Кинокритик «Афиши Daily» Станислав Зельвенский на протяжении всего 75-го Венецианского кинофестиваля (с 29 августа по 8 сентября) будет вести здесь постоянно обновляемый киноблог о том, что происходит, что говорят и что показывают на «Мостре-2018».

30/08 10:24

Прием. Фестиваль сегодня вечером открылся, церемония, один в один слизанная с каннской, была на редкость уныла: звезд мало, шуток мало, самый горячий гость — 81-летняя Ванесса Редгрейв, которой вручили почетный приз, что дало ей по крайней мере возможность произнести речь на хорошем итальянском (спасибо Франко Неро), но церемония — не главное, а программа в этом году, как известно, довольно сногсшибательная.

На клумбах вот рекламируют новый фильм Орсона Уэллса, говорят, талантливый автор.

30/08 10:23

На открытии тем временем показали «Человека на Луне» Дэмиена Шазелла, и хотя это не то чтобы наш любимый режиссер, надо признать, он растет на глазах: это довольно мощное кино. И, к счастью, не «байопик Нила Армстронга» с красивым Райаном Гослингом в роли американского героя, а драма с Нилом Армстронгом в центре. Там как бы два параллельных сюжета, развивающихся на протяжении 1960-х, оба весьма трагические: история американской космической программы, полная несчастных случаев, и история армстронговской семьи — у него умерла маленькая дочка, после чего все изменилось (Клэр Фой самоотверженно играет самоотверженную жену). Это немножко похоже на «Затерянный город Z» Джеймса Грея — только не про путешественника, а про астронавта, который то ли бежит за мечтой, то ли убегает из дома. Первые две трети фильма, надо признать, слегка на любителя: они то очень технические (дрожащие реле остаются в кадре дольше некоторых звезд, а тут в небольших ролях собраны все мужественно выглядящие американские актеры), то очень сентиментальные, и все непонятно, к чему же Шазелл клонит. Но в конце, когда доходит до 1969 года, все вдруг раз — и встает на свои места, и задним числом становится понятна идея: мучительные тренировочные полеты были нужны для того, чтобы торжественно снятая лунная миссия выглядела как настоящее чудо, пробирающее до дрожи, а история с дочкой и женой — чтобы космическое одиночество человека на Луне стало трансформирующим, уникальным опытом. В общем, хороший, очень грустный фильм, и потрясающие последние полчаса — фамилия Спилберга в титрах раз в жизни появляется не случайно.

30/08 18:53

Новый Альфонсо Куарон, который оказался в венецианском конкурсе благодаря ссоре Каннского фестиваля с «Нетфликсом», называется «Рома», и он не про Романа, не про цыган и даже не про Рим, а про одноименный район в Мехико — сейчас, как сообщают, хипстерский, а в начале 70-х, когда разворачивается действие фильма — просто мидл-классовый, с красивыми колониальными домами. В одном из них, очевидно, рос в ту эпоху сам Куарон, для которого первый за долгое время проект на родине — в полной мере возвращение к корням.

Мальчиков там сразу трое (плюс девочка), но не желая, очевидно, снимать сто первое ностальгическое кино про взросление, Куарон сдвинул фокус и сделал героиней домработницу. Девушка по имени Клео — из деревни, из коренной народности — работает вместе с такой же подругой на в меру зажиточного доктора, у которого четверо детей, жена, любовница (как вскоре выяснится), собака, большая квартира с двориком и роскошный автомобиль, который еле-еле помещается в отведенном ему пространстве, так что приезд отца семейства со службы превращается в ежевечернее шоу. Идиллия длится не очень долго по упомянутой чуть выше причине, плюс у Клео собственные проблемы: ее поматросил и бросил беременной знакомый гопник, любитель восточных единоборств.

Обманчиво камерная история постепенно распахивается шире, впуская дух времени, который норовит разбить окно, а то и голову если не землетрясением, то полицейской дубинкой. Куарон, отпустивший Любецкого и сам работаюший оператором, снимает на 65 мм роскошные панорамы (которыми большинству зрителей, увы, придется любоваться на экране компьютера), стараясь впихнуть в кадр побольше, по максимуму, и позволяя изображению дышать. Несколько массовых сцен — скажем, тренировка физкультурников, у которой вскоре обнаружится зловещий подтекст — сделаны совершенно изумительно. Как, впрочем, и домашние эпизоды с детьми, и вечеринка, и роддом, и студенческие волнения, и поход в кино на «Большую прогулку», и поездка к морю — да чего уж там, все исполнено прекрасно.

