В доме на Никольской, 23, находилась Военная коллегия Верховного суда СССР — она выносила и тут же исполняла смертные приговоры. Теперь в здании собираются открыть парфюмерный бутик. «Новая газета» и парфюмер Алена Цишевская создали «аромат репрессий» с призывом бойкотировать эту идею. Мы попробовали «расстрельные» духи и записали свои впечатления.

Лизавета Шатурова

Шеф-редакторка раздела «Красота»

Если рассматривать духи с точки зрения красоты, а не как благотворительный акт или ольфакторный мемориал, то мне они напомнили парфюмерию бренда Comme des Garçons, особенно их линейку Olfactory Library, включающую запах дегтя Tar. Сперва я ясно почувствовала запах сырости и копченого балыка. Были и более резкие, немного бензиновые ноты. Через несколько минут нетипичные для массовой парфюмерии запахи улетучились и остались одни тлеющие деревяшки все с тем же привкусом мяса.

Я люблю нестандартные ароматы, поэтому легко представляю, что могла бы душиться чем‑то подобным в жизни.

Катя Загвоздкина

Шеф-редактор раздела «Новости»

Действительно пахнет землей и затхлостью — каким‑то сырым подвалом. Примешивается сильный технический запах — то ли резина, то ли машинное масло. Вместе как будто автомастерская в землянке.

P. S. Сотрудники редакции тестировали аромат за соседним столом. Спустя два часа эксперимента сильно заболела голова — пришлось пересесть в другое место.

Даша Благова

Редакторка раздела «Отношения»

Запах «расстрельных» духов сложно назвать приятным, он совершенно точно ошеломляет и вызывает мрачные ассоциации. Сначала новые кожаные сапоги, хрустящие и нагуталиненные до блеска, — в них палач поднимается по железной лестнице, чтобы вынести приговор. За ними следует химозный запах чернил. Фоном растекается сырость и подвальная плесень. Едва улавливается металлический привкус — то ли крови, то ли рук, долго продержавших оружие. Теплые ноты не вызывают никаких теплых чувств — они скорее напоминают о человеке, который ждет своей скорой смерти.

Отдельно впечатлил флакон — тяжелая гильза, закопанная в земле. Не зная истории создания этих духов, я могла бы их носить — запах действительно интересный и сложный, — но изредка и не для торжественных случаев.

Егор Беляков

Главный редактор «Афиши Daily»

У меня произошел флешбэк. За окном — примерно такая же гадкая октябрьская погода; я, 12-летний школьник, стою посреди дедовского гаража и закручиваю в бумажку поздние деревенские яблоки. Везде вокруг — запах сырого гаражного погреба. А в мае я узнаю, что яблоки таким образом могут храниться очень долго, и им за это совершенно ничего не будет.

Алина Капацина

Офисный работник

Жуть, земля, железо и, кажется, оружейная смазка (точный ее запах я не знаю). В общем, очень страшно — пользоваться такими духами не смогла бы.

Ника Голикова

Специальный корреспондент

Первый раз я попробовала духи, еще не прочитав описание. Сразу же почувствовала насыщенный запах подвальной сырости, как в старых советских зданиях или гаражных погребах. Запаха пороха или чернил я не слышу, зато появляются ассоциации с какой‑то мазью вроде «Звездочки», резко врезающейся в нос и создающей эффект охлаждения. Все это сопровождается горькими нотами холодной сырой земли.

Анастасия Карсакова

Пиар-менеджер «Афиши», «Афиши Daily»

Я не искушенный парфюмами человек, поэтому первым делом меня впечатлила подача: упаковка в виде патрона и земля в качестве наполнения. Аромат же мне напомнил мазь Вишневского и окунул в больничную обстановку, а я ненавижу больницы (всегда там чувствую себя абсолютно неуютно, хочется сбежать).

Не смогла бы пользоваться этим парфюмом из‑за своих ассоциаций, но воодушевлена инициативой «Новой газеты».

На сайте n23.moscow можно будет заказать аромат, все средства будут перечислены в «Московскую ассоциацию жертв незаконных репрессий». В этом фонде помогают тем, кто стал жертвой произвола властей в Советском Союзе.

Подробности по теме
Тонка и красная линия: чем на самом деле пахнет московское метро
Тонка и красная линия: чем на самом деле пахнет московское метро