Писательница Вера Богданова выбирает лучшие переводные новинки книжного рынка: на этот раз — сборники рассказов, каждый из которых по-своему изучает человеческую природу.

«Птицы Америки» Лорри Мур

Птицы Америки — это, разумеется, женщины. Несвободные в браке и отношениях, встревоженные, готовые чуть что вспорхнуть и улететь. Неудачницы, потерянные и одинокие в собственных семьях, бредущие из отношений в отношения, из дома в дом. Недовольные собой и жизнью, они печалятся, дрейфуя все ближе к среднему возрасту, но, несмотря на все передряги, в которых оказываются, не теряют чувства юмора — черного юмора, единственного возможного в их положении.

Вот актриса, которую режиссеры не воспринимали серьезно из‑за обнаженного бедра, появившегося в кадре, — даже не ее бедра. Разочаровавшись в кинобизнесе, она уезжает в провинцию, пьет, встречается с автомехаником — но так и не находит ни себя, ни близких себе людей.

Вот девушка наконец проникается нежностью к матери, с которой отправилась в непростую поездку.

Вот родители пытаются быть веселыми ради семилетнего сына, смертельно больного муковисцидозом, а сын, видя их боль, тоже делает вид, что все хорошо, и все молчат о том грядущем горе, которое висит грозовой тучей и того и гляди на всех обрушится.

Вот семейный ужин, на котором никто никого не понимает, похожий на повинность, и уйти с него — сплошное облегчение.

Вот женщина, которая отчаянно пытается не замечать измену и все, что ей предшествует, но это решительно невозможно. Это — насилие над собой.

Все они — странные, но вместе с тем знакомые каждому из нас птицы.

В США «Птицы Америки» вышли в уже далеком 1998 году, но на русский сборник перевели лишь сейчас. Своей актуальности он, впрочем, ничуть не потерял. Обложку рисовал модный художник Миша Никатин, а перевод сделала Татьяна Боровикова, до этого работавшая над рассказами лауреатки Нобелевской премии Элис Манро.

Лорри Мур — мастер короткой прозы, постоянный автор журнала The New Yorker и одна из важнейших фигур современной американской прозы. Она показывает, а не рассказывает, больше недоговаривает и заставляет читать очень внимательно, чтобы не упустить ни одного полутона или смыслового слоя. Внутренняя жизнь героинь интересует Мур куда больше, чем внешние события, а бытовые мелочи становятся катализаторами для размышлений. Лишенные начала и конца, ее рассказы по-чеховски лаконичны, а главные события и линии взаимоотношений скрываются в малозначимых диалогах и повседневных хлопотах.

После прочтения понимаешь: именно осознание хрупкости жизни и ужас от неожиданных потерь выводят читателя к пониманию себя и свету — тоскливому и неверному, но все же свету.
Издательство «Подписные издания», перевод Татьяны Боровиковой

«Брак с другими видами» Юкико Мотои

«Брак с другими видами» — не совсем новый (на русском он вышел в прошлом году), но достойный внимания сборник рассказов японской писательницы и драматурга Юкико Мотои, ставшей в родной Японии лауреаткой престижных премий Юкио Мисимы и Акутагавы. Снова женская оптика, проза, где под японской мифологией и болтовней о еде скрывается непростой разговор о семье, о болоте, в которое та семья может превратиться, и отсутствии любви.

В заглавной повести героиня вдруг осознает, что живет с монстром, который, похоже, забирает ее идентичность, ее лицо, а то и вовсе пытается раскормить, чтобы съесть. Так женщины часто теряют себя в браке, жертвуют карьерой и «кормят» мужчин собой, своим временем и жизнью.

Муж, впрочем, тоже кормит героиню — они слипаются в единое нечто с одними желаниями и потребностями.

«Собаки» рассказывают о неразделенной любви, сильной до помешательства. Молодая художница переезжает в удаленный от цивилизации дом, и ее единственными друзьями становятся собаки. Периодически ей звонит любовник, хозяин дома, — женатый и явно желающий от героини отделаться. Он должен к ней приехать, но все идет совсем не так, как она планировала.

