Итоги десятых

Письма в прошлое и будущее: Лена Кончаловская

Для проекта про 2010-е годы редакция «Афиши Daily» попросила друзей и героев издания написать два письма самим себе. Одно отправлено в 2010 год, который открывал уходящее десятилетие, второе — в 2030 год, неизвестное будущее, в которое мы входим с началом 2020 года.

Лена Кончаловская

Креативный директор бара «Стрелка»

В 2010-ый

Когда тебе семнадцать — лето тянется целую вечность, в пять утра по набережной напротив гостиницы «Украина» проезжают оранжевые поливальные машины и в воздухе пахнет раскаленным асфальтом, а ты идешь домой юный и счастливый и думаешь, как бы мама не проснулась раньше, чем ты проскользнешь в комнату, искусно спрятав все следы своего ночного отсутствия.

Москва уже тогда — лучший город земли. Потому что ты юн и только начинаешь узнавать пространство вокруг, которое — внезапно — полностью принадлежит тебе.

Телефон — маленькая черная коробочка с кнопками; когда пишешь СМС — считаешь символы, чтобы ни в коем случае не отправить два сообщения вместо одного; слово «такси» кажется чем‑то из кино: никаких тебе «Уберов» — только скрипящие вишневые «шестерки», пойманные с руки, с прокуренным салоном и фигуркой собачки с качающейся головой. Ловишь с руки бомбилу, стоя на набережной в короткой юбке и с отчаянно подведенными черными глазами, в кармане — пятьсот рублей: двести на такси до «Солянки, дом 11», триста на коктейль, который будешь пить весь вечер.

Москва похожа на трамплин между прошлым и будущим, слова «на Западе» не звучат пошло, все вокруг замерло в ожидании некоего прекрасного будущего, которым править будете вы. Мы верим в музыку, верим в справедливость, верим в то, что за нами — выбор, как будет дальше. Мы вообще очень сильно верим — и нам ничего, совсем ничего не страшно.

Здесь и сейчас, в пыльной, залитой душным июлем Москве, мы — самые счастливые и самые свободные люди на земле. Без картонных стаканчиков кофе, о которых мы мечтаем, без «латте-городков», без велодорожек, магистральных автобусов, без вайфая на остановках и без профилей в инстаграме.

Нас объединяет что‑то большое, невидимое и очень важное — большая надежда и мечта. И уверенность: мы можем все.

На Пикнике «Афиши» выступают «Мумий Тролль» и Hercules and Love Affair, Рома Мазуренко ходит в золотом пиджаке и устраивает на только что открывшейся «Стрелке» рояльные вечера, Гоша Рубчинский выпускает коллекцию «Рассвет не за горами».

Кажется, будто мы наконец-то вырвались из темноты и со всех ног побежали на свет. И еще — что назад дороги нет, что нечто сдвинулось с мертвого места и больше никогда, никогда не откатится назад.

Мне семнадцать лет, и мне отчаянно хочется быть частью всего этого нового мира, почувствовать свою сопричастность к происходящему и хотя бы получить карту «Солянки».

В 2030-й

В будущее возьмут не всех. Интересно, взяли ли в будущее нас. И есть ли это будущее вообще.

Москва — Готэм-сити с выцветшими велодорожками, по которым никто не ездит, а в парке Горького, который ведь еще недавно был символом нового времени, проводят фестиваль «Шашлык Live». Мир разделился на бумеров и зумеров, а мы, кто оказался посередине, будто не существуем вовсе — хотя мы сейчас по идее и есть та самая движущая сила. Или уже нет?⠀Мир сошел с ума, и если десять лет назад нам казалось, что в крайнем случае и в полной безнадежности «всегда можно уехать в Европу или Америку», то сейчас уже не кажется даже так.

Город утратил свою прежнюю функцию, и если прошлые десять лет мы говорили о том, что все «схлопывается», то сейчас мы находимся на каком‑то благоустроенном пустыре. Коммуникация утратила прежнюю форму, все сместилось в диджитал, и чтобы поесть, сделать маникюр или даже выйти замуж, можно не выходить из дома, а просто разблокировать телефон. Люди перестали разговаривать, и при этом все мы находимся в непрерывной коммуникации, обмениваясь сотнями сообщений со смесью букв, эмодзи и стикеров. Иллюзия бытия, причастности, человеческого.

И при всем этом безумии складывается ощущение, что именно сейчас и здесь может родиться что‑то новое, прекрасное, может быть, даже великое.

Как сказал Симон Кордонский, «наша страна — это страна сплошного настоящего, где есть разные варианты прошлого. Наше будущее — это воспроизведение хорошего прошлого». Какое прошлое мы выберем в следующей декаде?

Сегодня 90-е снова в моде, «Голубой огонек» на минималках и песни советских лет становятся основным лейтмотивом разного рода светских мероприятиях для, казалось бы, прогрессивной молодежи.

Победа формы над содержанием, смыслы уходят на второй план в погоне за визуальными составляющими. И все же сложно объединить людей с помощью внешних кодов — кроссовки Balenciaga так себе социальный клей.

Сообщества, идейные союзы, объединения, настоящее «мы» — вот что должно стать движущей силой следующего десятилетия.

Но если можно было бы загадать что‑то маленькое в следующей декаде, то я просто надеюсь, что к 2030 году выживут все же не только рэперы.