Реклама
После смерти короля: «Ваканда навеки» — ударный финал 4-й фазы киновселенной Marvel
8 ноября 2022 20:00
Четвертая фаза киновселенной Marvel закрывается вторым фильмом о Ваканде, в котором не будет Чедвика Боузмана в роли Черной Пантеры — актер скончался перед съемками фильма. Рассказываем, почему персона режиссера Райана Куглера тут важнее, чем личность новой Черной Пантеры.

Король Ваканды Т’Чалла (Чедвик Боузман) умирает, и королева-мать Рамонда (Анджела Бассетт) остается без сына, обычно лучезарная Шури (Летиция Райт) — без брата, а марвеловская киновселенная (MCU) — без Черной Пантеры. Его отсутствием — и сделанным под занавес первой «Черной Пантеры» признанием об истинной природе Ваканды, родины редчайшего и ценнейшего металла вибраниума, — пытаются воспользоваться жадные до чужих богатств земные сверхдержавы. Но когда одна из них подбирается к вибраниуму слишком близко, из глубин океана выныривают таинственные аквамены — сначала с целью ликвидировать угрозу, а затем чтобы поставить ультиматум Ваканде.

Один из последних эпизодов великого сериала «Атланта» был сделан в форме мокьюментариПоддельной документалистики. и рассказывал анекдот о том, как из‑за канцелярской ошибки и продиктованной историческим моментом оптики боссом Walt Disney ненадолго назначили темнокожего аниматора. Дело было в 1992 году, и своей внезапной властью он решил воспользоваться, чтобы снять «самый черный фильм всех времен» — «Каникулы Гуфи». Наличие фильма в диснеевском каноне вроде бы единственный правдивый элемент этого образцового, в духе «Атланты», абсурдного сюжета. Но одна из его мыслей считывается с легкостью: зачастую, чтобы у продукта поп-культуры была ярко выраженная или хоть какая‑нибудь индивидуальность, нужно, чтобы его автора оставили в покое.

Автору и звезде «Атланты» Дональду Гловеру в этом смысле явно проще, чем режиссеру «Черной Пантеры» Райану Куглеру («Станция „Фрутвейл“», «Крид: Наследие Рокки») — еще одному винтику колоссальной, давно привыкшей ехать на автопилоте марвеловской машины. Но как‑то так вышло, что «Черная Пантера» стала первым и самым удачным фильмом MCU, где режиссерское видение не принесли в жертву формуле. Куглеру позволили не только ставить серьезные вопросы о прошлом и будущем целой расы, но и по-своему корректировать курс, общий для всех: даже для таких идиосинкразических авторов, как Тайка Вайтити. «Черная Пантера» прикрывалась красивыми референсами типа «„Крестный отец“ в декорациях бондианы», но она была фильмом со своими идеями, своим языком, своей — визуальной и смысловой — идентичностью.

Возможно, Куглеру, как и выдуманному Гловером боссу Walt Disney, тупо повезло с местом и временем. Не исключено, что всамделишные боссы Marvel и Walt Disney благоразумно решили, что есть люди, лучше них разбирающиеся в черном опыте и эстетике афрофутуризма. Так или иначе, «Черная Пантера» стала поп-культурным феноменом. Сделанным преимущественно черными кинематографистами миллиардным хитом, заработавшим первую в истории супергеройского кино номинацию на «Оскар» в категории «Лучший фильм года» и три (за костюмы, музыку и декорации) золотых истукана на сдачу. В общем, все было чудо как хорошо — а потом все стало ужасно плохо.

Грустная ирония в том, что, будь Чедвик Боузман жив, сиквелу «Черной Пантеры» было бы, наверное, сложнее остаться на взятой оригиналом высоте. Как и положено аутентичному первопроходцу, фильм четырехлетней давности выступил в жанре «пан или пропал», выложив все козыри сразу: вот богатый культурный бэкграунд, вот не по-марвеловски неоднозначный нравственный выбор, а вот большие актеры (Лупита Нионго, Дэниел Калуя, Форест Уитакер) в необязательных ролях второго плана. В сиквеле с этим не так густо: мораль есть, но попроще, Люка Бессона в качестве визуального ориентира заменил «Аватар», а на оскаровскую номинацию пытается наиграть одна Анджела Бассетт. Но делает это она, скорбя по своему экранному сыну, и все те очки, которые фильм недобирает за технику, к нему возвращаются за артистизм.

