«В компьютерные игры я играю с тех пор, как у меня появился компьютер. Первой онлайн-игрой стала Aion — я узнала о ней от друга 7 лет назад. Ему было скучно играть одному, и он решил заинтересовать меня, сделав упор на всякие девчачьи вещи: «Смотри, тут можно надевать разные шмоточки, тут можно собирать цветочки!» Каково же было мое удивление, когда я увидела, что это далеко не самое интересное в игре. Кстати, по моему опыту, мальчики больше интересуются внешечками (внешний вид оружия и костюмов персонажей. — Прим. ред.), чем девочки.
После Aion я пробовала разные MMO (жанр массовых многопользовательских ролевых онлайн-игр. — Прим. ред.), но ничего не пришлось по душе. И дело даже не в графике — я не думаю, что это самая важная вещь. Мне настолько близок дух этой игры, что даже сейчас, когда из Aion ушли почти все мои друзья, я продолжаю играть.
Когда я только начинала играть, я постоянно недосыпала, и все закончилось обмороком. Сейчас я играю в среднем два часа в день. Около часа у меня уходит на дерики (походы в специальную зону, доступную группе игроков определенного уровня в определенное время. — Прим. ред.), которые я очень люблю, и еще час — на осаду. Меня совсем не интересует новый контент игры: я прихожу только на активности, где можно побегать с единомышленниками.
Я играю без доната и даже подписку покупаю не за реальные деньги, а за кинары — внутриигровую валюту. Пять лет назад, когда только появился магазин, я покупала себе платьица. Тогда эти товары были дефицитными, а сейчас все поставлено на поток: вещи, которые появляются в магазине, сразу попадают на аукцион — и их можно купить за валюту.
Я крайне непостоянный человек: за семь лет сменила множество персонажей. Мне приходилось трижды менять игровой сервер — из-за этого изначальные персонажи не сохранились. Сейчас я играю персонажем класса «пилот», которую зовут MegWhite в честь барабанщицы Whitestripes
. Но моим любимым персонажем был танк по имени Meitene, что в переводе с латышского языка означает «девочка». Интересно, что имя своему персонажу я дала еще до того, как вышла замуж за латыша и переехала в Ригу.
С мужем я познакомилась в Aion. Все началось с того, что к нам в легион попросился гладиатор. У нас был суровый легат (глава легиона игроков. — Прим. ред.), и он устроил новобранцу серьезную проверку, которую тот достойно прошел. Мы стали бегать вместе и общаться каждый вечер в скайпе. Тогда я жила в Сибири и однажды предложила ему и нескольким людям из легиона собраться в Москве. Так мы и встретились. Почему мой муж пошел на русский сервер, живя в Латвии, я не знаю. И то, что из всех серверов, из всех сайтов с игрой мы начали играть на одном, очень забавно. Наверное, и правда судьба.
Когда мы с мужем еще не съехались, у нас была большая разница в часовых поясах — 4–5 часов в зависимости от того, лето или зима. Когда он приходил с работы и заходил в Aion, живя в Риге, в Сибири было уже около полуночи. Мне приходилось жить по латвийскому времени: ложилась около 5 часов утра и все знали, что раньше обеда ко мне можно не соваться, потому что я сплю. Я работала фотографом в своей фотостудии, поэтому могла сама планировать время. Работа у меня начиналась в обед и заканчивалась поздним вечером.
Мне очень нравится шутка, что онлайн-игры не вызывают агрессии, а вот лаги (запаздывание в работе игры. — Прим. ред.) — вызывают. Это правда, лаги жутко раздражают, но сама Aion совершенно безобидна. Не знаю, как игры действуют на неокрепшие умы 14-летних, но для людей, которые работают, у которых семьи, стрессы, проблемы в реале, зайти на час побегать и отвлечься бывает очень полезно. Особенно люблю проводить время на просторах игры вместе с мужем. Считаю, что это укрепляет отношения, помогает расслабиться и перезагрузиться после рабочего дня. Я слышала, что во многих парах, где играет только один человек, это становится причиной конфликтов. Рада, что это не про нас. Мы оба понимаем, что это просто хобби. Многие пары приходят домой и после ужина ложатся на диван, смотрят кино, сериалы и телешоу. А мы играем.
Когда я пропускаю важные события в игре, которые, например, происходят раз в 4 недели, я грущу. Это связано не с тем, что мне нужен какой-то дроп (ценные предметы, которые можно добыть, убивая монстров. — Прим. ред.) — можно пойти на аукцион и купить все что хочешь. Это такое ощущение, что все пойдут, а я пропущу.
Пока Aion не умрет естественной смертью, я буду продолжать в нее играть — как минимум потому, что у меня нет столько свободного времени, чтобы качаться и одеваться с нуля в другой игре. Как представлю — мне прямо плохо становится».
«Я начал играть в уфимском компьютерном клубе и вскоре стал участником чемпионата по Half-Life — мне тогда было лет 12. После этого появился Counter Strike. Мы начали собираться в команды и играть четыре на четыре. Серьезно, с ежедневными тренировками, я играю в Counter Strike с 2002 года.
Точно помню момент, когда понял, что начался настоящий киберспорт. Я учился в ПТУ на оператора ЭВМ. ФКС (Федерация компьютерного спорта России. — Прим. ред.) оплачивала нашей команде поездку на чемпионат в Екатеринбург. Я пришел отпрашиваться у преподавателя, и мне заявили, что никуда не пустят, потому что игры — это ерунда, за ними нет будущего. Меня это разозлило, и я начал доказывать обратное. После того как я самовольно уехал на турнир, меня стали валить. С того момента я решил больше уделять времени киберспорту и бросил учебу.