Одержима и героиня рассказа «Баумкухен» — она помешана на своих детях. Она сама как тот самый пирог-баумкухен — деревянный валик окунают в жидкое тесто и проворачивают над огнем, снова окунают, снова проворачивают, а затем получившийся рулет снимают с валика, и внутри остается пустота, обернутая сладким и мягким.

Рассказ «Соломенный муж» — вновь про неудавшийся брак, деструктивные отношения и потерю и без того небольшого уважения к безликому мелочному мужу, которому машина дороже жены. Героиня задается вопросом: зачем она выходила замуж за такое убожество? Но при первой же угрозе расставания она предпочитает вновь надеть розовые очки, собрать соломенного мужа и заодно свой брак заново и продолжить. Надолго ли?

«Странный синкретический жанр, в котором пишет свою прозу Юкико Мотоя, так и тянет определить как „магический гротеск“. Этакий японский черный юмор, где червоточинка любой ситуации доводится до мистического, потустороннего абсурда», — так начинает послесловие переводчик Дмитрий Коваленин. Проза Мотои — это смесь реализма, местами даже слишком детализированного, с японским фольклором, которые помогают подчеркнуть идею каждой истории, внутреннее состояние героев. Она пишет не о монстрах, а о запутавшихся несчастливых людях, замерших на границе здоровья и помешательства. О потере связи с окружающими и о призраках наших страхов, которые мешают нам жить.

Издательство «Поляндрия No Age», перевод Дмитрия Коваленина

«Когда наступит тьма» Жауме Кабре

Каталонского романиста Жауме Кабре всегда волновала тема судебной коррупции и абсолютной власти, для которой существует лишь право сильного. В сборнике «Когда наступит тьма» он не отходит от любимой темы: герои — негодяи, воры и убийцы, ставшие такими поневоле или же по собственному выбору. Сирота, выросший и мстящий всем, кто его обидел и предал, — особенно учителю, который домогался его в детском доме. Наемный убийца, желающий встать на путь истинный и исповедующийся перед следующей жертвой. Вор, убитый за слишком длинный язык, — но не умолкающий и после смерти, рассказывающий свою историю дальше, лежа под пластом земли. Дурацкий розыгрыш близкого друга — который опять же заканчивается убийством.

Жауме Кабре много лет совмещал писательскую деятельность с преподаванием в каталонском университете Льейды, работал на телевидении и писал сценарии. Кабре пишет на каталанском, а его первая книга рассказов была опубликована в 1974 году — за год до смерти Франко, практически криминализировавшего этот язык. Незаконное положение каталанского сильно повлияло на жизнь и карьеру Кабре. Он всегда настаивал — и продолжает настаивать — на использовании каталанского своими земляками и сам пишет исключительно на нем.

Рассказы в сборнике полны тьмы и ярости, но не лишены иронии и играют с читателем.

Лаконичные истории переплетаются и полны отсылок друг к другу. Они динамичны, сдобрены мистикой, по-мальчишески резки и жестоки, а персонажам веришь, хоть иногда они тоже чрезмерно, до неправдоподобия резки. «Всю свою жизнь я стремлюсь писать так, чтобы мои персонажи казались реальными людьми, — в свою очередь говорит Кабре в интервью журналу Guernica. — Я очень серьезно отношусь ко всем своим персонажам — главным и второстепенным. Даже если они появляются лишь единожды, у них все равно должна быть собственная жизнь».

Правдоподобная или нет, жизнь героев сборника «Когда наступит тьма» вытекает из тьмы и заканчивается в ней же — из‑за глупости, алчности, ярости или недопонимания. Кабре создал калейдоскоп человеческих грехов и с иронией взирает на совершивших их людей сверху — как каждый получает по заслугам за содеянное.

Подробности по теме
50 новых русскоязычных рассказов: выбор «Афиши Daily»
50 новых русскоязычных рассказов: выбор «Афиши Daily»
Издательство «Иностранка», перевод Александры Гребенниковой