«Афиша Daily» поговорила с ведущим программы «Еда, я люблю тебя» на телеканале «Пятница» и автором книги «Про завтраки» Артемом Королевым о том, как любовь к еде может в одночасье перевернуть жизнь, нужно ли учиться, чтобы быть шеф-поваром, и как написать книгу о завтраках.

© Предоставлено героем материала

— Ты много вообще готовишь по жизни?

— Достаточно много, но почти никогда — для себя, почему‑то даже желания нет. То есть я люблю готовить, но для кого‑то: так интереснее. Конечно, когда начался карантин, я стал много готовить дома. Сейчас, правда, взял недельный перерыв и заказал доставку еды… наконец-то. (Смеется.) Раньше все разделочные доски лежали в шкафу внизу, я периодически доставал одну, чтобы что‑то приготовить, но редко — меня вообще дома практически никогда не было. А сейчас я даже не успеваю убирать эти доски, мытье посуды не прекращается — чувствую себя сразу и официанткой, и уборщицей, и гувернанткой самого себя же. (Смеется.) Я начал снимать видеорецепты и выкладывать их в инстаграме в формате сторис. Людям нравится, и мне самому интересно. Когда мир замедляется, все сидят дома, то почему бы не начать готовить — это же не просто способ утолить голод, но и развлечение, своеобразная медитация.

Подробности по теме
Фуд-майндфулнес: как медитировать, не отходя от плиты
Фуд-майндфулнес: как медитировать, не отходя от плиты

— Как же так получилось, что гастрономия ворвалась в твою жизнь? Со стороны кажется, что это произошло как будто в один момент, просто по щелчку пальцев.

— Это произошло года три назад. К этому времени я работал на телевидении уже восемь лет и все эти годы вел «Новости» — сначала MTV News, потом «Пятница News». Конечно, эта передача мне много дала — узнаваемость, медийность. Но в какой‑то момент все это превратилось в бесконечный день сурка: каждый день в течение восьми лет одно и тоже. Я понял, что хочу расти дальше — работа забирала много ресурсов, но при этом перестала приносить удовольствие. И, честно говоря, на этом фоне у меня началась жуткая депрессия — начали появляться мысли, что моя карьера закончена, что я никому не нужен. Хотя со стороны так не казалось: веселый парень, хорошо выглядит, нормально живет, работает на всероссийском канале. Но внутри меня был полный раздрай. Той же зимой в Америке я попал в аварию, заболел мой дедушка — в общем, жуткое время.

И тогда я просто начал готовить дома, для того чтобы отвлечься. Как сейчас помню, приготовил томатный суп, который получился очень невкусным, потому что я не добавил в него сахар. Странно, но почему‑то в рецептах чаще всего такие вещи не пишут, а ты потом ешь кислый суп и расстраиваешься. Ну как так, это же важно. Тем не менее каким бы ужасным ни получился тот суп, я получил удовольствие от процесса. Так, думаю, интересно. Начал готовить всякие кесадильи, фахитос, другие разные блюда. И это начало давать мне силы, вытаскивать из депрессии. Появилось желание придумать на работе что‑то новенькое. Как раз в это время мне предложили вести рубрику о стиле в утреннем шоу. Я сказал, что не хочу вести рубрику о стиле, но хочу готовить завтраки. Руководство одобрило — я начал готовить перед камерами.

Рубрика получилась очень успешной, поднялись рейтинги, и вот однажды ко мне обратилось издательство «Эксмо» с предложением издать мою книгу рецептов — представляешь! Потом мне предложили вести передачу «Еда, я люблю тебя». И вот так начался совершенно новый этап моей жизни, в которой у меня нет ни секунды свободного времени.

Это очень американская история — все летит к чертям, и вдруг появляется еда и так сильно меняет мою жизнь. Ну это же удивительно.

— Ты никогда не учился готовить профессионально, но кулинарное шоу у тебя есть и не одно, книга рецептов есть… Считаешь ли ты себя продвинутым поваром?

— У меня есть определенная философия на этот счет. Она заключается в том, что есть несколько видов шеф-поваров: шефы-любители и великие шефы. Я точно принадлежу к первой категории. И считаю, что не должно быть пренебрежения к поварам-любителям. Приятно признать, но я никогда не встречал надменности ни от одного важного для меня — большого с точки зрения кулинарии — человека: ни от Владимира Мухина, например, ни от Константина Ивлева. Они относятся с интересом к тому, что я делаю, уважают это.

