Ювелирный бренд из Екатеринбурга Avgvst за время пандемии успел создать приложение-игру для самоизолирующихся, поддержать фонды борьбы с домашним насилием специальной коллекцией и запустить продажу новой коллаборации. Мы поговорили с основательницей марки Натальей Брянцевой о работе во время пандемии и гражданской позиции.

— С начала июня наконец заработал магазин бренда на Патриарших. После такого большого перерыва это наверняка воспринимается как второе открытие. Как вы подготовились — морально и фактически?

— Помимо всех предписанных обязательных норм безопасности накупили желтых цветов, чтобы дарить всем покупателям в первые дни работы магазина. Такой вот день победы с желтыми хризантемами. Вообще, весь карантин мы активно работали. Магазин как штаб интернет-магазина: курьеры, самовывоз, обработка заказов. За время карантина мы делали свою «домашнюю работу»: разработали линию пирсинга, придумали много новинок в базовой коллекции украшений и скоро значительно расширим предметы домашнего декора.

— Переживаете, что люди все еще будут осторожно ходить в магазины и ситуация выправится не скоро? Были ли продажи/покупатели в первый день?

— Пока что продажи магазина за первые дни нас очень обнадеживают. Мы соскучились по нашим клиентам, а они по нам. Мы очень стараемся быть близким другом для своего комьюнити, понимать их, говорить с ними о том, что нам всем близко, поэтому мы встречаемся с клиентами вновь после долгой разлуки почти как родственники.

Мировая практика говорит, что люди опасаются ходить в публичные места после снятие локдауна, но мы надеемся, что нас выручит то, что у нас стрит-ретейл — нет магазинов в торговых центрах. Пока что пустующие ТЦ выглядят печально. Стараемся сделать так, чтобы посещение магазина стало маленьким праздником, дарим цветы, угощаем покупателей кофе на вынос.

Магазин Avgvst в Москве
© Михаил Лоскутов

— У бренда, как мне кажется, всегда был мощный онлайн. Какой процент покупок проходил обычно через него и как ситуация изменилась с введением самоизоляции?

— Обычная доля онлайна в общей выручке компании — 25–30%. Во время карантина — 100%. Онлайн сильно нас выручил, вырос в 3,5 раза, перекрыв почти полностью недополученную выручку закрытых магазинов.

— Все же некоторые украшения, например кольца, хочется померить перед покупкой.

— У нас всегда бы сервис примерки перед покупкой. Каждый второй заказ в интернет-магазине предполагает примерку перед оплатой, поэтому карантин не изменил структуру продаж.

— Вы часто объединяетесь с художниками, музыкантами. Что первее: ваше желание поработать с конкретным человеком или просто знакомство, которое превращается в сотрудничество?

— Все коллаборации — это просто дружеское знакомство и потом уже поиск точек соприкосновения.

Мы никогда не придумывали коллаб ради коллаба. Вообще все обычно начинается с бокальчика вина.

— Наверняка есть какие‑то ограничения, даже просто технические. Бывало ли такое, что художник предлагал идею, которую невозможно осуществить, и ее приходилось сильно упрощать?

— Такое происходит регулярно. Все, кто никогда не имел дело с физикой металла, предлагают вещи, которые невозможно реализовать. Обычно мы стараемся ухватиться за прием и развить его так, чтобы получилось что‑то новое и носибельное.

Первая коллекция Avgvst вместе с Протеем Теменом

— А нестандартные изделия, например серьга с цепочкой от носа к уху, хорошо принимаются покупателями?

— Такие украшения должны быть в любой коллекции. Это стандартная формула, когда 10–20% ассортимента делаются ради искусства. Иногда они выстреливают и становятся бестселлерами. Серьга из уха в нос как раз из таких.

— Многие идеи украшений витают в воздухе, особенно если речь идет об интерпретации чего‑то повседневного. Например, возьмем серьги-скрепки. Как вы относитесь к другим брендам, чьи украшения часто повторяют или как‑то пересекаются в идее с вашими?

— Мы перестали нервничать на этот счет. Обычно мы делаем обширный ресерч, чтобы не повторять чужих приемов, но найти единичные пересечения при большом желании и если задаться целью можно всегда.

