Подростки, которые устроили поножовщину в пермской школе, были подписаны на паблики о школьных бойнях — это часть большого комьюнити под названием тру-крайм. И пока Роскомнадзор призывает блокировать такие группы, «Афиша Daily» объясняет, как появилось тру-крайм-сообщество и что это вообще такое.

Как все узнали о пабликах про массовые убийства

За неделю в России произошло сразу три вооруженных нападения в школах. Сначала двое подростков устроили поножовщину в пермской школе: более 10 человек получили ранения, а учительница попала в реанимацию. Следом в Челябинской области девятиклассник ранил ножом сверстника — его госпитализировали, а на нападавшего завели уголовное дело об умышленном причинении легкого вреда здоровью. Утром 19 января в Улан-Удэ подросток пришел в школу с топором и коктейлями Молотова: пострадали учитель и несколько школьников. Известно, что одной ученице грозит ампутация пальца, а другой ученик получил травмы головы, спины и конечностей. После нападения подросток попытался покончить с собой.

Знакомые Льва и Александра, устроивших драку в Перми, говорят, что подростки вдохновлялись бойней в школе «Колумбайн» и подражали Эрику Харрису и Дилану Клиболду. О связи нападения в пермской школе с «Колумбайном» также сообщают в СМИ. Также есть предположения, что «Колумбайном» интересовался Антон, который совершил нападение в Улан-Удэ. В полиции считают, что подростки могли состоять в закрытых пабликах, «побуждающих к насилию в школах». Что это за группы, неизвестно, но в Минкомсвязи их прямо связывают с темой «Колумбайна» и просят уничтожить.

Что произошло в школе «Колумбайн» и почему это спровоцировало другие преступления

Утром 20 апреля 1999 года 18-летний Эрик Харрис набил рюкзак самодельной взрывчаткой и патронами и отправился в родную школу «Колумбайн». Навстречу к нему с оружием выехал Дилан Клиболд. Они встретились на школьной автомобильной стоянке и направились в столовую. Через несколько минут раздалась стрельба: Харрис и Клиболд нещадно стреляли по всем, кого видели на своем пути. Двое были убиты сразу, восемь ранены.

Когда Харрис и Клиболд вошли в школу, о нападении уже знала часть учащихся и преподавателей. При этом некоторые воспринимали происходящее как розыгрыш, ведь Эрик и Дилан были известны эксцентричными выходками. Один из учеников школы Брайан Андерсон даже не верил, что все происходит взаправду, и выбежал остановить нападавших; его застрелили в упор.

Смерть Андерсона произошла на глазах учительницы искусств Патти Нильсон. Поняв, что происходящее не шутка, она побежала в библиотеку, чтобы вызвать полицию и предупредить остальных учеников. Когда Эрик и Дилан зашли в библиотечный зал, школа была оцеплена полицейскими и спецназом SWAT, но это не остановило их — с криками «Это вам за все дерьмо, которым вы нас кормили четыре года» они продолжали стрельбу. Харрис и Клиболд покинули библиотеку в 11.36. К этому времени 13 школьников были убиты и более 20 человек ранены.

После Харрис и Клиболд посчитали свою миссию выполненной и покончили с собой. Их смерть произошла примерно в 12.08. До этого времени ни один полицейский не проник в здание школы.

По мнению психологов, причиной бойни могла стать многолетняя травля Эрика и Дилана со стороны других учеников школы. Кроме того, усилить озлобленность также могла их увлеченность компьютерной игрой Doom. Но, если верить дневникам школьников, буллинг не главная причина их поступка. В первую очередь они хотели войти в историю самых жестоких убийц, стать примером для подражания, обзавестись последователями и поклонниками.

Это получилось. В том же 1999 году, спустя неделю после «Колумбайна», 14-летний канадец Тодд Смитт Кэмерон открыл стрельбу из винтовки в своей школе в Альберте: погиб один человек, еще несколько получили ранения. На допросе подросток признался, что хотел повторить поступок Эрика и Дилана. 21 марта 2005 года 16-летний Джеффри Уиз из Миннесоты убил семь учеников школы «Красное озеро», а потом покончил с собой. Таких случаев десятки по всему миру; Эрик и Дилан стали примером для подростков, которые хотят отомстить своим агрессорам за унижения и нападки.