Ты не можешь стать шефом-поваром с большой буквы, если не учишься: ты обязан учиться, обязан посвятить кулинарии всю свою жизнь. Здесь не должно быть дилетантства, ведь такие люди — художники, они творят искусство, новые миры. Но можно быть шеф-поваром у себя дома. Конечно, и для этого нужны некоторые знания и умения — можно и как попало покромсать лук или мясо, но лучше все же знать принципы правильной нарезки. Но для этого достаточно посмотреть видео на ютьюбе — и вот ты уже можешь готовить вкусно и красиво для себя и близких. Важно лишь поверить в себя и получать удовольствие от процесса. Конечно, это не высокая кухня и Netflix не приедет снимать про вас Chef’s Table. Но дома перед вами стоит другая задача — не творить искусство, но наслаждаться искусством другого человека. Ты берешь уже придуманный кем‑то рецепт, готовишь по нему, что‑то добавляешь, меняешь по ходу — ты творишь в этом уже существующем художественном пространстве. Но это все равно крутые эмоции, ради которых стоит браться за готовку.

Поэтому я ни в коем случае не претендую и никогда в жизни не буду претендовать на то, чтобы даже сравниться с большими шефами. Я не создаю никаких миров, но делаю так, чтобы готовить было классно и весело в первую очередь.

Подробности по теме
Гастропутешествия на диване: 6 сериалов о еде на Netflix
Гастропутешествия на диване: 6 сериалов о еде на Netflix

— А каково это вообще — взять и написать книгу про завтраки?

— Пришли люди из издательства и сказали: «Артем, давайте писать книгу», — и я ответил: «Давайте». (Смеется.) Договорились об условиях, и я приступил к работе. Сначала сел за компьютер и долго-долго шерстил интернет в поисках крутых рецептов. И вот что меня удивило: классных рецептов на русском языке катастрофически мало.

После того как отобрал несколько десятков рецептов, начал по ним готовить — что‑то отсеивать, что‑то докручивать, переделывать, какими‑то рецептами и советами делились друзья. Это был невероятно увлекательный творческий процесс, состоящий из проб и ошибок. Дальше мне нужно было написать какое‑то эмоциональное сопровождение к каждому рецепту — писал везде, где только настигало вдохновение: дома, в самолете, на съемках. А еще я сам придумал обложку первого издания — очень горжусь этим. Это была матовая картинка, где на темно-малиновом фоне лежали такого же цвета ложка, тарелка, чашка и чайник. Помню, как отправил все это редактору, и она ответила: «О, боже». Я спросил: «Что, так красиво?» — а она: «Боже мой, это никто в жизни никогда не выпустит, люди не поймут этого». (Смеется.) Тогда я сказал, что без этой обложки книги не будет — для меня это был принципиальный вопрос. Мне было важно, чтобы люди, которых я уважаю, оценили мою работу — и не просто рецепт яичницы, а вообще книгу, как она оформлена визуально.

В итоге книгу издали — она разлетелась моментально. Сейчас прихожу к друзьям — она у них стоит на кухне на видном месте, так приятно. Это то, чего я добивался: люди считают ее красивой, хотя мои друзья никогда не льстят мне — они первыми если что приложат лопатой по голове, скажут правду начистоту. И редактор в итоге поблагодарила за опыт, поняла, что можно по-другому. Получается, мы не всегда бесповоротно являемся заложниками ситуаций и масс.

Если есть возможность давать людям что‑то новое, как‑то образовывать их, то нужно это делать — пусть откликнутся не все, но это того стоит.

— В январе вы с Сашей НовиковойСаша Новикова — блогер, создатель проектов How to Green и How to Eat, автор двух кулинарных книг. запустили полноценное кулинарное шоу, но в вертикальном формате для IGTV — насколько я знаю, вы были первыми. Как вы придумали это и почему выбрали именно такой формат?

— Я увидел, как Саша выложила в своем аккаунте рецепт пасты вонголе — выглядело очень вкусно. Тогда я предложил ей приготовить что‑нибудь вместе, снять видео. И тогда мне пришла в голову идея вертикального шоу для IGTV. Это получился полноценный телевизионный формат — шесть камер, хороший звук, все как полагается, но при этом снятый вертикально. В первом сезоне в итоге вышло пять выпусков. Мы проанализировали весь опыт, вынесли определенные уроки — и следующий сезон будем снимать немного иначе. Но ничего — это был первый раз. У нас получилось шоу больше харизматично-юмористическое, а мы хотим сделать его более кулинарным — добавить больше кадров еды, больше каких‑то лайфхаков. С Сашей у нас случилась какая‑то синергия, рядом с ней у меня даже чувство юмора появляется. Мы оба очень переживали, что вдруг людям не понравится, вдруг неинтересно будет, но в итоге получили очень положительный фидбэк от зрителей.

В наше время с невероятной силой увеличивается скорость жизни (ситуация пандемии не в счет) — у людей вообще нет свободного времени, поэтому они становятся потребителями быстрого контента, чтобы его можно было получить в метро или такси, стоя в очереди или топая по беговой дорожке. Но быстрый контент вовсе не значит некачественный или плохой.

— А почему бы не делать это для ютьюба?

