Гитарист Radiohead Эд О’Брайен в апреле выпустил первый сольный альбом «Earth», обращение к наследию 70-х — 90-х — краут-року, танцевальной электронике — и размышления о судьбах планеты. Это очень оптимистичная и светлая пластинка, особенно на фоне последних работ Radiohead. Мы поговорили с О’Брайеном о переезде в Бразилию, депрессии и экологии.

— Вы выпускаете дебютный сольный альбом в 51 год, после стольких лет в Radiohead. Тяжело?

— Нет, вполне естественно. Я только постоянно задаю себе вопрос: «Почему я делаю это только сейчас, а не 20 лет назад?» Я же занимаюсь музыкой очень долго, этим летом будет 35 лет [с основания Radiohead].

— Вы же еще пытались писать сольные треки в конце девяностых?

— Да. Я записывал какие‑то фрагменты песен, но не знал, как быть с текстом. Я писал песни в период после выхода «OK Computer», но потом перестал. У меня потом было два-три года тяжелой депрессии, когда музыка не получалась вообще. Потом у меня появились дети, и времени [на музыку] не было. А теперь дети стали старше, и время появилось.

— На вашу сольную карьеру еще же повлиял переезд в Бразилию.

— Да. Прежде всего это была возможность взять тайм-аут вместе с моей семьей, остановиться. Когда ты живешь в городе, ты все время занят чем‑то — детьми, музыкой, и переезд в Бразилию… Мы жили в деревне. И все будто бы замедлилось. Будто у меня в жизни появилось больше пространства. И это было очень счастливое время. И тут ко мне пришло вдохновение. Оно пришло именно от места пребывания. В Бразилии общество не такое, как в Великобритании. Мне очень хотелось поехать именно в такую страну, где живут люди с открытым и теплым сердцем.

В Британии все немножко зажатые, пока не выпьют. Не знаю, насколько это вам знакомо, я не знаю, как это бывает в России. Но мне кажется, это общая история для стран Северного полушария.

В Бразилии теплоту, доброту людей ощущаешь сразу. Конечно, есть исключения, но [их мало] в маленьком сельском коммьюнити [где мы жили]. А потом я поехал на карнавал в Рио и в какой‑то момент понял, о чем хочу написать. Я почувствовал вдохновение.

Длинный двухчастный трек О’Брайена «Brazil» — простая и ясная песня о том, как чувство любви возвращается к человеку

— Когда я слушал альбом, у меня было ощущение, что основной его месседж — показать, какой же чертовски большой и удивительный мир окружает нас…

— Да, мне кажется это отличное описание, спасибо.

— Вот в девяностые вам сложно было находить слова для песен, но что поменялось сейчас?

— Мои источники вдохновения при написании треков — а я не Боб Дилан — они идут от госпелов, от американской музыки. Ее основная тема: от тьмы к свету. И она раскрывается в очень простых словах, но при этом идущих от самого сердца. Скажем, в песне «Olympik» я хотел показать чуть более широкую картину того, как мы живем на этой планете. Мне кажется, госпел помог мне легитимизировать то, что я пытался сказать.

— «Из тьмы к свету». При этом вы в Radiohead все эти годы играли песни, в которых как раз такое движение не наблюдалось.

— Я бы не сказал, что она вся проникнута темнотой. И даже там, где есть темнота, там есть свет. Мой путь такой же, как у других людей. Я все пытался найти счастье, успокоение ума.

Ты можешь страдать от депрессии, даже будучи в такой популярной группе, как Radiohead, несмотря на успех. Только потом ты понимаешь, что успех — не главное, что он может не принести тебе счастье.

Это путешествие — из тьмы в свет, к счастью — его проходят люди на протяжении тысяч лет. Вот представьте, миллионы россиян, те люди, которые прочитают эту статью, они все ищут счастье. Да, в этом всем есть какие‑то архетипы, которые ты встречаешь в книгах и кино, но это действительно очень глубокое путешествие. И это мое путешествие в том числе.

— И вам удалось найти счастье и комфорт через сольные песни?

— Нет, это нельзя найти, создавая песни. Музыка — это звуковая фотография, полароид. Когда мы в Radiohead выпустили «OK Computer», я очень гордился этим альбомом, и я думал, что он сделает меня счастливым. Но этого не произошло.

Музыка — это как… Ну вот как будто вы вышли съесть неплохой обед, он может принести вам моментальное удовольствие, но не сделает вас счастливым надолго. Но я в итоге нашел счастье. Где‑то в 2002–2003 годах света стало больше, но я проделал большую работу. Я пытался понять, почему те или иные вещи не работают, перестал пить, стал медитировать. Еще я стал больше следить за своими эмоциями. Почему я так себя веду? Почему я так себя чувствую? [И я понял, что] многие вещи имеют корни в моем детстве.

