчиков, вредит экономическому благополучию государства, ну, словом, в зависимости от типа человека, с которым имеем дело, подбираем тот аргумент, который на него скорее подействует.

В коллекторские компании попадают договоры, по которым просрочка более 60–90 дней, а бывает, и более тысячи дней. Эти люди уже неоднократно получали всевозможные уведомления от банка и никак не отреагировали. В таких случаях мы вынуждены оповещать о том, что их имущество в принудительном порядке будет продано с аукциона, что к ним для предварительной оценки будет отправлена выездная группа. Часто должники на это реагируют фразой «Не угрожайте мне». Хотя на самом деле это всего лишь санкции, под которыми они сами и подписались. 

Мы относимся к должнику как к пациенту, понимаем, что он может не знать всех тонкостей. Поэтому коллектор должен быть терпеливым и из раза в раз объяснять элементарные вещи. Многие должники даже не в курсе, что могли написать заявление с прошением о том, чтобы кредитор пошел им на- встречу и рефинансировал или реструктуризировал долг. Подчас проблема кроется в безграмотности потребителей и безответственном отношении кредиторов, которые не разъясняют клиенту его права при выдаче кредита.

Еще я бы очень хотел сделать акцент на контрасте между отношением к задолженностям людей, живущих в российской глубинке, и горожан. Люди с периферии к кредитам относятся намного ответственнее. Мне однажды попался случай, когда женщина болела раком и она все равно извинялась за просрочку, шла и платила. Конечно, с таким человеком каждый раз хочется интеллигентно общаться, не запугивая санкциями, а просто напоминая о дате оплаты.

При этом есть и противоположные случаи, которые, как правило, происходят с москвичами и питерцами. Мы, например, видим, что у должника зарплата около 70 тысяч рублей в месяц, у него шестой айфон, айпэд, несколько автомобилей, но при этом он ничего не платит нам уже два года. И на наш вопрос, почему он этого не делает, он отвечает, что у него сейчас нет денег.

Когда 8 лет назад я начинал работать, коллекторскому делу толком нигде не учили. Сейчас профессионалы частенько проводят тренинги, где рассказывают о всяких психологических маневрах воздействия на заемщика, о том, как убедить его в своей правоте, и том, что лучше слушаться тебя.

Иван Рахмулин Иван Рахмулин Коллектор

Сейчас рынок коллекторских услуг — один из самых быстрорастущих. В ситуации, когда просроченная задолженность показывает рекордный рост (только с начала года на более чем 36,32%), профессия коллектора особенно востребована — вакансии открыты для тысяч молодых сотрудников. В то время как в целом количество предложений на рынке труда снижается, число вакансий по запросу «коллектор» ежемесячно растет — в среднем на 32%. Ежегодно штат операционных дирекций коллекторских агентств увеличивается примерно в 1,5–2 раза.

Коллектор в системе финансов — человек, обеспечивающий сбор и возврат долгов. Коллектор — это посредник  между кредитором и должником. Он работает в интересах кредитора, то есть банка, выдающего кредиты, или фирмы, предоставляющей услуги в долг. Например, в интересах операторов связи, микрофинансовых организаций, управляющих компаний в сфере ЖКХ. Однако 90% клиентов коллекторского агентства именно банки. 

У специалиста по взысканию просроченной задолженности есть задача предотвратить рост долга. Для этого он напоминает должнику о сроках, возможных штрафах. Помимо этого, он добивается возврата уже имеющегося долга.

Наша работа состоит в том, чтобы возвращать просроченную задолженность кредиторам. По сути, коллектор работает над укреплением финансовой дисциплины в стране. Например, добросовестные заемщики вынуждены платить за тех, кто не платит. Ведь фактически ставка кредита зависит от уровня просроченной задолженности. Кроме того, под угрозой могут оказаться деньги вкладчиков, которыми банки кредитуют заемщиков. Я думаю, что если бы все заемщики платили по ранее оформленному кредиту, то и каждый из нас мог позволить себе купить квартиру, взяв недостающую сумму в банке, а сейчас это практически нереально — во всяком случае, для моих друзей точно.

Как правило, в своей работе коллекторские агентства, действующие в рамках законодательства России, применяют несколько методов взыскания. Например, на досудебной стадии применяются такие инструменты, как СМС-рассылка с напоминанием о задолженности, телефонные звонки, письма по электронной почте. На этом этапе перед нами стоит задача понять причину образования просрочки, предложить схему погашения долга. Если причины невозврата носят объективный характер, то коллекторы по предварительному согласованию с кредитором могут дисконтировать либо реструктурировать долг. Если договориться с должником все-таки не удается, то дело передается в суд, где специалисты коллекторских агентств полностью осуществляют сопровождение судебного процесса: инициируют и контролируют ход исполнительного производства. Важно подчеркнуть, что контакт с должником происходит в строго установленное законом время, не используются никакие угрозы, должник никогда не вводится в заблуждение относительно статуса взыскателя или возможных последствий неплатежа по кредиту. Профессиональные коллекторы действуют строго в рамках закона и договора с кредитором, в котором также определены их полномочия. Кроме того, они всегда соблюдают правила обработки персональных данных должника, имеют статус оператора персональных данных и надлежащим образом сертифицируют свои операционные системы.

Я пришел в коллекторскую компанию сразу после института. Говоря о своих коллегах, могу сказать, что кандидаты к нам могут приходить из абсолютно разных сфер. Есть люди, которые работали в прошлом продавцами в магазине, психологами, медсестрами, финансовыми консультантами, менеджерами. Сотрудник должен проводить за смену 150–200 разговоров  с должниками — это бесценный опыт: умение вести переговоры, бороться с возражениями, вырабатывать навыки по аргументации, убеждению — все это пригодится не только в работе, но и в жизни.

Конечно, как и в любой работе, каждый день происходит что-то, о чем можно рассказать. Так вот, был у нас случай. Один должник потерял работу и в течение нескольких месяцев не мог никуда трудоустроиться по специальности — ранее он работал в финансовом секторе. Должник был в тупиковой ситуации, потому что понимал, что перекредитоваться не получится: у него уже есть несколько кредитов, быстро найти работу тоже не выходит. Тогда мы просто предложили ему устроиться на работу в наше агентство. Он заработал денег, расплатился с долгом и стал успешным сотрудником.


Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.

Подпишитесь на Daily
Каждую неделю мы высылаем «Пророка по выходным»:
главные кинопремьеры, выставки и концерты. Коротко, весело и по делу.