Что такое тру-крайм-комьюнити и как они появились

Тру-крайм-комьюнити (от английского true crime — настоящее преступление. — Прим. ред.) — общее название пабликов, блогов и сайтов, посвященных известным убийцам и их жестоким деяниям. Как говорит 18-летняя Лера Жданова (имя изменено по просьбе героини. — Прим. ред.), активная участница таких групп, они начали формироваться примерно в 2000-х годах, объединяя одновременно людей, которые просто интересуются смертью ради любопытства, и тех, кто пытается идеализировать и романтизировать преступников.

Тру-крайм-комьюнити ничем не отличается от любого другого фанатского сообщества вроде групп про Лану Дель Рей или Мэрилина Мэнсона. В них публикуется фан-арт, фанфики, фотографии и интересные факты — например, записи из школьной анкеты преступников. «Само по себе происшествие в «Колумбайне» ужасное и трагичное, и мы всегда в нашем сообществе высмеивали их поступок, а ни в коем случае не поощряли», — говорит 19-летний Аарон Винклер, который ведет в «ВКонтакте» один из самых популярных пабликов по теме «Колумбайна».

Преступление Эрика и Дилана фактически зародило тру-крайм-комьюнити, поскольку «Колумбайн» пришелся как раз на развитие интернета, когда структурировать и собирать информацию в одном месте стало возможно в несколько кликов. Звучит противоречиво, но создатели тру-крайм-сообществ (в том числе англоязычных) подчеркивают, что не поддерживают убийц и не пропагандируют насилие. По их словам, основная задача их групп — повысить осведомленность людей, чтобы не допустить повторения трагедий в будущем.

Почему подростки интересуются тру-крайм-культурой

15-летняя Оля впервые узнала о тру-крайм-комьюнити четыре года назад, посмотрев видео про массовое убийство в «Колумбайне». «Тогда я посчитала Эрика и Дилана идиотами, которые не сумели пережить трудные школьные годы и выйти во взрослую жизнь, начатую с чистого листа, а потом, возможно, стать довольно успешными людьми. На тот момент мое отношение к «Комбайну» было, мягко говоря, негативное, а всех фанатов данного случая я считала больными на голову», — говорит Оля.

Спустя несколько лет «по причине банального интереса» школьница вновь вернулась к теме «Колумбайна» как к главной части тру-крайм-культуры. «Изучая факты, показания свидетелей, записи в личных дневниках стрелков, я поняла, что причиной стрельбы стало банальное безразличие общества», — рассказывает Оля, отмечая, что события в «Колумбайне» — это отражение важной социальной проблемы. По ее словам, в школе была ужасная дисциплина: например, ученики, которые считались школьными героями, постоянно издевались над слабыми — разливали на пол масло и с улыбкой наблюдали, как те падали. Администрация школы была в курсе буллинга, но никогда не пыталась решить эту проблему.

Арт с Эриком, также известным по прозвищу Рэб. Автор: инстаграм @hargrovesun

«Колумбайн» интересен многим, потому что ты всегда задаешься вопросом «А что было бы, если?», пытаешься понять убийц (но ни в коем случае не оправдать) и сделать для себя какие-то определенные выводы. Смысл комьюнити в том, как не нужно делать; это наглядный пример того, к чему приводят издевательства; это также некий толчок к желанию помогать людям, которым действительно нужна помощь», — объясняет Оля свой интерес к тру-крайму.

«Здоровый и адекватный человек не пойдет на массовое убийство», — считает 18-летняя Влада, подписчица другого тру-крайм-сообщества. Она говорит, что, несмотря на весь трагизм, «Колумбайн» показывает, почему важно уделять внимание психологическому здоровью подростков и бороться с насилием в школах.