Эд О’Брайен на шоу Джимми Киммела — с главным синглом с альбома

— Интересно, что «Earth» довольно сдержанная в смысле эмоций работа.

— Да, мне кажется, получился довольно интроспективный альбом. Все-таки я начал писать песни накануне 50-летия, а крики, эмоции — это больше для молодых людей. Например, Radiohead эры «The Bends». А с годами чувства становятся глубже, ты перестаешь быть таким нестабильным [как в молодости]. Я не Мэтт Беллами из Muse, я не Том [Йорк] эры «The Bends». В альбоме «Earth» много радостных моментов и эмоций, но я не буду их выражать в духе «как же это ******* [хорошо]!».

— Еще мне показалось, что альбом берет очень многое от музыки девяностых. Он такой старомодный что ли. А референсы какие‑то у вас с точки зрения звука были?

— Не было. Было желание сделать что‑то по-настоящему простое. Мне не хотелось делать причудливый модный продакшен. Никакой поп-музыки и хип-хопа — это не я. Не было референсов, все диктовалось самими песнями, они должны были стать более прямолинейными. Вот на следующей записи, наверное, все будет совсем по-другому.

— Вы уже готовите следующий альбом?

— Ну я думаю об этом.

— У вас еще на записи очень много интересных гостей: Нейтан ИстАмериканский басист, работавший с Стиви Уандером, Филом Коллинзом, Ринго Старром, Daft Punk и другими артистами. В альбоме «Earth» сыграл на басу в двух песнях., Омар ХакимАмериканский барабанщик, начинавший в восьмидесятые с джаза и сотрудничавший с Майлзом Дэвисом, впоследствии работавший с Мадонной, Селин Дион, Daft Punk и другими поп-артистами. В альбоме «Earth» сыграл на барабанах в двух треках., Эдриан АтлиУчастник Portishead, также продюсер — работал с The Coral, Goldfrapp, Algiers. В альбоме «Earth» сыграл на гитаре в двух треках., Лора МарлингБританская фолк-исполнительница, вокалистка в двух треках с альбома «Earth».. Откуда они?

— Я им просто послал письмо по электронной почте. И потом мы созванивались и встречались: с Нейтаном, с Омаром, с Лорой Марлинг. Дейв ОкумуБританский продюсер и сонграйтер, работал в том числе с Тони Алленом и St. Vincent. В «Earth» сыграл на гитаре в трех треках., Гленн КотчБарабанщик Wilco. Сыграл на ударных в треке «Mass». и Эдриан Атли — мои старые друзья. Что касается тех, кого я изначально не знал, — мне нужно было пообщаться с ними сперва, я пытался объяснить им, что я пытаюсь делать, и понять, что они хотят. Они все прекрасные музыканты и прекрасные люди.

Трейлер к альбому, который дает некоторое представление о процессе записи «Earth». На 2.39 О’Брайен сетует на то, что чертов текст никак не пишется

— Вы в интервью говорили, что где‑то в середине процесса создания альбома поняли, что делаете что‑то не то. Вот каково это, когда уже полдела сделано, понимать, что ты занимаешься не тем, чем хочешь?

— Это был мрачный момент. Я работал над материалом четыре месяца, потом поехал в тур с Radiohead недель на восемь, потом вернулся, послушал и понял, как дерьмово это все звучит. Я был реально расстроен: мы поработали с отличными музыкантами, с ФлудомОн же Марк Эллис, один из главных британских продюсеров последние 40 лет. Среди его работ — «Achtung Baby» U2, «Violator» Depeche Mode, «To Bring You My Love» Пи Джей Харви, «Holy Fire» Foals. и КэтринКэтрин Маркс, продюсер из Австралии; работала среди прочего с The Amazons, The Wombats, Wolf Alice, Local Natives., замечательными продюсерами, потратили кучу денег.

Дня два я сидел и думал: «***** [Черт побери], что я буду делать с этим дерьмом?» Но потом понял, что мне надо более основательно взяться за процесс записи. Сперва я им вообще не руководил, а просто слушал то, что приносил мне Флуд, и говорил: «Это OK, это не OK». И теперь я решил сделать по-другому и четко разъяснить остальным участникам записи, как мы будем делать песни. И это сработало. Мы закончили альбом за шесть недель. Я просто понял, что мне нужно выпустить альбом, который я полюблю, а если кому‑то он не понравится, что ж, бывает. Ты всем не угодишь.

— И вы его в итоге полюбили?

— Да. Но самое интересное не [результат].

Самое интересное — последние три или четыре месяца, когда я стал находить недостатки в альбомах и то, куда я хочу двигаться дальше. Это очень важная часть творческого процесса.

Каждый альбом Radiohead, который мы выпускали, поначалу нас радовал, мы были удовлетворены результатом. Но по прошествии времени, через пару тройку месяцев, ты начинаешь разочаровываться в нем и искать что‑то новое.