— Кроме дизайна вы экспериментируете с материалами. Например, в последней коллекции использовали покрытие из керамики. Почему вдруг такой выбор?

— Протей всегда хотел сделать черные украшения. Когда мы нашли технологию, тут же это воплотили. Всегда идет сначала замысел, а потом уже технология, которая может его реализовать.

Здесь и далее: Avgvst x Протей Темен Koral

1 из 7
2 из 7
7 из 7

— Кстати, про недавнюю коллаборацию с Протеем Теменом. Вышла она в период, когда временные рамки изоляции в разных городах еще не были определены до конца. А задумывалась до карантина или во время?

— Коллекцию мы придумали ровно год назад в Берлине. Хотели ее выпустить до Нового года, но решили доработать. Перенесли релиз на март, но случился карантин. В итоге мы решили не ждать снятия карантина и сделали старт продаж онлайн.

— Полагаю, что часть работы, если не вся, проходила во время изоляции. Как вы с этим справлялись?

— В регионах почти не останавливали производство. Мы граним камни и изготавливаем все украшения в Екатеринбурге и Свердловской области, так что нам повезло, и весь карантин наше производство работало без перебоев. В этом плане трудностей не было. Протей живет в Берлине, я — между Москвой и Екатеринбургом, так что обсуждение образов и так обычно происходит по видеосвязи.

— Насколько вообще легко контролировать процессы удаленно или в вашей отрасли всегда обязательно личное присутствие на всех этапах?

— Это вопрос построения процессов внутри команды и доверия. Я с трудом делегирую многие процессы и очень многое держу на ручном контроле. Стараюсь это изменить, поэтому сейчас мы расширяем команду. Но если бы я оказалась заперта, например в Испании, из‑за невозможности вернуться в страну, уверена, что ничего бы не рухнуло и не потеряло в качестве. Большинство процессов, которые можно вести удаленно, у нас и так были дистанционными из‑за того, что часть команды находится в Екатеринбурге, часть — в Москве, а часть — вообще в Берлине или Иркутской области.

Avgvst x Протей Темен Space Atlas

1 из 4

Часы Avgvst x «Ракета»

2 из 4

Avgvst x Дельфин J2000.0

4 из 4

— В свое время вы поддерживали протесты против строительства храма в Екатеринбурге, во время пандемии объединились с консорциумом женских неправительственных объединений. Как вообще вы видите вклад бренда в социально значимые вещи?

— Я не могу взять в толк, как бренд может не иметь гражданской позиции. У вас она есть, у меня она есть — значит, она должна быть и у компании.

У бренда есть привилегия — голос и платформа, с которой он может вещать. Мы этим пользуемся.

Возможно, на кого‑то это может повлиять, может изменить чьи‑то взгляды. Мы поддерживаем квир-культуру. Представляете, если все бизнесы начнут потихоньку делать это! Как изменится контекст и сколько станет безопасного пространства для ЛГБТ-сообщества в этой стране.

— Как считаете, а пандемия изменит наш взгляд на потребление в общем?

— Думаю, изменит значительно. Часть людей так и останется на дистанционке. Это не гипотеза, это факт. Это изменит структуру потребления: вырастет категория товаров для дома и «рабочей» домашней одежды, товары домашнего садоводства и кухонной утвари. Но я не думаю, что люди станут аскетами и перестанут потреблять сверх необходимого. Возможно, они станут выбирать более износостойкие и функциональные вещи из хороших дорогих материалов. Думаю также, что мода станет более нарядной и чувственной, а нормкор и стритвир потихоньку станут отмирать.

— И как это отразится на украшениях? Станут ли люди, условно скажем, меньше носить кольца, потому что их не видно за перчатками?

— Ношение перчаток не стало нормой для большинства. А те, кто их носит, надевают кольца поверх. Я думаю, все забудут и маски, и перчатки достаточно быстро.

Подробности по теме
«Пора притормозить»: что будет с парфюмерией после пандемии
«Пора притормозить»: что будет с парфюмерией после пандемии