Станислав Зельвенский — о новом фильме автора грустного кино «История призрака» и семейной ленты «Пит и его дракон» Дэвида Лоури, который в этот раз вдохновенно переосмыслил легенду из цикла про короля Артура.

Молодой человек по имени Гавейн (Дев Пател), сын могущественной колдуньи (Сарита Чудхури), сестры великого короля (Шон Харрис), мается при дворе дяди, спит с простолюдинкой (Алисия Викандер) и мечтает стать рыцарем. И вот на Рождество в замке появляется огромный воин с головой-пнем и вызывает любого из присутствующих на своеобразный поединок: противник, который сможет нанести ему удар, получит его роскошный топор, но ровно через год должен будет приехать к нему в Зеленую часовню и получить точно такой же удар в ответ. Амбициозный Гавейн, не встретив сопротивления, отрубает Зеленому рыцарю голову, но остается в дураках: тот берет голову под мышку и хохоча уезжает — а Гавейну, стало быть, через год приходится отправиться в путешествие, в финале которого головы должен лишиться уже он сам.

Американский инди-режиссер Дэвид Лоури («История призрака», «Старик с пистолетом») несколько неожиданно (впрочем, он также поставил для «Диснея» фэнтези «Пит и его дракон») обратился к средневековой британской литературе: рыцарский роман «Сэр Гавейн и Зеленый рыцарь» — одна из самых интригующих книг артуровского цикла, написанная в стихах в XIV веке неизвестным автором. «Рыцаря» комментировал и переводил на современный английский Толкин, а, например, англичанин Стивен Уикс экранизировал его аж дважды, причем во второй раз Зеленого рыцаря играл Шон Коннери (по странному совпадению у Уикса тоже есть фильм «История призрака»).

«Легенда о Зеленом рыцаре»: русский трейлер фильма

«Зеленый рыцарь» Лоури, впрочем, из почтенного пыльного канона, очевидно, выпадает: это нечто среднее между «Монти Пайтоном» и «Мертвецом» Джармуша, психоделический трип по артуриане — одновременно пересказ, комментарий и радикальное переосмысление поэмы. Пижон Лоури даже избегает легендарных имен собственных — Артур, Моргана или Камелот в фильме ни разу не названы.

Первый кадр, не считая короткого пафосного пролога, напоминает вирусные ютьюб-ролики о России: на заднем плане полыхает дом, а на переднем спокойно ходят козочки с гусями, тут же спит пьяный. Но Лоури, как очень быстро становится ясно, тянет вовсе не в натурализм, а в поэзию — фигурально, а иногда и буквально. «Зеленый рыцарь» — фильм дивной, часто завораживающей красоты, причем аранжированной не только спецэффектами и всяческой цветокоррекцией, но и по старинке — скажем, в некоторых сценах на свежем воздухе очевидно использованы рисованные от руки фоны.

© «Вольга»

В первой половине — а особенно в первые полчаса, пока Гавейн еще не отправился в путь, — фокусы Лоури с изображением, все это кьяроскуроВ изобразительном искусстве — техника, где при помощи градаций светлого и темного создается иллюзия трехмерных форм., крупные планы, короткий монтаж и прочее, выглядят довольно натужно, чтобы не сказать претенциозно: «Игра престолов» для эстетов. Но со временем внешний ритм фильма как‑то синхронизируется с его сердцебиением, и во второй половине от экрана уже не оторваться.

Впрочем, Лоури все равно слегка изменяет чувство меры (напомним, это режиссер, у которого Руни Мара четыре минуты ела пирог перед неподвижной камерой): тут и приставучий компьютерный лис, и подводное путешествие, напоминающее про «самый грязный туалет в Шотландии», и песни, и латынь со среднеанглийским, и кукольный театр, и все время выталкивающие из фильма титры, и чего только нет. Но из его манеры раз в несколько минут выкидывать что‑нибудь эдакое то и дело выпадают и настоящие бриллианты — сцена с великанами, скажем, или диалог с Барри Кеганом, или годаровская панорама на 360 градусов, элегантно иллюстрирующая понятие времени.

Что касается содержания — не самого квеста, вполне прямолинейного, а его поблескивающих значений, — «Зеленый рыцарь», как и его литературный оригинал, оставляет простор для интерпретаций (Лоури, как мы выяснили, пижон, поэтому не стесняйтесь потом погуглить, что к чему у Гавейна и его друзей). В принципе, выводы из фильма можно сделать противоположные. Но из самого напрашивающегося — модная тема кризиса маскулинности: поиск героем подвига зарифмован с его желанием состояться как мужчина, и обреченность, эфемерность, скажем так, обоих устремлений сомнению не подлежат (обратите также внимание на кадр в самом конце титров). Вопреки первому впечатлению, «Зеленый рыцарь» полон и иронии; где‑то избыточный, но рискованный, талантливый, уж точно незаурядный фильм.

8 / 10
Оценка
Станислава Зельвенского
Расписание и билеты
Подробнее на «Афише»
Подробности по теме
«Я дикий фанат говорящих лисичек»: Дэвид Лоури и Дев Пател о фильме про Зеленого рыцаря
«Я дикий фанат говорящих лисичек»: Дэвид Лоури и Дев Пател о фильме про Зеленого рыцаря