Мир глазами бедной беременной девушки — вроде бы заезженный и несколько эксплуатационный прием, но Куарон обезоруживающе нежен, специально на жалость не давит и своим меланхоличным ч/б, наоборот, смягчает удары. То, что так красиво, не может быть совсем уж безнадежно.

Еще один конкурсный фильм про матриархат — «Фаворитка» Йоргоса Лантимоса, но о нем отдельно и чуть позже (Венецианский фестиваль с этого года не стал, как Канны, перекраивать расписание показов, но ввел эмбарго на рецензии до гала-премьеры).

01/09 16:45

Про «Золотого льва» говорить рано, а вот один из фаворитов «Золотой малины» в этому году, кажется, определился: ремейк «Звезда родилась», режиссер — Брэдли Купер, в ролях — сам Купер и Леди Гага. Ни одна из предыдущих трех версий, и в особенности фильм 1976 года с Барбарой Стрейзанд и Крисом Кристоферсоном, популярный в России, не была шедевром, но тут взяты совершенно новые рубежи безобразности.

Купер — популярный исполнитель нуднейшего кантри-рока и мужчина пьющий. Однажды после концерта он заруливает в гей-бар, где Леди Гага, днем работающая где‑то официанткой, по ночам исполняет среди трансвеститов «La vie en rose». Она говорит, что ее с таким носом никуда не берут, но он поет с ней дуэтом на своем ближайшем концерте, она становится звездой, они женятся, он пьет и теряет популярность — ну, вы знаете. Словом, все примерно как раньше — включая пьяную выходку на «Грэмми» (в первых двух фильмах был «Оскар»); слегка (неудачно) изменен финальный инцидент, но на всякий случай не будем его обсуждать.

Во-первых, все сделано очень, очень плохо. Диалоги смехотворные, оба плохо играют — особенно она, он зато похуже поет и танцует (ну ладно, он не танцует, к счастью). Персонажи второго плана — ее друг-гей, ее милый папа, его усатый кантри-брат — чудовища. Режиссура просто беспомощная: ничего, кроме нарциссизма, Купер не показывает. Любовные игры (в них часто задействованы продукты питания) хочется скорее забыть, песни забываются сами.

Во-вторых, потерялись даже те нехитрые смыслы, которые держат эту мелодраму на плаву уже почти сто лет: история Пигмалиона, который оказывается Франкенштейном и падает жертвой собственного творения. Гендерный вопрос тут упрощен до предела (в первой же сцене Гага бессильно орет «fucking men!») и мягко выведен за скобки. Главный герой, который во всех версиях был фигурой сложной, даже моррисоноподобный персонаж Кристоферсона, здесь — просто миляга, который выпивает. Тоже, кстати, крайне неправдоподобно — Купер, несмотря на патлы, похож на запойного алкоголика, как на балерину. В итоге единственное содержание фильма, есди вдуматься — жалобы знаменитостей на то, какая у них тяжелая жизнь: носы, алкоголь, люди все время пристают с автографами, никто не хочет заглянуть в душу. Обратитесь, Гага, во Всемирную лигу сексуальных реформ.

31/08 19:03

«Другая сторона ветра» Орсона Уэллса — не «потерянный шедевр», к сожалению, скорее, диковина, но все равно, разумеется, отраслевая сенсация года (как минимум), невероятно любопытная штука и must-see для людей, хоть немного интересующихся кинематографом.

История создания и воссоздания фильма — очень длинная, совсем в двух словах — Уэллс задумал его в 60-е, снимал кусочками несколько лет в начале 70-х, не закончил монтаж, потому что не нашел на это денег, а потом и вовсе умер. Но осталась куча материала, и сейчас «Нетфликс» заплатил, и разные уважаемые люди собрали кино, по-видимому, очень близкое к оригинальному замыслу. Отсутствовавшую музыку написал Мишель Легран.