Мы с моим братом Dosia (Михаил «Dosia» Столяров — известный российский киберспортсмен. — Прим. ред.) играли в одном клубе. В первые свои команды попали, когда мне было 13 лет, а брату шел 12-й год. Вообще-то, в таком возрасте в команду не берут — нужна куча разрешений от родителей на переезд в другой город, покупку ЖД-билетов и так далее. Но мы так хорошо играли, что на это закрывали глаза. В конце 2006 года мы впервые стали играть в одной команде, и это продолжалось до 2013 года.
Думаю, у всех братьев бывает соперничество. Одно время я играл в лучшей команде города, а Миша во второй по крутизне — только из-за возраста, но совсем не из-за качества игры. Вообще, мы разноплановые игроки. Миша выполняет свои роли на карте, я — свои. Мы в этом плане не пересекались ни разу. Каждый в своей сфере в какой-то момент был лучше всех. Одно время братья Столяровы были практически мемом. Во времена Moscow Five (российский киберспортивный клуб, основанный в 2001 году. — Прим. ред.), когда еще был Counter Strike 1.6, мы начали выигрывать серьезные турниры, получили пару европейских титулов. Мы могли даже не общаться во время игры — без слов понимали друг друга.
Самое болезненное разочарование за киберспортивную карьеру произошло, когда я играл в уфимской команде, а на мое место решили взять московского игрока. Мы постоянно занимали третье или четвертое место, и ребята решили, что проблема во мне. Это было почти предательством. Я тогда жестоко разочаровался, но не в самом киберспорте, а в игроках.
В киберспорте нет стабильности. Хотя, когда тебя регулярно оставляют безо всяких денег, это тоже своего рода стабильность. В таких ситуациях можно перебиться случайными заработками, переждать пару месяцев и снова вернуться, но это довольно сложно. Мой общий выигрыш в чемпионатах составляет приблизительно 17 тысяч долларов. Мой брат сейчас продолжает активную киберспортивную деятельность, и его выигрыш перевалил уже за 200 тысяч долларов. Раньше у меня было желание стать лучшим игроком и выигрывать, выигрывать, выигрывать. Сейчас передо мной стоит цель стать тренером. Иногда нужно сделать шаг назад и уже не играть, а помогать молодым ребятам.
Киберспорт сильно повлиял на мою личность. Можно сказать, что я весь из этого состою. Все мои качества сформировались под его воздействием: уверенность в себе, уверенность в разговоре с людьми, умение выстроить общение — в школе такому не учат. Возможно, в одиночных играх действительно происходит деградация: интроверты еще больше закрываются, мир вокруг становится им не нужен. Но в командном киберспорте все наоборот.
Сейчас невозможно сказать, до какого возраста нынешние киберспортсмены смогут профессионально играть, скажется ли возраст на качестве игры. Ведь часто опыт оказывается важнее, чем скорость реакции. И вообще, у кого-то и в 50 лет может быть реакция резвее, чем у 16-летних».
«Я начал играть еще в средней школе. Когда я учился на 4-м курсе университета, купил журнал с дисками в комплекте — мне попалась ролевая игра R2 Online. Установил — и все. До этого я играл в основном один, а тут попробовал что-то совсем новое — многопользовательскую игру, где можно взаимодействовать, сражаться, дружить с другими людьми. Это меня очень зацепило.
Уже девять лет я играю в одну игру. Сам не заметил, как пролетело время. У меня топовый персонаж, и я провожу в игре примерно четыре часа в день. Сейчас это время меньше, чем несколько лет назад, потому что теперь не нужно кого-то догонять — уровень и так достаточно высокий.
Я выбрал класс «рыцарь», потому что управлять им проще, чем остальными. Пробовал играть магом, рейнджером, призывателем, ассасином, но выбрал самое простое и понятное. За 9 лет я ни разу не менял класс. Гильдию в игре могут создавать только рыцари, то есть с выбором я не ошибся. В других играх можно делать что угодно — и с твоим персонажем ничего не произойдет. В R2 все иначе — если вышел из города, должен постоянно быть начеку. Только остановишься — сразу найдутся желающие тебя убить.
Увлечение игрой мешает моей личной жизни. Очевидно, есть проблема, раз в 30 лет я еще не женат. Бывало, что я знакомился с девушками в игре, но это ни к чему серьезному не приводило. Многие люди находят вторые половинки во время учебы в университете, но у меня такого шанса не было: я учился на инженера — конструктора турбогенераторов электрических машин и девушек на факультете не было вообще.
Каждые пятницу, субботу и воскресенье я нахожусь в игре. Я глава гильдии, и без меня никто не сможет пойти на осаду. Наверное, жизнь была бы другой, если бы я мог иначе проводить выходные.
Сейчас я провожу время в игре в основном из-за обязательств главы гильдии — многое стало зависеть от моих действий. Все устроено таким образом, что я не могу назначить вместо себя заместителя, поэтому единственный способ избавиться от обязательств — полностью сменить главу. Но на такое я не готов. Меня хотят забрать на военные сборы для офицеров запаса — обещают повысить до старшего лейтенанта. Я не смогу заходить в игру пару недель. Скорее всего, мне придется дать кому-то из согильдийцев свой доступ. Конечно, буду волноваться, как бы чего не произошло.
Мнение, что аудитория онлайн-игр — это сплошь школьники и неудачники, ошибочное. Ядро нашей игры — взрослые люди, которые сознательно выбрали ее в качестве своего увлечения. Тут во всех гильдиях средний возраст — за 30. Много семейных людей. Наприм