На Netflix вышло продолжение фантастики «Видоизмененный углерод», в котором главный герой вновь меняет оболочку (и цвет кожи), но попытки притвориться новым «Бегущим по лезвию» остались на месте.

Проверено: перед просмотром второго сезона «Видоизмененного углерода» многие зрители вдруг осознают, что ничего не помнят о событиях первого сезона. Разве что кроме той самой экшен-сцены с обнаженной героиней Дичен Лакман, размахивающей самурайским мечом. Сразу предупредим: мы здесь вам ничего напоминать не будем, потому что это за нас сделал Netflix, смонтировавший ролик, в котором за три с половиной минуты рассказывает все самое важное о первом сезоне.

Вспомнить все: видео о первом сезоне

Если кратко, то вот что нужно знать о втором сезоне «Altered Carbon»

Роль главного героя, наемника Такеши Ковача, вместо Юэля Киннамана (сериал «Убийство», ремейк «Робокопа») исполняет Энтони Маки, который в первую очередь известен тем, что играет самого, пожалуй, непопулярного «Мстителя» — Сокола (он же получил статус нового Капитана Америки). По этому поводу многие отечественные пользователи предсказуемо напряглись: мол, зачем шведа Киннамана заменили на темнокожего Маки? Сразу отметим — создатели второго сезона ничего сами в этом плане не выдумывали: именно так обстоят дела в романе Ричарда К.Моргана, лежащего в основе сериала.

Оболочку Ковач сменил, а вот проблемы у него остались практически те же: на протяжении всего сезона его новое тело подвергается всяческим нагрузкам со стороны власть имущих и их прислужников, а он в это время всеми силами пытается узнать правду, в частности, о судьбе своей возлюбленной Кэллкрист Фалконер (Рене Элиза Голдсберри), революционерки, которая когда‑то изобрела скэты, — мозговые имплантаты, позволяющие сохранять человеческое сознание и перебрасывать его из одного тела в другое, благодаря чему люди могут жить вечно.

Неизменной осталась и атмосфера сериала — это все тот же футуристический нуар с тоннами красивого неона и обилием продолжительных рукопашных схваток. Кажется, в каждую серию вложено не меньше денег, чем в какой‑нибудь блокбастер Ридли Скотта.

Правда, рискованных сцен на грани (вроде той обнаженной драки) во втором сезоне стало в разы меньше.

Сюжет затрагивает массу актуальных, социальных, политических и философских тем.

По-прежнему в сериале виднеются повторы многих других кинопроизведений.

Трейлер 2-го сезона

Сюжет

В первые минуты нового сезона Такеши Ковач в теле обворожительной азиатки (!) исполняет тягучий кавер на нетленку Фрэнка Синатры «Under My Skin», после чего некая охотница за головами Трэпп (Симона Миссик) делает ему предложение, от которого он не может отказаться — поскольку она стреляет ему в спину. Трэпп подослал миллионер Гораций Эксли (Майкл Шэнкс): богач обеспокоен своей безопасностью и почему‑то уверен, что только Ковач сможет его защитить. Взамен Эксли предлагает информацию о том, где находится его возлюбленная Кэллкрист Фалконер, а также кучу денег и новое тело в придачу — и не простое, а армейское, модифицированное (то бишь внешность Энтони Маки).

Не успевает Ковач залезть в новое тело, а в него уже кто‑то воткнул кусок зеркала, и вокруг разбросаны трупы — в том числе и заказчика. На этом неприятные новости не заканчиваются — охотница притащила Ковача обратно на планету Харлан (ту самую, на которой вся эта история и началась). Справедливо полагая, что он станет главным подозреваемым в убийстве Эксли, герой вместе со своим бессменным компаньоном, роботом По, прячется в излюбленном месте, отеле The Nevermore, скрытом из всех публичных реестров. Обустроив там в очередной раз свою штаб-квартиру («А виски есть?»), Ковач и По начинают (опять) методично выяснять, во что же они вляпались на этот раз. Первым делом поиски их приводят в закрытый клуб с необъяснимым названием «ДЛФ БЙЖЦ» (ну а что, в новом «Бегущем по лезвию» были же надписи на кириллице, значит, и здесь должны быть).