Ирония в том, что это фильм про незаконченный фильм (он, фильм в фильме, называется, как и сам фильм, «Другая сторона ветра»). Джон Хьюстон и Питер Богданович играют пародийные версии самих себя образца 1970 года: герой первого, Джек Ханнафорд (излишне говорить, что это и автошарж) — великий в прошлом режиссер, окруженный мачистскими легендами, второй — его апостол, молодой друг и конфидант заслуженных стариков (Богданович был таковым, в частности, для Уэллса), сам вдруг пошедший в режиссуру, и с успехом.

Ханнафорд, пытающийся найти общий язык с молодежью, снимает фильм, в котором красивая голая женщина (хорватка Кодар, многолетняя возлюбленная Уэллса) загадочно ходит на фоне красивых ландшафтов и иногда пересекается с красивым юношей. Это пародия на контркультурные хиты тех лет вообще и, наверное, «Забриски-пойнт» в частности.

Но главный актер на самом интересном месте сбежал со съемок (и его можно понять!), фильм не закончен, деньги тоже кончились. В честь Ханнафорда — и с тайной надеждой очаровать инвесторов — устраивают вечеринку с показом того, что есть (после вечеринки, как нам сообщают в самом начале, режиссер погибает). Приглашены модные кинематографисты, журналисты, какие‑то синефилы и прочие презренные существа, плюс колоритная свита Ханнафорда, плюс съемочная группа. В последней важное место занимают карлики, которые быстро напиваются и начинают безобразничать — в частности, пускать с крыши фейерверки.

Фильм смонтирован очень причудливо — он как бы мелко склеен из разных источников (на ранчо полно людей с камерами и микрофонами), переходит из ч/б в цвет и так далее. Одного просмотра категорически недостаточно, но это чрезвычайно остроумно (но не всегда смешно), очень несовременно, довольно монотонно. Когда проходит первый шок от того, что вообще все это видишь, впадаешь в транс, приятного, впрочем, толка. Хьюстон своим знаменитым голосом произносит ужасные вещи, Богданович мерзко ухмыляется, много голых женщин, какие‑то старички что‑то втолковывают в камеру, бегают неприятные кинокритикессы, периодически начинается «фильм в фильме» — шутка, затянувшаяся настолько, что стала жить какой‑то своей жизнью.

В общем, опыт не самый простой, но поразительный.

01/09 00:52

У Оливье Ассайяса, чей конкурсный фильм называется «Двойные жизни», видимо, остались какие‑то неиспользованные заготовки от сценария к последнему Поланскому про писательницу (который дурацкий и толком даже нигде не вышел). К счастью, юмористического характера: это неожиданно комедия. Венсан Макень играет писателя-зануду, который способен писать только о себе, Гийом Кане — его до отвращения разумного и успешного издателя, Жюльетт Бинош — сериальную актрису, жену издателя, которая спит с писателем (издатель, в свою очередь, спит с молодой коллегой, а у писателя есть собственная жена, которая ни с кем не спит). Большую часть фильма герои и их интеллигентные друзья обсуждают смерть бумаги, электронные книги, торренты, твиттер и прочие интересные вопросы, а в остальное время друг другу изменяют. Ассайяс еще не достиг буддистской просветленности Хона Сан Су, у которого тоже недавно был фильм про книжное издательство, но двинулся в этом направлении. Картина крайне очаровательная, хотя и немного раздражает, конечно. И подтверждает популярные стереотипы о французах: они беспорядочно совокупляются, спорят о литературе и постоянно выходят покурить.

По другую сторону канала Майк Ли сделал «Петерлоо», которое тоже в конкурсе: хороший фильм про гражданское общество, история так называемой Манчестерской бойни (или Петерлоо, каламбур на тему недавнего Ватерлоо) 1819 года. Реформаторы собрали простой народ на огромный мирный митинг за всеобщее избирательное право, а власти пригнали войска. Два часа Ли неторопливо, основательно, с живописной прозрачностью показывает подготовку к митингу с обеих сторон, еще полчаса посвящает самому событию. Сделано все очень хорошо и красиво, но, конечно, самую малость нудновато, и режиссера уносит то в карикатуру, то в лубок. Но для России это крайне поучительное кино, к сожалению — если вдруг купят, не пропустите.

Тут обещанная заметка про Лантимоса.