«Ваканда навеки» ходит вокруг да около нескольких тем, но важнейшей из них неизбежно оказывается горечь потери — и на коллективное больное место фильм давит так, что мало не покажется. Это не скорбь образца «Человека-паука: Вдали от дома»: вот граффити с Железным человеком, а теперь давайте разнесем на камушки Венецию. Это громадное общее горе, стоящее над душой всех 160 минут фильма, от переделанной по такому случаю заставки Marvel до сюжетной бомбы, сбрасываемой в середине финальных титров.

Отточивший мастерство ролями важных для черной Америки исторических фигур (певца Джеймса Брауна, бейсболиста Джеки Робинсона, юриста Тергуда Маршалла) и вышедший на пик формы перед самой смертью, Боузман — потеря редкого масштаба. Настолько редкого (в голову приходят разве что Хит Леджер и Джеймс Дин), что местами невыносимая пронзительность «Ваканды навеки» ни разу не кажется манипулятивной. Лишним может показаться лишь еще один ребенок в беде (изобретающая эффективный для обнаружения вибраниума металлоискатель молодая, одаренная и черная студентка, на которую из‑за этого начинаются охотиться аквамены), но это одна из немногих корпоративных уступок, на которую пошел режиссер: Доминик Торн («Иуда и черный мессия») продолжит играть эту роль и в новом марвеловском сериале.

Из новобранцев MCU особенно запоминается Теноч Уэрта («Нарко: Мексика»), чей антигерой, правитель подводной цивилизации Тлалокан, злодействует в хорошо удающейся «Черной Пантере» серой зоне морали между противоречивым добром и красноречивым злом (а еще у него есть и жабры, и крылья — нельзя же совсем без спойлеров). Не подводят и обычные подозреваемые: Рамонда произносит пламенные речи, Шури плодотворно колдует в (афро)футуристической мастерской, лидер горного племени Джабари М’Баку (Уинстон Дьюк) острит, а глава «Дора Миладже»Женское спецподразделение Ваканды. Окойе (Данай Гурира) напоминает, что ее вклад в MCU недавно вдохновил на целый фильм (крепкий исторический эпос «Женщина-король» с Виолой ДэвисОбласканный критиками (94% одобрения на Rotten Tomatoes), однако вместе с тем спорный исторический боевик про амазонок агоджи из африканского королевства Дагомея. Картину обвиняют в антиисторизме и идеализации воительниц — на самом деле они славились кровожадностью, а их племя занималось работорговлей.), и настойчиво называет героя Мартина Фримана колонизатором.

У героя Фримана, единственного белого актера в роли крупнее эпизодической, тут своя, слегка механическая (Marvel же), но в меру неожиданная сюжетная линия и персональный, откровенно анекдотический на общем фоне нидл-дропПесня.. Выбор песен в «Черной Пантере» был и остается на виду: песенный саундтрек к первому фильму выдвигался на «Грэмми» во всех ключевых категориях, а трейлер к «Ваканде навеки» врезался в память безотлагательно каноническим мэшапом кавера на «No Woman, No Cry» и протестной «Alright» Кендрика Ламара. Как и в случае с титульным героем, который в новом фильме выступает в основном в роли идеи, отсутствие Ламара в саундтреке компенсируют целая россыпь артистов меньшего калибра (исключение — Рианна с песней для титров) и другая — не такая цельная, но более разноликая — энергия.

Какое бы впечатление ни оставляла энергия самого фильма — длинного, но не затянутого, многословного, но сфокусированного, — Куглеру в любом случае положена скидка: прежде чем его заодно с остальным миром потрясла новость о смерти Боузмана, режиссер потратил год, чтобы придумать и написать совсем другой фильм. То, что у него получилось в итоге, не тянет на откровение, но убедительно повторяет по-прежнему редкий для «Марвела» трюк оригинала. Куглер проговаривает простые вещи (например, что война — это всегда плохо), но своими словами, а его фильм — не величайший из блокбастеров, но с другими его не перепутать.

8
/10
Оценка
Сергея Степанова
Читайте также
События недели на afisha.ru
Рекомендации партнеров