Анна Рыжакова посетила более двадцати стран за шесть лет. Пройдя паломнический путь по Испании, она решила покорить Гималаи и связать жизнь с восхождением в горы. Мы поговорили с Анной про сложности в походах, отношение к женщинам в туризме и об особенностях Непала.

О том, как начала путешествовать

Я начала жить самостоятельно в восемнадцать лет. Сняла комнату и устроилась в H&M, это была моя первая серьезная работа. Параллельно заочно училась на менеджера в колледже при Университете технологии и дизайна, но так и не окончила его: мне не понравилась программа. По выходным подрабатывала няней, а потом устроилась секретарем в консалтинговую фирму и поступила на психологический факультет Невского института дизайна.

К двадцати годам я ни разу не путешествовала, поэтому решила провести отпуск в Европе. Ткнула пальцем в карту и попала в Барселону. Оказавшись там, влюбилась в город и захотела остаться в нем навсегда. Поездка закончилась, но вскоре я вернулась уже на два месяца, зимовать. Работа секретаря была не суперважная, поэтому начальник согласился, чтобы меня заменили.

Я ходила за продуктами в местную лавку, учила язык, гуляла и чувствовала себя местной. Еще нашла подработку: сдавала комнаты туристам и водила экскурсии по городу. Тогда, в 2013 году, никто не пользовался Airbnb, все сдавали жилье в группах во «ВКонтакте». Через некоторое время я освоилась в Испании, поэтому оборвать все концы в России было несложно. Точно знала, чего хочу: уволилась со всех работ и отчислилась из института.

Про Путь Сантьяго и первый трекинг

Однажды две девушки, которым я сдавала жилье, спросили, нет ли у меня знакомых, желающих пройти с ними Путь Сантьяго (самый популярный маршрут для религиозного паломничества в Европе. — Прим. ред.). Я прочитала про него и подумала, что это классная возможность увидеть Испанию. Доверилась случаю и присоединилась к ним, но из‑за временных ограничений мы прошли дистанцию не полностью. Было всего две недели, а путь длится 1000 километров и при хорошем темпе занимает месяц. Часть мы прошли, часть проехали на поезде, где‑то ловили автостоп. В Испании водители достаточно быстро подбирают путешественников. Останавливались женщины, мужчины, пожилые. Все были очень милые и вежливые.

Когда я ехала домой через Галицию, то посмотрела на красивую природу за окном и пообещала себе вернуться. Так полюбила Испанию, что прошла Путь Сантьяго уже пять раз.

После этого я начала интересоваться трекингом, смотрела про него разные фильмы. Например, «Дикая» — о девушке, отправившейся в одиночное пешее путешествие по хребту Сьерра-Невада и Каскадным горам. Вдохновилась увиденным и стала искать красивые тропы и пронумерованные маршруты. Думала, что мне горы по колено, ведь я уже прошла почти 1000 километров через всю Испанию. Решила попробовать покорить Гималаи и купила билет в один конец. Полетела туда, потому что еще в школе меня тянуло к индуизму и буддизму, мечтала увидеть Индию и Непал.

Я не успела подготовиться и не знала, на какую высоту иду, что меня ждет, что такое Гималаи. Не догадывалась, что, например, перевал Торонг-Ла чуть ниже Эльбруса. Как же я удивилась, когда прочувствовала, насколько трекинг в горах отличается от равнин. И, конечно, это совершенно другой климат.

В первый день в Гималаях я очень медленно поднималась с двенадцатикилограммовым рюкзаком, в котором было все что угодно, кроме теплых вещей. На следующий день из лоджа (домик для ночевки. — Прим. ред.) вышла в полдень. Было так холодно, что я напялила все, что нашла. Потом, когда стало жарко, остановилась переодеться. И тут мимо проходил Саша (Александр Верюгин, напарник Анны по организации туров. — Прим. ред.). Мы познакомились, и он объяснил, что такое Трек вокруг Аннапурны (многодневный пеший туристский маршрут в Непале. — Прим. ред.) и что нас ждет подъем на высоту 5416 метров над уровнем моря.

Когда я смотрела фотографии, где девушки позируют в футболках на фоне заснеженных гор, то не думала, что будет так сложно добраться до этих мест.

Позже мы с Сашей начали делать туры. Ранее друзья уже предлагали мне эти заниматься, и я даже провела групповое путешествие. Правда, оно было некоммерческое: просто нашла четырех попутчиков во «ВКонтакте» и прошла с ними в Путь Сантьяго. А Саша на момент нашего знакомства работал в туризме уже пятнадцать лет. Занимался туроператорской деятельностью, собственным туристическим агентством и много раз ходил в трекинг в Гималаях.