01/09 16:47

Hôtel des Bains, памятный всем нам хотя бы по приключениям Густава фон Ашенбаха, уже почти десять лет как стоит обнесенный забором и заколоченный, поскольку из него собирались сделать комплекс элитных апартаментов, совсем как в Москве — и только призраки знаменитых растлителей и просто кинематографистов летают по осыпающимся коридорам в стиле ар нуво. Но вот сейчас к 75-летию фестиваля отель приоткрыли: в бывшем фойе и ресторане первого этажа — большая выставка фотографий, хроника этих семидесяти пяти лет. Есть над чем всплакнуть в устроенной тут же рюмочной.

02/09 14:46

Вчера был итальянский день. Помимо очень впечатляющего, как к нему ни относись, ремейка «Суспирии» в исполнении Луки Гуаданьино — о нем отдельно и чуть позже — показали еще две работы итальянцев, которые всем на зависть интегрируются в мировой контекст. Во-первых, Саверио Констанцо, которого кто‑то может знать по фильму «Голодные сердца», снял для HBO минисериал по «Моей гениальной подруге» Елены Ферранте, и на фестивале показали две первые серии из восьми (в дальнейшем, судя по всему, экранизируют и остальной «Неаполитанский квартет»). В разговоре о Ферранте главное удерживаться от эпитета «женский», чтобы никого не рассердить, поэтому скажем так: сериал, написанный очень близко к тексту, рассказывает о дружбе двух людей, и в первых сериях они растут в послевоенном Неаполе. Сделано качественно, актеры очень миленькие, но по содержанию — ничего, чего мы бы не видели пятьсот раз.

Куда более интересная история — конкурсная картина Роберто Минервини «What You Gonna Do When the World's on Fire?» (название старой песенки). Итальянский документалист, чей предыдущий фильм был про Луизиану, продолжает изучать американский юг. Оператор, снимающий в подходящем случаю ч/б, следит за жизнью нескольких афроамериканцев: крайне харизматичная женщина, у которой закрывается бар, два юных брата-лентяя (младшего зовут Тит, а старшего Роналдо), группа активистов, называющих себя «новыми Черными пантерами», и так далее. От автора за два часа — ни слова, ни жества, он ничем не выдает свое присутствие, умудряясь держать крупные планы героев и в самые интимные эмоциональные моменты, и когда их, например, винтит полиция. Главная тема фильма — насилие, которое всегда, с детства, как минимум фоном и постоянной угрозой присутствует в жизни черного американца в некоторых штатах: одни герои должны возвращаться домой засветло, потому что за углом застрелили пятерых детей, другие митингуют по поводу отрезанной — предположительно Ку-Клукс-Кланом — головы, и так далее. Но как жизнь при этом идет своим чередом, так и фильм совершенно не заламывает рук, не лезет с сочувствием, а просто наблюдает, оставаясь элегантным, доброжелательным, часто смешным, неизменно внимательным к деталям. Хочется верить, что это претендент на награды.

За Ассайясом подтянулись и другие конкурсные французы. Давид Эльхоффен показал «Братьев-врагов» с Маттиасом Шонартсом и Редой Катебом — крепкую, но решительно ничем не примечательную криминальную драму о друзьях детства из banlieue, один из которых — наркополицейский, другой — наркодилер, а третий — наркодилер и стучит наркополицейскому (недолго). А сегодня вечером будут другие братья — «Братья Систерс» Жака Одиара, чудный фильм, о котором подробнее завтра.

По этой ссылке можно почитать про братьев Коэн (которые хорошие, но не более того).

На сеансе, во время которого небеса поразили молнией Леди Гагу, ваш корреспондент, к сожалению, не присутствовал.

03/09 14:57

Вопрос, который терзает многих киноведов, синефилов, кинематографистов и охранников: где они видели эту девушку, лежащую в красных трусах на фестивальной видеозаставке где‑то между Аленом Делоном и знаменитым финалом «Положения вещей»? Дорогие друзья, это Марушка Детмерс из годаровского «Имени: Кармен».