© Netflix

Вскоре выясняется, что в городе орудует таинственный убийца, жертвами которого становятся самые успешные люди планеты. Преступник не только уничтожает скэты богачей, но и каким‑то образом на расстоянии разрушает резервные копии, на которых хранятся их сознания. После такого их уже не воскресить. Первым делом подозрение, конечно, падает на кэллистов — повстанцев, предводителем которых изначально была Кэллкрист Фалконер. Расследованием занимается полковник Каррера (Торбен Либрехт), внешне похожий на брутального Эштона Катчера, солдафон — ярчайший пример цепного пса, возомнившего себя волком. Самовлюбленный фанатик, он ненавидит Ковача, преступника, ставшего легендой, в то время как он, всю жизнь служивший верой и правдой государству, так и остался никому не известным. Это противостояние приобретет новые оттенки, когда выяснится, что Ковач и Каррера уже встречались в прошлом.

За тридцать лет отсутствия Ковача жизнь на Харлане претерпела некоторые изменения. Губернатора Конрада Харлана, одного из отцов основателей планеты, заменила его дочь Даника (у жителей планеты, конечно, никто мнения не спрашивал). В определенный момент вновь испеченная правительница почему‑то запретила на планете любые виды археологической деятельности (привет, «Вспомнить все»): все археологи были либо убиты, либо высланы с Харлана.

Сам Конрад Харлан исчез в неизвестном направлении, вступив в некую секту Отрекшихся. Среди остальных достижений губернаторши — установление шаткого перемирия с террористами-кэллистами. Их теперешний предводитель, Джошуа Кэмп, весьма часто мелькает на насквозь пропитанном пропагандой телевидении, чтобы население понимало, от какой опасности губернаторша ежедневно всех спасает.

Даника Харлан (Лила Лорен), Кэллкрист Фалконер (Рене Элиза Голдсберри) и Такеши Ковач (Энтони Маки)
© Netflix

Это похоже на калейдоскоп референсов из всего и сразу

Стараясь быть образцовым киберпанком, второй сезон «Видоизмененного углерода» затрагивает массу социальных, политических и философских тем, которые актуальны для современного зрителя. При этом в визуальном и содержательном плане сериал порой напоминает лоскутное одеяло — то тут, то там возникают до боли знакомые ситуации, характеры, сцены.

Например, «Бойцовский клуб»

В паре эпизодов мы убеждаемся, что сочувствующие кэллистам обыватели есть на Харлане повсюду, в частности — в подсобках губернатора за пультом управления самого популярного реалити-шоу на планете. Сразу вспоминается «Бойцовский клуб» и монолог Тайлера Дердена о том, что «мы вам готовим еду, выносим за вами мусор, обслуживаем телефоны, водим машины скорой помощи, охраняем ваш сон, не надо нас злить».

И «V значит «вендетта»

Оказавшись самым разыскиваемым преступником номер один, Ковач выходит на улицы Харлана, где — о чудо! — проходит главный идеологический праздник в году, во время которого все надевают маски губернатора Конрада Харлана (получается «V значит «вендетта» наоборот). В честь праздника планируется запуск шикарного салюта, который должен начаться сразу после традиционной речи губернаторши. Уже приготовлены ракеты с фейерверками, к обратной стороне которых привязаны — ох уж эта больная фантазия сценаристов — политзаключенные. «Фейерверки не понравились?» — спрашивает охотница Трэпп у своего перепуганного сына, в раннем возрасте подорвавшегося на мине. «По звуку напоминает бомбы», — отвечает мальчик.

© Netflix

Или истории про самих себя

На определенном этапе противостояния Карреры и Ковача полковник-фанатик приказывает своим подчиненным активизировать некое секретное оружие под кодовым названием Evergreen. И тут уже впору вспомнить легендарное «Сердце ангела», в котором герой Микки Рурка весь фильм искал самого себя, ну или ближайший пример без пластических операций — сериал Netflix «Жизнь с самим собой».