— Ютьюб — это все равно другое, тебе нужно как минимум телефон перевернуть, да еще и специально на него зайти, найти нужное. А в инстаграме большинство людей и так кучу времени проводит, просто листая ленту, поэтому это была идеальная площадка для нашей задумки. Сначала IGTV был каким‑то мертвым. Почему? Потому что люди решили, что IGTV — это возможность снимать 15-минутные сторис. Но это же своеобразное телевидение, здесь гораздо больше возможностей, просто этого сразу никто не понял. Сейчас даже Netflix планирует делать такие форматы. За этим будущее.

— С готовкой выяснили. А что насчет дегустаций? Это же совсем другой гастрономический опыт. Любишь поесть?

— Ты даже не представляешь, как сильно.

— А есть любимое блюдо или, может, кухня?

— Я ем все. Глупо говорить поэтому, что я поправился на 5 кг за время карантина: у нас забрали все радости жизни на это время, хотя бы еду оставили. (Смеется.) В детстве моим любимым гастрономическим изыском был горячий бутерброд: когда берешь нарезной батон, на него намазываешь томатную пасту, сверху нарезанную сосиску, сыр, майонез — запекаешь все это и ешь, закатывая глаза от удовольствия. Это, наверное, было моим первым гастрономическим открытием. (Смеется.)

На самом деле мое гастрономическое путешествие началось с программы «Еда, я люблю тебя» — мы много ездили по разным городам и странам, много пробовали. Мне безумно нравится итальянская кухня. Причем в Италии для того, чтобы попробовать сумасшедше вкусную пасту, не обязательно идти в дорогущий ресторан. Однажды я был на свадьбе своей подруги в Таормине — это Сицилия. Мы просто гуляли по городку и случайно зашли в какую‑то небольшую уличную забегаловку. И там со мной случилась, наверное, одна из лучших паст в моей жизни.

Я также люблю азиатскую еду, причем разную — вьетнамскую, китайскую, корейскую, японскую. Что касается последней, то самые вкусные блюда японской кухни я пробовал в Калифорнии — я еще не был в Японии, правда, но уверен, что Калифорния займет почетное второе место. Там очень качественная рыба, которая решает все.

Также мне запомнились маленькие бары в Сан-Себастьяне [в Испании] — там перед тобой на столе оказывается огромное количество тапасов и пинчос: это такие бутербродики с чем угодно: с сыром, с тунцом, с овощами, с фуа-гра. Тебе в обычный стакан наливают красный вермут, кладут в него две оливки — и все это вместе просто безумие какое‑то! И еще, если будете в Испании, обязательно заедьте в Малагу — невероятно красивый маленький городок. В нем найдите заведение под названием KGB — это недорогое место, но вы будете удивлены, как вкусно там готовят. На самом деле, было очень много каких‑то совершенно необыкновенных мест и блюд — я могу говорить об этом бесконечно. (Смеется.)

— А что самое странное ты ел в своей жизни?

— Недавно мне пришлось попробовать тарантула — я смог откусить только ножку, поэтому это не считается. Еще ел личинок, рис со сверчками, кровяные блинчики — фу, все это было отвратительно. Голубь тоже гадость та еще. А вот пиранья, кстати, оказалась очень вкусной.

— Ты много путешествуешь, пробуешь, готовишь… Не превращается ли это в рутину?

— Скажу честно, для меня еда никогда не была чем‑то, что может меня просто насытить. Многие люди едят для того, чтобы просто жить: для них не важны вкус или эмоции, связанные с едой. Со мной это так не работает. У меня есть подруга Юля, мы с ней познакомились еще в школе — нас с ней сблизила именно любовь к еде. Каждую среду мы с ней ходили в «Макдоналдс», и Юля меня учила: «Значит так: к картошке фри надо брать клубничный коктейль и только сырный соус, никакой другой». А я сидел и думал: «С ума сойти, вот это гастрономия!» (Смеется.) И вот так началась наша дружба — мы ели с ней всегда и везде. Это было, конечно, абсолютное чревоугодие. Но в итоге оно переросло в то, что я стал ценить хорошую еду. Раньше, например, я не понимал, зачем люди заказывают сет-меню, как можно наесться этими малюсенькими порциями вообще? А сейчас понимаю, что это целое искусство, ансамбль: ты можешь насладиться небольшой концентрацией целого блюда, затем перейти к следующему, к третьему и так далее — и в итоге сложить целую картинку, которую задумал шеф-повар.

— А как ты сам выбираешь, что приготовить?

— Мне важно, чтобы блюдо подходило под конкретную ситуацию. Если я один вечером дома и не очень хочу заморачиваться, то просто приготовлю быструю пасту аль помодоро или ризотто. Если я планирую провести вечер с близкими, то для создания правильного, приятного пространства вечера я приготовлю несколько разных блюд, чтобы получилось кулинарное путешествие. Если мы собираемся большой шумной компанией, то уместен будет какой‑нибудь фингер-фуд. То есть для меня еда — это дополнение, это один из элементов, очень важных, который делает общую картину идеальной.