03/09 15:54

Совершенно блестящий фильм снял Ласло Немеш, венгр, чей дебют «Сын Саула» получил гран-при в Каннах и «Оскар». Вторая картина называется «Закат»: действие происходит в Будапеште накануне Первой мировой и, соответственно, распада Австро-Венгрии. Главная героиня — бедная, но гордая и упрямая сирота, которая приезжает в Будапешт, надеясь получить работу в знаменитом шляпном магазине, когда‑то принадлежавшем ее покойным родителям. Но ей никто не рад, вокруг происходит что‑то непонятное и зловещее, вдобавок выясняется, что у нее есть старший брат, убийца в бегах. Ближайшая аналогия, наверное — «Широко закрытые глаза» (у которых тоже, кстати, австро-венгерские корни). Анархисты, высокопоставленные извращенцы, заговоры, тайные общества, пропадающие модистки — это как бы авантюрный роман, пересказанный в легком бреду: камера крайне неохотно отпускает героиню дальше, чем на полметра, и все, что вокруг, регулярно оказывается в расфокусе. Но именно из этого угрожающего, непостижимого фона за приключениями девушки проступает тема, заявленная в названии — закат цивилизации, трещины, которыми в один момент вдруг покрылся роскошный, вроде бы совершенно надежный фасад. Фильм, наверное, слишком идиосинкратический и попросту длинный, чтобы служить эскапистским развлечением для широкой публики, но от его художественной завершенности захватывает дух.

Джулиан Шнабель привез картину «У врат вечности» (уже можно выключать) про Ван Гога, которого играет Уиллем Дефо. Как почти все фильмы о художниках, это довольно невыносимо: вот Ван Гог ходит по Арлю, вот подсолнухи, вот почтальон, вот ботинки, вот доктор Гаше. Ван Гог всем говорит: а давайте я вас нарисую! И действительно рисует. Много звезд; например, Оскар Айзек изображает Гогена, который мечтает свалить на какой‑нибудь остров.

По ссылке — рецензия на «Суспирию».

04/09 19:49

Не подвел Флориан Мария Георг Кристиан Граф Хенкель фон Доннерсмарк, автор «Жизни других» и «Туриста», восемь лет не докучавший нам новыми произведениями, а теперь снявший «Никогда не отводи взгляд» (в оригинале — «Работа без подписи»), фильм такой же длинный и претенциозный, как имя его автора, и с названием, которому решительно невозможно подчиниться. Это трехчасовая крупнобюджетная картина в духе позднего Никиты Михалкова с элементами позднего Кончаловского; прокатывать ее будет «Дисней» и можно не сомневаться, что она окажется в оскаровском шорт-листе. Герой — художник по имени Курт, который в послевоенной ГДР по счастливому совпадению женится на дочери профессора-гинеколога (Себастьян Кох), который во время войны, работая в психушке, отправил в концлагерь его молодую тетю: та однажды разделась перед маленьким Куртом догола, разбила себе голову пепельницей и завещала ему никогда не отводить взгляд (что он в этот момент, разумеется, и не собирался делать). Доннерсмарк сообщает нам, что нацизм это плохо, коммунизм это плохо, а хорошо — застенчивая, но обильная эротика, дидактизм учителя младшей школы и визуальная культура такой эпической запредельной пошлости (оператор — заслуженный Калеб Дюшанель, папа Зуи), какую уже нечасто встретишь в наш обмельчавший век. Евгений Сидихин появляется в небольшой роли советского майора, который покровительствует врачу-нацисту, поскольку тот принял сложные роды его жены, диагностировав положение плода по крикам, донесшимся в окно его камеры.