Про Непал

Местные жители очень приятные, открытые и улыбчивые, но в стране есть свои нюансы. Например, отсутствие правил дорожного движения: оно хаотичное и нет светофоров. Магазины скорее похожи на базар, где все зависит от общения с продавцом. В Азии иностранец — ходячий денежный мешок, на котором все пытаются заработать.

Это страна, где важно уважать местную культуру и религию. Тут не принято ходить в коротких шортах, девушки не могут носить открытую одежду. Но важно соблюдать не только дресс-код: например, левая рука считается «грязной», ей нельзя есть или оплачивать что‑то. Еще, подавая деньги, нужно придерживать локоть, а для приветствия стоит использовать жест намасте.

Те, кто думает, что Непал бедная страна, ошибаются. Даже на высоте 5500 метров есть дома, цивилизация, ночлег и еда. Привезти продукты помогают жители Непала, в том числе на ослах и больших гималайских коровах. Соответственно, стоимость продуктов дорожает пропорционально высоте. Если внизу ты можешь приобрести блюдо за пять долларов, то в горах заплатишь семь.

Про трекинг в Гималаях и отношение к женщинам

В горах расстояние измеряется не в километрах, а в часах. Средняя продолжительность ходового дня — около семи часов. Если надо преодолеть перевал, то выходим в три-четыре утра и спускаемся через двенадцать часов.

Затрат во время трекинга много: питание, остановки в лоджах, сборы за пребывание в заповедных зонах и за работу гида, еще оплата носильщика, если вы не хотите неси вещи сами. Самое дорогое — вода: наполнить термос стоит примерно десять долларов. Есть нужно там же, где остановился на ночь. Заказывают, как правило, ужин и завтрак. Нет смысла идти в другое место, потому что меню составляется на всю деревню, а то и на округ, и в каждом доме оно одинаковое. Еда — основной заработок местного населения.

Трекингом занимается достаточно много женщин, но я заметила, что меня редко воспринимают всерьез. Возможно, это связано с моим ростом и внешностью. Недавно я искала трансферы на Кавказе и разговаривала с водителями — они не хотели называть мне стоимость услуг, пришлось сменить тон и потребовать сделать это. В странах, где большую роль играет религия, выше вероятность, что к женщине будут относиться хуже, чем к мужчине.

Подробности по теме
«Восхождение — это персональная эволюция»: как люди покоряют высочайшие горы
«Восхождение — это персональная эволюция»: как люди покоряют высочайшие горы

Об эвакуации и горной болезни

Все наши клиенты приезжают со страховкой, которая покрывает высокогорный трекинг. Людей эвакуируют из гор по несколько раз в день, но способ зависит от высоты и региона. К сожалению, вертолет не может прилететь куда угодно, это крайняя и экстренная мера, когда ситуация на грани жизни и смерти. Многие, получая травму, думают, что их эвакуируют по воздуху, но есть другие способы — лошади, яки, ослы или машины.

Однажды на 5000 метров нашему клиенту стало плохо. Он пошел в душ, а температура воды была очень высокая — 42 градуса. В таких случаях необходимо открывать дверь кабинки и не находиться там долго. Его предупреждали о мерах безопасности, но мужчина долго не возвращался. Когда мы пошли за ним, прибежали сотрудники лоджа и сказали, что он потерял сознание. Поскольку это был пожилой человек и существовала угроза жизни, то ему вызвали вертолет.

Некоторые гиды позволяют людям из своих групп пить алкоголь, так же поступают и самостоятельные туристы. Это строжайше запрещено, потому что спиртное очень сильно влияет на акклиматизацию организма в горах. Много раз видела, как люди выходят из Тиличо-Бейс-Кэмпа (лагерь на озере Тиличо в Гималаях. — Прим. ред.) и им становится плохо. Их срочно эвакуируют, потому что кто‑то устроил пир в горах.

Горная болезнь похожа на похмелье: мигрень, тошнота, человека немного штормит. Начиная с 3000 метров она проявляется у всех, и с набором высоты она ощущается все сильнее. Сначала это может быть легкое головокружение и небольшая отдышка, которая пропадает к вечеру, а утром организм восстанавливается. После 4000 метров — ежевечерняя головная боль, от которой помогают только таблетки. Дальше — адская мигрень. Все ощущают горную болезнь по-своему, роль играют разные факторы: общее состояние организма, сон, заболевания.

Я легко переношу высоту. Однако недавно была на Эльбрусе и мне стало плохо, потому что не было достаточной акклиматизации. До вершины буквально ползла на коленях — делала шаг и меня выворачивало. Проблема в том, что на Кавказе высота ощущается сильнее. Если в Гималаях мы набираем не больше 500 метров за день — это железное правило, — то на Эльбрусе так не получится.

Главная цель гида — уберечь человека от ситуации, когда требуется эвакуация. Вообще, заниматься трекингом можно самостоятельно, но надо иметь подготовку и базовые знания о технике безопасности. Важно досконально изучить маршрут, проложить его на карте и сделать пометки.

