Москвич Алексей Карахан отправился на Алтай в поисках спокойствия и приключений, обнаружил там толкиеновскую красоту, шукшинских персонажей и хипстерскую джентрификацию и остался в восторге.

© Oleg Ivastov/Getty Images

Если бы Питер Джексон взялся переснимать «Властелина Колец», то, не сворачивая с основных дорог Алтая, он нашел бы и Хоббитанию, и Гондор, и Страну конников. Для съемок Мордора с проторенных трактов пришлось бы свернуть, но подходящие места в Алтае тоже нашлись бы. Алтай — это Новая Зеландия в четырех часах полета от Москвы: на относительно маленькой площади есть почти все варианты идеальных ландшафтов. Для полного набора не хватает только большой воды — океана, фьордов, пляжей; но Евразия все-таки большой континент, а Алтай почти в самом его географическом центре. Это и натолкнуло Рериха на мысль, что Алтай — а точнее, гора Белуха — центр Земли.

Белуха, «Мать-гора», как ее называют местные, и без рериховских заморочек потрясающее место: по структуре она напоминает ледяную стену из «Игры престолов». И более красивого горного кряжа я не видел. Лучший способ увидеть Белуху — добраться до турбазы «Высотник» и там договориться о вертолетной экскурсии, за часовой облет возьмут от 15 тысяч рублей с человека. Стоит заложить дополнительный день на случай плохой погоды или занятости вертолета.

Гора Белуха
© YuriyVZ/Getty Images

На самом деле центр Земли — не Белуха, а ПГТ Беляши в другой части Алтайских гор. До Китая, Монголии и Казахстана поселок отделяет всего несколько километров. Беляши — это евразийский Иерусалим, где сходятся все действующие религии мира, включая язычество и шаманизм.

Основная алтайская дорога — Чуйский тракт, ведущий в Монголию. Он назван National Geographic одной из самых красивых дорог мира, и он не только красив, но и отличается высоким качеством покрытия. Подходит для того, чтобы прокатиться по нему за рулем из конца в конец — из Горно-Алтайска до Монголии, по 400 км в каждую сторону. Главное на дороге — не столкнуться с коровами, которые зачем‑то думают, что они в Индии и им можно лежать посреди федеральной трассы Р-256, тщательно оберегаемой Росавтодором.

Чуйский тракт
© Кирилл Кухмарь/ТАСС

По пути — шелковые холмы с барашками, скалистые горы с кедрами и маралами и степи с сурками, резвящимися на коврах из разноцветных трав. По дороге еще можно найти Ленина с постаментом в форме зиккурата, полюбоваться лошадьми, свободно бегающими по полям и ожидающим возвращения Чингисхана, который придумал бы им более деловитое занятие. Местные давно перестали даже пытаться их приручить: бегают себе кони и бегают. Главное для них — не убежать в Монголию или Казахстан, где лошадки могут быстро пойти на колбаски.

Телецкое озеро похоже на мини-Байкал или итальянские озера, только без вилл по берегам. Можно плавать на лодке целый день, купаться на южном берегу озера, где микроклимат отличается от того, что в северной части, и вода прогревается до купального уровня.

Телецкое озеро
© rusak/Getty Images

Чемал — не только неизбежное к посещению, но и очень красивое место в каньоне вдоль реки Катунь. Все требующие инфраструктуры развлечения сосредоточены именно тут — поездки на квадроциклах до Каракольских озер, гонки на моторных лодках, хайкинг, велосипедные, конные и пешие прогулки, и даже банджи-джампинг у заброшенной электростанции. Главное местное занятие — сплавы по Катуни любой сложности и продолжительности.

В качестве инструктора нам попался чемпион мира по рафтингу: Максим так летом подрабатывает и заодно тренируется. «Хороший рафтер — ленивый рафтер, — учил он жизни моих детей, — и чемпионом становится не тот, кто быстрее и сильнее гребет, а тот, кто может находить и встраиваться в самое быстрое течение». Течение быстрое, вода ледяная, но в жаркий день на секретном пляже с черным песком можно искупаться.

