Главный американский критик Мичико Какутани, 38 лет писавшая для The New York Times, выходит на пенсию. «Афиша Daily» вспомнила, как великие современники реагировали на рецензии самого влиятельного — и самого безжалостного — литературного обозревателя в мире.

Норман Мейлер (1923–2007)

© Johannes Kroemer/GettyImages.ru

Какутани входила в список главных врагов одного из отцов новой журналистики — наряду с Гором Видалом, Труменом Капоте и Уильямом Стайроном. От критика The New York Times Мейлеру прилетало на протяжении несколько десятилетий, и в 2005-м — за два года до смерти — он наконец разразился небольшим монологом по ее поводу: «Она ненавидит белых писателей-мужчин, и я ее излюбленная мишень. Она ругает, лишь бы повредить продажам и опозорить автора. Но редакторы Times не могут ее уволить. Они ее боятся». Видно, что в разговоре с журналистом Rolling Stone Мейлера откровенно понесло: «Азиатка, феминистка — и да, что же третье? Ну давайте назовем ее дешевкой… И глубоко внутри она это, вероятно, знает».

Сьюзен Сонтаг (1933–2004)

© Colin McPherson/GettyImages.ru

Какутани не оценила откровенность последнего эссе Сьюзен Сонтаг «Смотрим на чужие страдания» — «запоздалое, заурядное постулирование очевидного». Автор «Против интерпретации» и «О фотографии» была разочарована: «Ее критика моих книг глупая, мелкая и бьет мимо цели. Это была тупая, плохая — в противоположность умной — рецензия. Я ожидала от нее большего».

Джон Апдайк (1932–2009)

© Michael Brennan/GettyImages.ru

Какутани не считалась с авторитетами и не тушевалась перед громкими именами — она могла разгромить хоть Пинчона, хоть Тони Моррисон. Одной из ее жертв стал автор «Кролик, беги» и «Иствикских ведьм»: роман Апдайка «Toward the End of Time» она назвала «бездушным и поверхностным», а «Деревни» — «усталой переработкой вторичного, изношенного материала». В разговоре с журналистом The Independent классик признался, что немногого ждет от «профессиональных обозревателей вроде Мичико Какутани, через руки которых проходит столько книг, что они их втайне ненавидят или жаждут принизить».

Подробности по теме
Русская литература
Недостаточно остро и оригинально: Митико Какутани о «Метели» Владимира Сорокина
Недостаточно остро и оригинально: Митико Какутани о «Метели» Владимира Сорокина

Маргарет Этвуд

© Paul Marotta/GettyImages.ru

Антиутопия Маргарет Этвуд «Орикс и коростель» тоже не впечатлила Какутани: «дидактическая, иногда увлекательная, но в конце концов чрезвычайно неубедительная» «бугристая солянка». Этвуд перенесла критический выпад с честью: «Что я могу сказать, критики есть критики. В литературном мире она известна тем, что сначала может тебя превознести, а затем тебя подорвать — чтобы ты не расслаблялся».

Салман Рушди

© Frank Hoensch/GettyImages.ru

Ядовитое остроумие Какутани коснулось и одного из самых титулованных британских писателей современности: критик сравнила «Землю под ее ногами» с ранними книгами Рудши не в пользу новинки. Прозаик, впрочем, не слишком обиделся и открыто вторил Этвуд: «Мичико странная женщина: ей, кажется, нужно попеременно превозносить и шлепать». Похоже на правду.

Дэвид Фостер Уоллес (1962–2008)

© E. WHITNEY

О том, до чего беспощадной умела быть Какутани, можно судить хотя бы по такому эпизоду: по словам биографа Дэвида Фостера Уоллеса Д.Т.Макса, после чтения рецензии на свой дебют «Метла системы» писатель заперся в комнате и проплакал два дня — критик усмотрела параллели между его романом и Пинчоном. Сдержанно отозвалась Какутани и на фостер-уоллесовскую «Бесконечную шутку», аттестовав автора как «Тома Вулфа без Максвелла Перкинса» (намекая на раблезианский объем) и не одобряя его безразмерные амбиции: «книга похожа на одну из незаконченных скульптур Микеланджело: можно увидеть, как сквозь мрамор пробивается божественное создание, но оно застряло на половине, неспособное окончательно вырваться наружу». Оценить правоту критика («очень обаятельной японки из The New York Times» — Уоллес оказался незлопамятным) русскоязычный читатель сможет в начале 2018-го— когда будет готов перевод романа.

Джонатан Франзен

© David Levenson/Gettyimages.ru

«Глухая», «лишенная чувства юмора», «самый тупой человек в Нью-Йорке» — автор «Поправок» и «Свободы» не простил Какутани издевательскую рецензию на его мемуары «The Discomfort Zone». И если Франзена всегда — от оскорбления Опры до планов усыновить иракского ребенка — сопровождает несколько скандальный ореол, то Какутани предпочитает оставаться в тени — и в 62 года о ней мало что известно. К слову, «Безгрешность» ей очень понравилась.