«После случая с Мишей Пивневым (девятиклассник, который осенью 2017 года пытался повторить «Колумбайн» в ивантеевской школе. — Прим. ред.) все поголовно начали считать нас моральными уродами, у которых под кроватью целый арсенал оружия, а в голове — полнейший бардак», — жалуется Влада. Она говорит, что комьюнити отрицательно относится к последователям убийц, так как «это противозаконно и не принесет ничего, кроме горя». «Что такие люди пытаются доказать своим поступкам, неизвестно. Как мне кажется, это что-то вроде попытки прославиться. Иначе я не могу понять, почему эти люди идут на такие убийства», — говорит Влада.

Публикация от ru (@ddaedralord)

Поклонники посвящают Эрику и Дилану рисунки

Доцент кафедры культурологии и социальной коммуникации РАНХиГС Оксана Мороз считает, что, когда мы видим человека, который совершает с точки зрения общественных норм нечто противозаконное, мы таким образом говорим себе, что мы «нормальные». При этом проявление симпатии ко всему жуткому — обычная история про человеческое любопытство. Увлечение тру-краймом, по мнению Мороз, очень схоже с популярностью реалити-шоу или остросюжетных детективов, но, в отличие от них, реальные преступления полностью непредсказуемы и разворачиваются не по сценарию: «Ничего плохого это о обществе не говорит, потому что людям всегда интересны события, которые щекочут нервы. Об этом говорили многие медиа в 90-е годы: любые сообщения, которые содержат в себе шокирующую и скандальную информацию, воспринимаются людьми с большим интересом, потому что по этому поводу можно сформировать собственные высказывания, это можно обсудить с другими».

О том, что тру-крайм-сообщества не отличаются от других фан-групп, говорит и Мороз: «Вокруг любых знаменитых преступников всегда формулировалось сообщество поклонников, и это далеко не всегда люди, отмеченные всякими девиациями. Просто этим интересуются люди, предпочитающие собираться вокруг звезд того и иного масштаба». Она добавляет, что нередко в тру-крайм-комьюнити сидят люди, продвигающие идею, что за все подобные преступления ответственно общество. При этом Мороз не исключает, что из таких комьюнити могут вырастать последователи преступников, но это скорее исключение. «Нельзя сказать, что если у нас сидит какой-нибудь преступник в тюрьме на протяжении многих лет и им интересуются журналисты, постоянно приходят посетители, то среди этих визитеров потенциально есть такие же насильники», — считает она.

Подробности по теме
«Дети виноваты меньше всех»: психологи, учителя и колумбайнеры о нападениях в школах
«Дети виноваты меньше всех»: психологи, учителя и колумбайнеры о нападениях в школах

Что сейчас происходит с пабликами о тру-крайме

Через несколько часов после событий в Улан-Удэ в пресс-службе «ВКонтакте» заявили, что по запросу Роскомнадзора доступ к группам, «призывающим к резне в школах», был заблокирован. В их числе оказался паблик (school)shooters, на который было подписано около 2,5 тысяч человек, включая нападавших в пермской школе. Он был посвящен школьным стрелкам: помимо Эрика и Дилана там обсуждали националиста Дилана Руфа, который в июле 2015 года расстрелял прихожан африканской церкви в Чарлстоне (его приговорили к смертной казни). «Мы не пропагандируем насилие и презираем его проявления в любой форме. Являемся лишь ознакомительной группой по сбору информации», — говорилось в описании заблокированного паблика.

Доцент кафедры культурологии и социальной коммуникации РАНХиГC Оксана Мороз говорит, что блокировкой групп силовые структуры минимизируют эффекты воспитания и образования. «То есть заявляют о том, что единственным способом защитить, например, подрастающее поколение является запрет», — поясняет она. По словам Мороз, подростки в интернете часто более самостоятельны и ответственны, чем взрослые, но исполнительные ведомства по-прежнему считают подростков «очень слабыми, несмышлеными существами, не снабженными собственной волей и характером настолько, что могут поддаться на любую пропаганду».