НМИЦ гематологии — крупнейший центр, где лечат заболевания крови, в том числе онкологические. Лимфомы, лейкозы — это всегда сложное лечение и большие риски. Многим пациентам приходится оставаться в больнице по несколько месяцев. «Афиша Daily» подслушала разговоры в разных отделениях центра и, с согласия пациентов, опубликовала их.

Поликлиника

Как выглядит: светлые коридоры, белые скамейки вдоль стен, двери в кабинеты врачей.

Что здесь происходит: пациенты проходят первичный прием, получают направление на анализы и узнают свой диагноз.

Разговор женщины с ее пожилой мамой

— Мам, пей кефир и булку поешь. Ты же не ела еще из‑за анализов. Сыр будешь? Я сыр тоже купила.

— Спасибо, дочь. Долго нам тут еще? Я уже хочу назад, на дачу. Прогулялись по Москве и хватит! Там дел на даче полно.

— Мам, ну какая дача сейчас? Сейчас вот доктор скажет, что у тебя, и лечиться будешь.

— Может, еще обойдется, может, витаминки назначат — и все.

— Ох, мам. Ты посмотри на свой цвет лица — землистый. Какие тут витаминки?

Молодая пара. У женщины озноб, мужчина держит ее за руку

— Андрюш, дай водички. Сколько времени сейчас? Долго нам еще ждать?

— Доктор сказал, что вызовет.

— Маме, может, позвонить? Или потом? Она волнуется, наверное?

— Я ей написал, что мы пока ничего не знаем. Она сейчас малого завтраком кормит, потом гулять пойдет.

— Хорошо. Может, еще хорошие новости будут. Ждем пока. Водички дай еще.

Пожилая врач — молодой девушке, которая ждет в очереди вместе с отцом

— Ну как ты? Трясешься? Не трясись! Все будет нормально, подлечим тебя, будешь как новенькая. Сейчас документы оформим — и пойдете дальше.

Отделение химиотерапии

Как выглядит: старый ремонт, половина лампочек в коридоре перегорели — здесь всегда сумрачно.

Что здесь происходит: пациенты проходят химиотерапию: в коридоре можно встретить людей в домашних халатах и спортивных костюмах, которые ходят по нему со стойкой для капельницы. В палатах — по четыре человека примерно одного возраста.

Палата 1. Молодые женщины в теплых носках болтают

— Кать, что сегодня на обед? Борщ? Кому отдать мой борщ в обмен на лишний компот?

— Смотрите, мама мне фотку доченьки прислала — цветочки собирают. Смотрите, сладкая какая!

— А мой вот на утреннике выступал. Правда, похож на меня?

Палата 2. Заходит беременная женщина — она тоже проходит лечение

— Девчонки, кто со мной витаминизироваться? Пошли яблоки в микроволновке печь? А то сладенького хочется.

Палата 3. Пожилые женщины спорят

— Вы бы, Наталья Петровна, кофе шли в коридор пить. Меня тошнит от вашего кофе!

— Вас от жизни тошнит, а не от кофе. Мне он, наоборот, помогает — хоть что‑то приятное.

Подробности по теме
«Наконец я смог обнять его»: истории встреч доноров и реципиентов костного мозга
«Наконец я смог обнять его»: истории встреч доноров и реципиентов костного мозга

Ординаторская

Что здесь происходит: врачи работают над историями болезни: высчитывают нужные комбинации препаратов для коррекции состояния и определяют следующие шаги в лечении. Многим пациентам с лейкозом нужна трансплантация костного мозга. Поскольку родственные доноры подходят очень редко, а неродственного надо искать за большие деньги (от 600 тыс. до 1,5 млн рублей), здесь работает отделение Фонда борьбы с лейкемией — он оплачивает поиск донора в российском или международном регистре.

Координатор фонда — врачу

— Есть кто новый для нас?

— Да, у нас молодая мама поступила с лейкозом. После первой химии она родила и сейчас капается дальше. Будем готовить ее на трансплантацию. Сейчас позовем ее познакомить. Девочки, Наташу приведите! Пусть паспорт захватит, сразу подпишем информированное согласие с ней.

— А родственников проверили уже на совместимость?

— У нее брат есть, но он не подошел. Так что только искать.

Отделение трансплантации костного мозга

Что здесь происходит: трансплантация костного мозга, для которой пациенты помещаются в стерильные боксы: при подготовке полностью убивается их иммунитет, это нужно, чтобы собственный костный мозг не победил донорский. Это делается с помощью высокодозной химиотерапии. Затем происходит трансплантация, для которой привозят донорские клетки и заливаются прямо через вену. Потом нужно время на реабилитацию — у кого‑то она проходит проще, а у кого‑то развиваются осложнения. Нередко случается воспаление пищевой системы, когда пациентам нельзя есть. Сюда же волонтеры привозят журналы, книжки, кроссворды. Многие из них сами проходили лечение и трансплантацию.

Молодая пациентка — по телефону

— Мам, а что у вас на обед сегодня? А мне котлетки сделаешь, когда я выпишусь? А салат с крабами сделаешь? Я ночью подумала, что очень хочу крабовый салат. И пирог еще с капустой. Сфотографируй мне свою тарелку, хоть посмотрю!

Волонтерка из бывших пациенток — мужчине средних лет в боксе

— Добрый день! Ну как вы сегодня? Получше?

— Устал.

— Конечно, устали. Понимаю, я и сама вот в этом боксе четыре месяца от звонка до звонка. С Гошей мы вдвоем так и лежали — это я так инфузомат свой назвала (медицинское изделие, предназначенное для длительного, дозированного, контролируемого введения растворов пациенту. — Прим. ред.).

— Гоша — это хорошо! Тоже надо этому парню имя придумать. А пива нету?

— Нет!

— Раз нету, давай сканворды!

Подробности по теме
«Люблю тебя каждой нашей общей клеточкой»: письма больных лейкозом донорам костного мозга
«Люблю тебя каждой нашей общей клеточкой»: письма больных лейкозом донорам костного мозга

«Фонд борьбы с лейкемией» помогает взрослым людям, заболевшим раком крови. Узнать, как помочь, можно по ссылке.