Желательно иметь компанию, чтобы за твоим состоянием наблюдали. Например, горная болезнь опасна тем, что человек не понимает, насколько ему плохо. Люди, которые находятся в критическом состоянии, часто утверждают, что они здоровы.

Еще у самостоятельных туристов случаются проблемы с проживанием. Непал — популярное направление, куда ходят большими группами, и все лоджи, особенно в высокогорье, заняты. Можно столкнуться с тем, что вам будет негде жить. Идти одному лучше в начале и конце сезона, когда меньше туров.

О восхождении на Эльбрус

Летом я совершила свое первое восхождение, оно было на Эльбрус. Попала туда случайно: приняла участие в конкурсе и выиграла его. Было интересно побывать в таком походе. Эльбрус — это коммерческое и популярное направление, но при этом там все достаточно аскетично, живешь в палатках или в вагончиках на горе.

Само восхождение было сложным. Я долго готовилась: год ходила на разную йогу, в том числе силовую, занималась почти каждый день. Еще сделала себе программу по акклиматизации — ходила по горам и постепенно набирала высоту. Так что на Эльбрусе я могла начинать восхождение уже на следующий день после приезда.

Я ездила в тур, который длился одиннадцать дней. Было четыре дня похода, остальное время мы с группой находились на горе. В погодное окно (день, когда устанавливается хорошая погода перед надвигающимися муссонами. — Прим. ред.) пошли на штурм вершины и преодолели два километра за девять часов. В среднем люди поднимаются за 10–12. Мы дошли быстро, но когда делаешь это как мы, при полной темноте, дорога дается тяжело из‑за дезориентации. Мне казалось, что прошло уже пять часов, хотя на деле всего пару минут. Были короткие остановки, например, на первом привале я успела только сходить в туалет, на втором получилось чуть-чуть перекусить. В какой‑то момент решила идти в своем ритме. Немного отстала и наслаждалась видами. Останавливалась и смотрела по сторонам на Кавказский хребет, облака и тень от Эльбруса.

На Эльбрус едут очень много людей, но большинство не очень понимает, что их ждет. И, скорее всего, настрадавшись, они больше не вернутся к альпинизму. На фотографиях видишь очень счастливые лица, и даже не подозреваешь, что за пять минут до снимка человека тошнило от горной болезни.

Об экстремальных ситуациях

В Индонезии я заглядывала в жерло вулкана Бромо. Там же я заразилась лихорадкой денге. У нее есть несколько видов, в том числе смертельный. Симптомы лихорадки: озноб, сильная ломота в конечностях, отсутствие аппетита. У меня неделю держалась температура около 40 градусов. Пила парацетамол, но сбить ее не получилось. Оказалось, что им вообще нельзя лечиться, и надо обязательно пить и есть, даже если не хочется. В больницу не поехала, потому что без страховки это очень дорого. К счастью, лихорадка прошла сама, но с тех пор я езжу только со страховкой.

Еще однажды мне пришлось ночевать в Таиланде на улице. Поехала туда в отпуск, но оказалась без денег, потому что мне не выплатили зарплату. В кармане было 20 долларов: выбор — поесть или переночевать в хостеле. Решила поехать с Пхукета до Бангкока автостопом и спала в палатке на автозаправках. Кормили меня тайцы, это очень добрый народ.

Как пандемия повлияла на путешествия

Из‑за пандемии прошлый год стал тестом на стрессоустойчивость. Путешествовать было крайне сложно, потому что рейсы отменяли, туристам закрывали въезд, были запутанные правила с ПЦР-тестами. Раньше ты прилетал в Непал, получал визу и шел куда угодно. Сейчас все по-другому: нужно заполнить тонну бумажек, заранее оформить визу в посольстве в Москве, а многие авиакомпании вообще перестали сюда летать. Трудно даже оформить страховку.

Но, несмотря на это, мы успели провести целый туристический сезон в Непале. Правда, мой напарник Саша застрял в стране: не успел улететь до закрытия авиасообщения. Наша группа находилась на базовом лагере «Эверест», это удаленный горный регион, откуда не выйти быстро, а правительство [Непала] дало туристам два дня, чтобы покинуть страну. Конечно, началась большая паника. Многие просто не успевали спуститься в Катманду до 6 мая. Ко всему прочему, стояла плохая погода. В итоге наша группа улетела в Россию, а Саша решил остаться в Непале. Сейчас он снимает там квартиру и живет на заработанные за сезон деньги.

Я все лето проработала на Кавказе. Очень скучаю по Непалу и обязательно вернусь туда, когда ситуация с границами будет свободнее.

Подробности по теме
«Обратно я не вернусь»: история художника, который пешком путешествует по Европе
«Обратно я не вернусь»: история художника, который пешком путешествует по Европе