Новая экранизация книги Редьярда Киплинга бьет рекорды по прокатным сборам. Наиля Гольман считает, что это очень актуальное кино — и не только из-за спецэффектов.

Трехмерный диснеевский замок уносится в глубину экрана, камера ныряет в джунгли, пара секунд — и мы летим вместе ней по стволам и лианам, наблюдая за ловким человеческим детенышем, бегущим наперегонки с волчатами. Эту историю незачем начинать с самого начала: все, у кого было детство, ее прекрасно знают. Смуглый найденыш Маугли рос с волками, в засуху на водопое чужака заприметил суровый тигр Шер-Хан, у которого были свои счеты с людским родом, и поклялся сжить со свету, после чего начал изводить его приемную семью и друзей. На защиту мальчика встала родная стая, а за ней и добрая половина джунглей. Мы с тобой одной крови — ты и я. В сегодняшнем переводе, кстати, этой классической советской фразы нет. Тут вместо нее говорят гораздо более резкое «ты — мой». И это далеко не единственное отличие «Книги джунглей» от тех ее мультипликационных версий, которые мы помним с детства.

Новую экранизацию истории про Маугли, поставленную режиссером первых двух частей «Железного человека» (и не только их) Джоном Фавро, все превозносят за техническое совершенство. Есть отчего: настоящий Нил Сетхи (обаятельный 12-летний дебютант с ужимками как у Алисии Викандер) носится по CGI-джунглям среди животных, которые выглядят как живые и даже живее. Реалистичные пушистые морды разговаривают с совершенно человеческой мимикой голосами Идриса Элбы, Скарлетт Йоханссон, Кристофера Уокена, Билла Мюррея и Лупиты Нионго. Мех на загривке Балу колышется от ветра, Багира двигается грациознее, чем на канале Discovery, а морду Шер-Хана располосовали такими убедительными шрамами, что некоторые дети, вообще говоря, могут и испугаться. Пока человечество вырубает леса, полчища умельцев доводят до совершенства умение создавать их из ничего на фоне зеленого экрана; у большинства критиков и зрителей уже не поворачивается язык назвать «Книгу джунглей» мультфильмом — выглядит она так, как будто все взаправду. Этот графический аттракцион работает настолько хорошо, что даже не так обидно смотреть кино с русским дубляжом. И в то же время сама компания Disney, когда об этом заходит речь, внезапно утверждает, что в публикациях о фильме они не хотели бы делать упор на технические аспекты. Но тогда на что именно?

На самом деле очень даже есть на что — и помимо голливудских звезд, и помимо умелых спецэффектов. Сегодня мало кто помнит в деталях все остальные подходы Disney к экранизации знаменитых книг Киплинга, а версия Фавро визуально цитирует мультфильм 67 года очень часто и с большим успехом — так что, не приглядевшись специально, можно и не заметить, насколько на самом деле новый сюжет про чужака в джунглях отличается от версии 50-летней давности. А отличается он от нее очень сильно. Во-первых, тут, конечно, есть пара простых политкорректных уступок современности. Например, знаменитый «расистский» выход короля обезьян из старого мультфильма, где орангутан пел человеку песню «Хочу быть как ты», будучи нарисованным и озвученным как чернокожий, теперь лишен расового оттенка. А тотально мужскому набору персонажей добавили две заметных женских роли — мать-волчицу с голосом Лупиты Нионго и удава Каа, которого озвучила Скарлетт Йоханссон. Последний, правда, превратившись в женщину, получил до смешного стандартный набор характеристик проходного женского персонажа — невнятная предыстория, бархатный голос, один развернутый полноценный эпизод (коварное соблазнение главного героя в опасный момент).

Но главное — то, что сам Маугли здесь выглядит сегодня совершенно другим героем. У Фавро в фильме (который, конечно, тоже не только блокбастер, но и басня с полезной моралью) чумазый детеныш подобен невольному мигранту. В соответствии с этим статусом, Шер-Хан ненавидит его уже только за то, что он — часть человеческого рода, когда-то подпалившего тигру усы. При этом Маугли — идеальный кочевник-космополит. Номад, не стремящийся к собственным корням, который желает, а главное — может помочь чужой стране, где он вырос; как раз о таких мигрантах грезит утопический мир открытых границ. Смелый, ловкий и умелый — на протяжении полутора часов экранного времени смуглый мальчик доказывает последовательно всем обитателям неродной ему местности, что он заслужил свое право жить тут и не возвращаться к себе домой — разве что за огненным оружием, которого в лесу не отыскать.

В новой версии «Книги джунглей» в кадре почти нет людей. Едва мелькая на экране, они выглядят как зловещие черные силуэты на фоне пылающего костра, единственное различимое лицо — родной отец приемыша джунглей, когда-то убитый Шер-Ханом. Обратно в деревню новый диснеевский Маугли, в отличие от собственной версии 67 года, совсем не стремится. В мире чувствительного империалиста Киплинга Маугли тоже до семнадцати лет никуда уходить не спешил, но одной крови со всей звериной братией быть, разумеется, все-таки не мог. Новый тоже не может — но он, похоже, задуман как идеальный символ для идеи о том, что неважно, какой тут кто крови. И впервые в диснеевском мультфильме мальчик не возвращается из джунглей обратно к людям — теперь он остается тут жить и делать дела. По крайней мере, пока не сняли сиквел.

Фильм
Книга джунглей
4.2 из 5
★★★★★
★★★★★