— И что вы ищете сейчас?

— Мне хочется сделать более глубокую запись, что бы это ни значило, более эмоциональную и духовную по содержанию.

— Вы впервые на записи даете волю своим эмоциям и рассказываете о важных для вас вещах. Было тяжело?

— Ну да. Я к этому не привык. Но это нормальный процесс для музыканта, который выпускает первый альбом. Процесс доверия, процесс расставания с какими‑то вещами.

— Как в песне «Sail On»О’Брайен посвятил ее умершему кузену?

— Она была не про моего кузена, но про смерть и то, что после нее происходит с душой, с разумом. Я очень согласен с восточной традицией буддизма, индуизма, даосизма в смысле путешествия душ, того, что происходит после смерти тела.

Мой кузен умер, когда я записывал альбом. Я не мог попасть на похороны и посвятил песню ему. Он был еще молод.

Эд О’Брайен и раньше периодически участвовал в проектах за пределами Radiohead. Как, к примеру, в благотворительной истории 7 Worlds Collide, придуманной Нилом Финном из Crowded House. Конкретно в этой песне, помимо Финна и О’Брайена, играют Лиза Джермано (группа Джона Мелленкампа), Фил Селвей из Radiohead, Джонни Марр из The Smiths и Себастьян Стайнберг из Soul Coughing.

— Вы с недавних пор стали посещать протестные акции и еще активно помогаете благотворительной экологической организации Extinction RebellionОснованное в 2018 году в Великобритании движение, выступающее за ненасильственную борьбу против глобального изменения климата и потери биоразнообразия. В 2019 году Radiohead перечислили движению доходы со сборника неизданных сессий к «OK Computer», который сперва выложили пираты.. Зачем?

— Потому что, если мы не станем осторожными, если мы будем вести себя так же, как и предыдущие 5200 лет, жизни, какой мы ее знаем сейчас, не будет в ближайшие 100–200 лет. Нам нужно заботиться о своей родной планете. Но человечество обращается с ней как с дерьмом. Будто бы у планеты бесконечные ресурсы. К природе почти никакого уважения.

То, как мы относимся к нефти, как ее добываем, — это должно измениться. Иначе… С планетой будет все в порядке, а вот с людьми… Понимаете, это же вопрос того, в каком мире ты сам хочешь оказаться.

Мне не нравится агрессивность, которая есть в мире. Я родился в 1968 году, и мне не нравилось, что Запад конфликтовал с вашей страной, Советским Союзом. И я был рад, когда [в СССР к власти] пришел Горбачев. Мне не нравится агрессивность нынешних лидеров-мужчин: Трампа, Бориса Джонсона, Путина, [президента Бразилии Жаира] Болсонару. Это выглядит чертовски жалко.

Нам нужно двигаться дальше.

Мне кажется, что люди через 500 лет посмотрят на нас и спросят: «Какого *** [черта] они вообще творили? Это же нелепо».

Мне кажется, что Extinction Rebellion делает важные вещи. Но что интересно, они это делают плечом к плечу с нынешними школьниками. Прошлогодняя «Школьная забастовка за климат» — это очень круто. В Грете Тунберг больше зрелости и мудрости, чем в 95% наших политиков.

— И еще о Земле. Вы же хотели назвать свой альбом изначально «Pale Blue Dot»1. Название фотографии, сделанной в 1990 году аппаратом «Вояджер-1» с расстояния 5,9 миллиардов километров. На ней Землю еле можно различить: это действительно маленькая голубая точка на фоне огромного космоса. Автор идеи фото — американский астроном и астрофизик Карл Саган. 2. Одноименная книга Сагана, вышедшая в 1994 году. В ней он, в частности, рассуждает о будущем человечества и катастрофах — в том числе и экологической — которые его уничтожат.. Ведь и концепт вполне совпадает — у нас большая и красивая планета, и ее надо беречь.

— Да. Николай, надо смотреть шире. Я настоятельно советую вашим читателям — если в России есть нормальный перевод — прочитать книгу Сагана. Я ее изучил впервые семь или восемь лет назад и подумал: «Черт побери, вот оно!»

— Но потом вы переименовали альбом в «Earth». Почему?

— Потому что должен былФильм в итоге переименовали в «Люси в небесах». выйти фильм с таким же названием, и я решил, что могутТакже альбом с названием «A Pale Blue Dot» выходил в 2008 году у трип-хоп-группы Red Snapper. возникнуть проблемы. А потом я подумал: мне нравится название «Earth». Кто‑то сказал мне, что в этом слове те же буквы, что и в слове heart. Вы знали об этом? Вот и я не догадывался.

Подробности по теме
Radiohead выложили в открытый доступ 17 часов черновиков. Что мы там услышали?
Radiohead выложили в открытый доступ 17 часов черновиков. Что мы там услышали?