Подвесной мост в Чемале
© Elena Odareeva/Getty Images

Еще здесь есть ржавое колесо обозрения, медведь в клетке и фотографы с обезьянами, но если поселиться в пансионате «Клевер», который основали владельцы картографического приложения 2GIS и построили по проекту новосибирских архитекторов, то с обезьянами удастся не фотографироваться и даже почти не пересекаться.

Столица региона Горно-Алтайск по прилету из Москвы смотрится поселком городского типа, но по возвращении из алтайских пустот пятиэтажные небоскребы, светодиодные рекламные экраны на заправках и кофе в сети кофеен из Новосибирска очень даже вдохновляют привычностью пейзажа и предложения.

Кроме шаманизма на Алтае есть еще один местный культ — культ Василия Шукшина со своими служителями, храмами, последователями и ежегодным хаджем на Шукшинский фестиваль в деревню Сростки. В селе, где режиссер родился, в музей превратили и дом, где он рос, и школу, где преподавал, а на холм из финальной сцены «Калины красной» посадили памятник. Сам Шукшин в село приезжал редко, но про маму не забывал и даже купил ей домик на холме, где теперь тоже музей. А вот про свою единственную жену Шукшин забыл: в Москве никому не сказал, что женат, а страничку со штампом из паспорта просто вырвал — такие вот «печки-лавочки».

© Юрий Смитюк/ТАСС

Основной экспортный товар Алтая — кедровые шишки. Также тут имеется бойкая торговля медом, кровью из рогов марала и золотым корнем; в общем, традиционные промыслы и собирательство поставлены на промышленный поток, и в осенний период, когда заканчивается поток туристов, добычей шишки заняты почти все внегородские жители. Стоимость мешка шишек тут постоянно меняется, и за ежедневными изменениями местные следят так же внимательно, как нефтетрейдеры — за стоимостью бочки нефти. Хорошие урожаи последних лет привели к появлению огромного количества новых современных домов, напоминающих не радищевскую деревню, а подмосковную дачу средней руки: стеклопакет, мангал, триколор. Внутри теперь стиральные машины, плазмы, кондиционеры — все как в девяностые пророчил социолог-оптимист Даниил Дондурей. Такой рост удобства жизни привел к нехватке электричества, и много где встречаются поля, засаженные солнечными батареями.

Порадовал и губернатор Хорохордин. Он тоже совершал объезд региона, и мы с ним столкнулись в каком‑то придорожном шалмане так глубоко внутри Алтая, что целый губернатор был последним, кого я ожидал там увидеть. Был он на «уставшем» «ленд-крузере», ел что‑то вроде лагмана и проводил совещание в незатейливой беседке. Но главное, чем мне Хорохордин понравился, — это тем, что он строит дороги там, где они очень нужны. Смотрели мы с «Гуглом» на карту Алтая и видели: вот тут нужна дорога, вот тут и вот тут — всего километров 200–300 надо построить на всю республику, и будет идеальная транспортная ситуация на всем Алтайском кольце. Вот и Хорохордин так же, видимо, посмотрел на карту и начал строить в тех местах, где при советской власти даже гравийку не проложили. В итоге через два года от аэропорта до Белухи будет не восемь часов, а четыре — что, конечно, для туризма совершенно другое дело.

© Кирилл Чаплинский/ИТАР-ТАСС

Когда ехать

Алтай закрывается на зимнюю спячку в середине октября и открывается уже на майские праздники. Но осенью желто-красные леса смотрятся потрясающе, а еще зимой тут тоже хорошо: всего –20, редко — под –40.

На сколько ехать

На три дня — получить впечатление, на пять дней — посмотреть главное, на семь дней — галопом посмотреть все интересное, на десять дней — посмотреть все в разумном темпе, на две недели — реально круто отдохнуть. Ну и можно еще недельку накинуть на принятие курса мараловых ванн.

Чего не делать

Не бояться клещей, если не идете в поход. Не бояться дорог: они асфальтированные.

Подробности по теме
Искупаться в кратере вулкана и поймать устрицу: как на Сахалине развивают экотуризм
Искупаться в кратере вулкана и поймать устрицу: как на Сахалине развивают экотуризм