05/09 15:05

Еще один режиссер, от котого давно — шесть лет — не было новостей, мексиканец Карлос Рейгадас, тоже вернулся в трехчасовым фильмом (что объяснимо, наверное, после долгого молчания, но в паре с Доннерсмарком сделало сегодня и без того непростую жизнь венецианских корреспондентов особенно непростой). В центре картины «Наше время» — история мексиканской семьи, которая разводит быков на ранчо. Глава семьи Хуан при этом еще и поэт. И вот жена начинает изменять ему с их общим знакомым, ковбоем-гринго, а Хуан вроде и ревнует, а вроде и не против, и то ходит-нудит, то, наоборот, подбадривает любовников, то хочет посмотреть. Если нужна дополнительная пикантность, она есть: Хуана играет сам Рейгадас (всегда работавший с непрофессиональными актерами), его жену и детей — его жена (красивая и смелая женщина) и дети. Вся эта полиамория снята, как обычно, очень красиво, длинными планами, с кучей виньеток: камера то минут пять летит над Мехико, прикрепленная к брюху самолета, то на ходу залезает в мотор машины, то купается в грязи с детишками. Персонажи регулярно обмениваются красноречивыми посланиями, что превращает фильм в подобие классического эпистолярного романа. В рейгадасовском эксгибиционизме (моральном; раздевает он только жену) определенно есть какая‑то сермяжная правда, но фильм то и дело опрокидывается в самопародию, и трудно понять, где кончается занудство персонажа и начинается занудство автора. В финале долго мычат и бодаются бычки, подытоживая экзистенциальные и сексуальные страдания персонажей.

К югу от Рейгадаса живет аргентинский режиссер по фамилии Тобаль, чей фильм «Обвиняемая» — среднего телевизионного качества драма про девицу, которая то ли убила, то ли нет свою подружку и стала медиасенсацией — беспокоит вопросом не о вине героини, а о том, какого черта такое кино делает в конкурсе крупнейшего фестиваля на равных с работами Коэнов, Одиара, да того же Рейгадаса.

К северу от Рейгадаса правит президент Трамп и работает великий документалист Эррол Моррис, который в прошлом году был здесь с отличным сериалом «Вормвуд», а в нынешнем показал (вне конкурса) фильм «Американская дхарма», который представляет из себя увлекательное интервью с бывшим трамповским идеологом Стивом Бэнноном. Это смешно и страшно: Бэннон рассказывает о предвыборной кампании, клеймит элиты, и сравнивает себя с Грегори Пеком, Джоном Уэйном и медоедом. Кроме того, он оказывается поклонником Морриса (не взаимно, конечно) и его знаменитого фильма про Роберта МакНамару. Бэннон, говорят, приехал в Венецию на премьеру, но не как гость фестиваля, а как частное лицо.

Наши любимцы С. Крейг Залер и Брейди Корбет оба сняли хорошие фильмы, но из‑за больших надежд, возложенных на них, самую малость разочаровали; об обоих подробнее позже.

05/09 15:13

«22 июля», еще один нетфликсовский фильм в конкурсе, драма Пола Гринграсса про Андерса Брейвика — уже вторая в этом году картина про бойню в лагере на острове Утойя, но в отличие от экспериментальной норвежской «Утойи», снятой одним планом с точки зрения детей, это более чем традиционное зрелище. Гринграсс, у которого уже были подобные реконструкции про 11 сентября и сомалийских пиратов, обстоятельно раскладывает историю на параллельные линии: вот сам Брейвик, психопат с мерзкой улыбочкой, вот образцовая жертва — выживший, но сильно травмированный парень, сын провинциального мэра, вот грустный брейвиковский адвокат, похожий на Иньесту, вот норвежский премьер-министр в сияющих доспехах. Первая треть фильма — сами теракты, вторые две — суд и прочее. Все актеры — норвежцы, но говорят по-английски с легким скандинавским акцентом. Брейвика играет замечательный Андерс Даниельсен Ли (теперь в его короткой фильмографии есть «Осло. 31 августа» и «22 июля»). Гринграссу можно задать множество вопросов этического характера, но главное, что сделано все крайне примитивно, почти оскорбительно поверхностно.

По ссылке — рецензия на вестерн Жака Одиара.

06/09 13:38

Австралийка Дженнифер Кент, автор «Бабадука» и единственная женщина в основном конкурсе, закономерно сняла самый лютый фильм оного (если ее сегодня не переплюнет Синья Цукамото, конечно). Называется «Соловей». Дело происходит на Тасмании в начале 19 века: молодая ирландская каторжница с красивым голосом преследует небольшую группу английских солдат, которые убили ее мужа и младенца-дочь, а саму ее (далеко не впервые) изнасиловали. Ее проводник, а впоследствии друг — остроумный абориген. Главных извергов играют британский красавчик Сэм Клафлин и выдающийся австралийский артист Дэймон Херриман (если верить википедии, он в будущем году сыграет Чарли Мэнсона сразу у Тарантино и у Финчера; вот это жизнь). «Соловей» — такой b-movie в почтенном жанре «озплуатейшн»: кенгуру, дикая природа, проткнутые пиками тела, убийства женщин и детей разного возраста, суровый солдатский юмор. В свободные минутки фильм яростно осуждает колониализм и белых мужчин. Все это страшно симпатично, но Кент немножко не знает, где остановиться, и уж как минимум могла бы вырезать минут двадцать-тридцать народных песен и однообразного шатания среди деревьев.