А еще «Матрицу»!

«Реальность — это коллективная иллюзия», — заявляет предводитель секты Отрекшихся. Здесь уже трудно не вспомнить «Матрицу». Только вместо ложки здесь — цветочек. Искусственно созданный мир сектантов чем‑то напоминает обстановку в сериале «Хорошее место», ну или фильм «Куда приводят мечты». «Все в нашем мире конструкт, что там, что здесь», — подытоживает глава идейных эскапистов.

И даже фильм с Джимом Кэрри

Во время виртуальной схватки между Ковачом и таинственным альтер эго его возлюбленной Кэллкрист герои перемещаются из одного знакового для них места в другое — из пещеры под Твердыней на залитые неоном улицы Харлана, а оттуда — в постель номера отеля The Nevermore. Происходящая в голове Кэллкрист разборка двух любовников напоминает сцену из «Вечного сияния чистого разума», в которой герои пытаются спасти воспоминания в голове героя Джима Кэрри.

Плюсы: юмор, роботы, романтика

В мире «Видоизмененного углерода» останавливаться некогда. Темп — пожалуй, самая сильная сторона сериала: за двадцать минут в «Видоизмененном углероде» может случиться парочка сюжетных твистов, несколько экшен-сцен, сатирический эпизод, изобличающий современное общество, и одна лирическая сцена. За последние в сериале, как правило, отвечает робот По, который — и создатели на этом делают быстро набивающий оскомину акцент — гораздо человечней, чем его хозяева (привет практически всем произведениям о роботах).

Теряющий кратковременную память По даже перед угрозой полной недееспособности отказывается перезагружаться и терять весь накопленный опыт и свою личность. В то время как люди, не знающие страха смерти, становятся все бездушней, прыгая из тела в тело. Борясь с недугом, По постепенно облепляет свое рабочее место — барную стойку в отеле The Nevermore — желтыми стикерами с напоминаниями (где‑то за углом притаился Кристофер Нолан со своей ранней работой «Помни…»).

Милому до безобразия По помогает его новая знакомая — женщина-робот Бур-301, и между ними возникают нежные чувства (очередной привет «Бегущему по лезвию»). Дуэт роботов отвечает в сериале не только за лирическую составляющую, но и за комедийную.

Роботы По (Крис Коннер) и Бур-301 (Дина Шихаби)
© Netflix

Минусы: банальность и высокопарность

Помимо очевидных киноотсылок «Видоизмененный углерод» грешит и разного рода банальностями и чрезмерными сентиментальностями, которые кажутся совершенно излишними.

Второй сезон «Видоизмененного углерода» усыпан высокопарными фразами вроде «Люди убивают друг друга — такова их природа» или «Когда запрещали археологию, я молчал, но больше не буду». Порой хочется вслед за полковником Каррера в одной из сцен воскликнуть: «Довольно этой сентиментальной дури!»

Возможно, это связано с тем, что злодеи во втором сезоне сериала — все как на подбор картонные, хрестоматийные. А возможно — с тем, что создатели второго сезона не стесняясь используют давно избитые схемы, поэтому порой повороты сюжета легко предсказуемы.

Чего только стоит буквальный клиффхэнгер в конце пятого эпизода. То, как он в результате разрешается, больше похоже на обман. Именно такие приемы киношников выводили из себя Мизери у Стивена Кинга, заставляя ее кричать «Халтура!».

Впрочем, всех вышеперечисленных минусов хватало и в первом сезоне. Так что можно это все воспринимать как законы формата.

В финале вас ждет зашкаливающая доза пафоса в лучших традициях блокбастеров вроде «Армагеддона» (зацените фразу — «Меня ждут в другом месте, давайте закончим это по-быстрому»), а также монолог чуть ли не в духе Джейн Остин и, конечно же, жирный задел для третьего сезона.

Смотреть Netflix