Алиса Таежная — о свежем фильме Франсуа Озона «Лето 85-го», в котором режиссер не открывает ничего нового, а лишь повторяет уже заезженные приемы подростковых квир-историй.

Смазливый и меланхоличный юноша Алексис (метис Ксавье Долана и Ривера Феникса) в наручниках садится в холле суда и начинает исповедь: смерть интересовала его всегда, а после рокового лета 1985 года вообще не выходит из головы. Под песню The Cure «In Between Days» он начинает несложный рассказ о курортном романе, который закончился трагически: иначе к чему наручники и заупокойный тон. 

Дано: двое юных мужчин, блондин Алексис и брюнет Давид, будто со страниц каталога нижнего белья Calvin Klein, знакомятся в море во время кораблекрушения. Маленький шторм, их лодки разваливаются, слава богу, их в воде двое. У одного — мотороллер, у другого — каникулы и много свободного времени. Один местный, другой переехал, оба учатся у внимательного профессора литературы, который хоть и не видит в них Верлена и Рембо (сами они, кажется, видят — или как минимум цитируют), но советует больше размышлять на бумаге и хотя бы задуматься о получении высшего образования.

Происхождение обоих, правда, никакой писательской карьеры им не сулит: один после смерти отца трудится в семейной лавке, второй устраивается к нему подработать, чтобы видеться почаще. Придя в гости к Давиду по первому приглашению, Алексис сталкивается с его мамой, которая явно не в курсе новой этики, раздевает его, набирает ванну и нахваливает его член: все немножко смахивает на неуместное «Половое воспитание». Алексис смущается, но, как всегда, больше занят собственными мыслями: в голове он сравнивает ванну с саркофагом и вспоминает суматоху несчастного случая. 

Русский трейлер «Лета 85-го»

Дальше все сладко и предсказуемо, как аккорды песен The Cure: катание с ветерком по прибрежным дорогам, карамельные поцелуи, примерки одежды, первые сцены ревности («Тебе не нужно то, что мы делаем вместе, тебе нужен я!»). В и без того хлипкие отношения вклинивается британка Кейт (Филиппина Вельж), которая приехала на лето попрактиковать французский, но, по сути, практикует его только с симпатичными парнями. Главная договоренность между Алексисом и Давидом: когда один из них умрет, другой обязательно «спляшет на его могиле». Именно так называется первоисточник фильма в жанре young adult, опубликованный в начале 80-х британским писателем Эйданом Чемберсом: автор, к слову, прошел интересный путь от монаха до лауреата премий в детской литературе и классика подростковых квир-текстов.

Мелодрама об отношениях людей одного пола, которая еще десять лет назад ощущалась уникальным переживанием, в 2020 году растворяется в потоке копий и подражаний утраченному первоисточнику. Кто сейчас не исследует сексуальную идентичность? Кому не приходит в голову, что он флюиден? Кто не открывает через первые романы то, о чем не рассказывали родители? 

Хотите симпатичных парней и мотоцикл — вот вам «Мой личный штат Айдахо» с французским Киану Ривзом, который точно так же щурится на ветру. Любите подростковые ромкомы 80-х? Буквальная цитата подростковой дискотеки, где посреди шумных танцев двое влюбленных двигаются под медляк в наушниках— пересмотрите «Бум» с Софи Марсо. Лето, когда ковыряют пальцем в персиках? «Зови меня своим именем» и чуть менее знойное, но такое же ласковое летнее побережье. Подростки, не отличающие сексуальность от дружеской привязанности, а похоть от любви? Новый сериал Луки Гуаданьино «Мы те, кто мы есть» и «Пляжные крысы» Элизы Хиттман. Много голых тел и никаких планов на будущее? «Мектуб, моя любовь» или «Жизнь Адель» Абделатифа Кешиша, тем более камера Ишама Алауи скользит по гладкой груди и губам главных героев, объективируя их не меньше скандального француза (только почему‑то здесь это окей и проходит без скандалов). Ксавье Долан, нагло стыривший у Озона приемы первых фильмов, тоже сразу на уме: подростковый пафос «Я убил мою маму» и «Воображаемой любви» торчит в «Лете 85-го» как банана-сплит. Когда квир-кино нормализовано, а негетеросексуальность на экране — давно не событие, есть логичный зрительский запрос на что‑то еще.

© A-One Films

С «чем‑то еще» у нового Озона проблемы, что не удивляет — почти у каждого режиссера, снимающего по фильму в год, один удается через один, — но разочаровывает. Литературная ценность опытов Алексиса далека от «запаха женщины среднего класса» прозы героя «В доме», сцены ссоры уступают в нежных деталях «5 на 2», а история краткой любви с трагичным финалом не валялась и рядом с лаконичным «Францем». Просеянный через сито роман очень заурядных героев превращается в кучу мелкого морского песка. Этого песка много в лучших летних фильмах Эрика Ромера («Полина на пляже», «Зеленый луч», «Летняя сказка», «Колено Клер», «Коллекционерка»), но Озон все же не Ромер, как и его рифмующие «кровь/любовь» персонажи — не Верлен и Рембо. Что бы там ни рассказывал ребятам преподаватель литературы, чтобы они бросили работать в палатке и пошли учиться в колледж, мир может пережить без многих подобных любовных историй.

5 / 10
Оценка
Алисы Таежной
Расписание и билеты
Подробнее на «Афише»
Подробности по теме
10 фильмов с кинофестиваля в Торонто: пьяный Миккельсен, Озон, гремлины и трюфели
10 фильмов с кинофестиваля в Торонто: пьяный Миккельсен, Озон, гремлины и трюфели