Обычно тихий, а то и сонный зал на «Соловье» был беспрецедентно оживлен, встретил пару особенно жестоких смертей аплодисментами, переходящими в овации, а когда фильм кончился, какой‑то мужчина что‑то прокричал — если, опять же, верить википедии, это уважаемый кинокритик из Турина назвал режиссера Кент проституткой.

Бывалый итальянец Марио Мартоне попал в конкурс с фильмом «Капри-революция», где действие происходит, соответственно, на острове Капри в начале Первой мировой. Пока Максим Горький (его преступно мало) занимается рабочим движением, наше внимание сконцентрировано на коммуне творческих европейских протохиппи, которые посвящают себя индийской философии, музицированию, танцу, психоанализу, групповому сексу и другим модным поветриям, и местной пастушке, которая готова отринуть консервативные ценности своей семьи в угоду нудизму, вегетарианству и духовному росту. Примерно полфильма голые люди красиво стоят на солнышке и ныряют, как В.В. Путин, за амфорами. Похоже на старинную средиземноморскую софт-эротику вроде «Греческой смоковницы», но та, конечно, была получше написана.

07/09 03:02

Культовый, как раньше выражались, японский режиссер Синья Цукамото, автор «Тэцуо — железного человека» и «Токийского кулака», закончил конкурсную программу на мажорной ноте и действительно составляет Кент серьезную конкуренцию в плане лютости. Его «Убийство» — жестокая притча из жизни самураев. Дело происходит в деревне, где молодой ронин коротает время, обучая местного юношу бою на мечах и строя глазки его сестре, но когда появляются бандиты и бывалый самурай, который хочет взять его с собой на войну, выясняется, что он при всем своем мастерстве человек тонкой душевной организации и не может убивать (равно как и физически любить). Замечательно выразительное кино с величественным синтезаторным саундтреком, фонтанчиками крови и взрослым разговором про важные вещи. Вдобавок фильм идет 80 минут, а не два с лишним часа, как почти все остальные участники конкурса.

На этом наша гондола причаливает, так сказать, куда она там обычно причаливает (в лагуну?), но мы еще коротко подведем итоги и, конечно, сообщим о победителях, которые будут объявлены вечером в субботу.

Пока по этой ссылке можно почитать про «Vox lux» Брейди Корбета с Натали Портман.

08/09 15:17

Итак, за несколько часов до церемонии закрытия подведем в двух словах итоги.

Во-первых, конкурс оказался замечательным не только по именам, как бывает. Больше половины фильмов — безоговорочно или с небольшими оговорками хорошие, некоторые отличные. Шазелл, Гуаданьино, Куарон, Немеш, Корбет, Ассайяс и другие. Были и Шнабель с Гринграссом и фон Доннерсмарком — но куда ж без этого.

Во-вторых, в Венеции по-прежнему далеко не все гладко. Параллельные программы оставляют желать лучшего. Фестиваль организован средне, точно хуже Канн и Берлина, и несмотря на весь блеск выглядит провинциальным: полупустые залы на важных сеансах, ветхая, не побоимся этого слова, инфраструктура, проблемы с вайфаем и т. п., кругом, о мадонна, одни итальянцы и итальянский.

С первых дней фестиваля все уверены, что победит Куарон. Помешать ему, кажется, может только тот факт, что в прошлом году в Венеции уже победил один голливудский мексиканец, он вдобавок возглавляет жюри, и вроде как получается странный междусобойчик. Но конечно, национальность Гильермо дель Торо — фактор второстепенный. Если «Золотого льва» вручат «Роме», это будет слегка скучно, но справедливо. Интересно, как в таком случае сложится его прокатная судьба (которая, напомним, в руках «Нетфликса»).

Любое другое решение — Дженнифер Кент? Лантимос? Документалка про американский юг? — представимо, но будет выглядеть экстравагантно. Фаворит автора этого блога — венгерский «Закат», но он (автор) в абсолютном меньшинстве, насколько можно судить.

08/09 21:49

Для затравки уже раздали некоторые побочные призы Венеции, демонстрирующие идею, что для каждого найдется своя премия.

• Премия международной ассоциации кинокритиков (ФИПРЕССИ): «Закат» Ласло Немеша.
• Премия Всемирной католической ассоциации по коммуникациям (SIGNIS): «Рома» Альфонсо Куарона; специальное упоминание — «22 июля» Пола Гринграсса.
• Премия Soundtrack Stars: лучший саундтрек: «Звезда родилась» Брэдли Купера; лучшая песня у Тома Йорка из «Суспирии».
• Премия Leoncino d"Oro (Agiscuola): «Работа без авторства» фон Доннерсмарка.
• Премия Пазинетти за лучший фильм: «Капри-революция» Марио Мартоне.•
• Queer Lion Award: «Жозе» Чен Ли.
• «Arca Cinemagiovani Award» за лучший фильм по версии молодежного жюри: лучший итальянский фильм — «Капри-революция»; лучший венецианский фильм — «Работа без авторства».
• Премия ЮНЕСКО и Международного совета по кино и телевидению: «Пепе» Эмира Кустурицы.
• Премия фонда Миммо Ротелла: Джуллиан Шнабель и Уиллем Дефо за фильм «Ван Гог. На пороге вечности».
• Приз Green Drop Award: Уиллем Дефо («Ван Гог. На пороге вечности»).
• Почетный «Золотой лев» за заслуги: Дэвид Кроненберг.

08/09 21:51

• «Золотой лев»: «Рома» Альфонсо Куарона.
• Гран-при жюри: «Фаворитка» Йоргоса Лантимоса.
• «Серебряный лев» за режиссуру: Жак Одиар («Братья Систерс»).
• Кубок Вольпи за лучшую женскую роль: Оливия Колман («Фаворитка»).
• Кубок Вольпи за лучшую мужскую роль: Уиллем Дефо («Ван Гог. На пороге вечности»).
• Лучший сценарий: «Баллада о Бастере Скраггсе» братьев Коэн.
• Специальный приз жюри: «Соловей» Дженнифер Кент.
• Премия Марчелло Мастрояни: Байкали Ганамбарр («Соловей»).
• «Горизонты» — лучший фильм: «Manta Ray» (Тайланд).
• «Горизонты» — специальный приз жюри: «Анонсы» (Турция).
• «Горизонты» — лучший режиссер: Эмир Байгазин («Река»), Казахстан.
• «Горизонты» — лучшие актеры: Наталья Кудряшова («Человек, который изменил все»), Каис Нашиф («Тель-Авив в огне»)
• «Горизонты» — лучший сценарий: «Джинпа» Ванма Цайдан (Китай).
• Премия за лучший отреставрированный фильм («Классика Венеции»): «Ночь святого Лаврентия» братьев Тавиани.
• Премия за лучший документальный фильм («Классика Венеции»): «Великий Бастер» Питера Багдановича.
• Лучший VR-фильм: «Сферы» Элайзы Макнитт, которые продюсировал Даррен Аронофски.

08/09 22:31

Ну что ж, жюри не стало мудрить, и нам не придется на ходу перестраивать свои концепции под реальность. Все суперпредсказуемо: главный приз — Куарону, который утверждается в статусе одного из главных фаворитов «Оскара», утешительный приз — Лантимосу, еще более утешительный — Кент. Режиссер — Одиар, сценаристы — Коэны, актер — Уиллем Дефо за Ван Гона, актриса — Оливия Коулмэн за Анну Стюарт. Выбор везде понятный, но совсем мэйнстримовый, конечно.

В секции «Горизонты», куда обычно отгружают молодежь и всяческую этнику, победил полный символизма, как водится, тайский дебют про несчастных рохинджа, кроме того, режиссерский приз взял Эмир Байгазин из дружественного Казахстана, а женскую роль — и вовсе россиянка Наталья Кудряшова (фильм «Человек, который удивил всех»).

Спасибо за внимание, You’ll Never Walk Alone.