перейти на мобильную версию сайта
да
нет

«Во все тяжкие» Почему Уолтер Уайт должен умереть?

11 августа стартовала вторая часть пятого, заключительного сезона сериала «Breaking Bad». Георгий Ковалев объясняет, чем он выделяется среди других сериальных хитов, почему это точно последний сезон, а Уолтер Уайт — это новый Тони Монтана.

Архив

«У меня когда-то была девушка — по жизни чокнутая и вдобавок на хмуром сидела. Как-то она стучалась ко мне, а я боялся впустить ее внутрь — она же была неуправляемая, шило в заднице. Я хотел порвать с ней. И вдруг очень явственно вообразил, как открываю дверь, хватаю подругу за волосы, втаскиваю в квартиру и со всей дури колошмачу о кирпичную стену — была у меня такая, 12 футов в высоту, — и еще, и снова, до брызг крови, до мозгов. Я представил, как убил ее. Раз это было со мной, я знаю, что такое может случиться с каждым. Даже самый мягкий человек может стать опасным в определенных обстоятельствах».

Это воспоминания  Брайана Крэнстона, ответственного за самый лютый сериальный образ современности — химика-наркобарона Уолтера Уайта. У Крэнстона своеобразный юмор, о чем можно судить хотя бы по его интервью на Reddit («Самый смешной случай на съемочной площадке? Одного парня насмерть зашиб подъемный кран, я ржал без остановки»), но тут он явно не шутит; фирменный саспенс «Breaking Bad» рождается именно в таких блэкаутах, в моменты нравственной трансгрессии, где-то в серой зоне морали.

 

Наркотики — лишь антураж, за руководство «Как варить метамфетамин и не облажаться» премий «Эмми», как правило, не выдают. «Breaking Bad» — психологический портрет (не Грея, так Уайта), а вернее — история его изменений. Это хроника личных жизненных выборов, всякий раз по чуть-чуть меняющих местоположение героев на оси «добро-зло»; в компьютерных играх эта характеристика обычно называется alignment. Все пять сезонов Уолтер и Джесси только и делают, что перемещаются по этой оси, причем в противоположных направлениях, — иными словами, кормят разных волков, если вспомнить популярную в рунете притчу про старого индейца.

Именно в этом психоаналитическом уклоне, в динамике убеждений героев (зафиксированной, кстати, уже в названии) — главное отличие «Breaking Bad» от других ТВ-блокбастеров, в которых персонажи редко подвергаются «перепрошивке» по ходу пьесы; обычно мы встречаем их с уже застывшим мировоззрением и постепенно узнаем через флешбэки, как в «Lost» или «Mad Men». Автор сериала Винс Гиллиган не устает подчеркивать, что это был и есть осознанный курс: «На телевидении всегда хорошо умели создавать персонажей, сохраняющих свое «я» годами и даже десятилетиями. Когда я это понял, осталось лишь придумать шоу, где движущей силой были бы перемены».

Интересно, что прежде Гиллиган трудился над «Секретными материалами» — одним из самых стабильных сериалов, где годами ничто не нарушало равновесия между Малдером и Скалли; похоже, именно в то время Гиллиганом и завладели демоны, которых он методично изгоняет в «Breaking Bad» (так он сам чаще всего описывает работу над сериалом).

 

 

«Такой букет житейских проблем не только гарантировал рейтинг, но и был единственным способом «отмазать» наркотики, производству которых в сериале уделяется беспрецедентное эфирное время»

 

Изначально «Breaking Bad» был произведением в жанре «довели интеллигентного человека». Уолтеру невозможно было не сопереживать: нелюбимая работа, где его не уважают, кредиты, сын-инвалид, свалившийся из ниоткуда рак… Такой букет житейских проблем, помноженный на временные ограничения (тянуть некуда, деньги нужны здесь и сейчас), не только гарантировал горячий рейтинг, но и был единственным способом «отмазать» наркотики, производству которых в сериале уделяется беспрецедентное — по меркам поп-культуры — эфирное время. До «Breaking Bad» камера толком не заглядывала в нарколабораторию, для этого требовалось мощное драматургическое оправдание. Мало кто помнит, что история Уолтера могла закончиться в пятом эпизоде первого же сезона, когда его бывший партнер выступил в роли deus ex machina и великодушно предложил работу и медицинскую страховку. Уолт, к тому моменту уже проливший первую кровь, получил спасательный круг, но отказался и предпочел выплывать сам, через опасные воды. Удивительный фокус — сериал про человека, у которого — по синопсису — просто не было выбора, стал питаться энергией именно от ситуаций неудобного выбора, создающих напряжение от первого до пятого сезона. Это признает и Винс Гиллиган, включивший тот эпизод в свой личный топ-5 с комментарием: «С этого момента шоу стало набирать обороты» (другие точки экстремума: знаменитая голова-бомба на черепахе, первое появление Сола Гудмана и центральные смерти в четвертом и пятом сезонах).

С этого же момента Уолтер Уайт стал трансформироваться из героя в антигероя; или, по растиражированному определению самого Гиллигана, из мистера Чипса (скучного школьного учителя из фильма 1939 года) в Тони Монтану из «Лица со шрамом». Отсюда и «пасхальное яйцо» в одной из сцен пятого сезона, где Уолт и сын с азартом смотрят фильм Де Пальмы — к великому ужасу его жены; тот же подтекст и у теглайна «All Hail the King», отсылающего к незабвенному «The world is yours».

Развитие характеров — вообще коронка «Breaking Bad», благодаря которой он уже сейчас изучается на курсах сценарного мастерства. Недотепу-янгстера Джесси Пинкмана планировалось убить еще в первом сезоне, а в итоге он стал моральным противовесом Уолтера; коп Хэнк Шрейдер из шерифа Виггама превратился чуть ли не в Джимми Дойла и дослужился до главной роли в «Под куполом»; король куриных крыльев Гас Фринг к четвертому сезону нарастил такую молчаливую харизму, что Стивен Кинг назвал его лучшим ТВ-злодеем всех времен; мафиозный консильере Майк умудрился внести в пятый сезон неожиданную сентиментальную ноту. Возможно, эти метаморфозы не всегда на 100 процентов логически выдержаны (особенно у Джесси), но зато сериал интересно смотреть даже без главного героя на экране.

Один из самых обсуждаемых вопросов — не стоило ли свернуть «Breaking Bad» после четвертого сезона с его вполне себе хеппи-эндом? Ответ — категорически нет. Во-первых, грешно было оставлять на стене главное ружье всего сериала — двустволку модели «Хэнк vs. Уолт», до гениальности абсурдно взрывающуюся на последних кадрах сезона «5А». Во-вторых и в главных, для Гиллигана расправа над зловещим Гасом Фрингом означала лишь конец второго акта большой истории — а в третьем, заключительном, предстояло сделать то, ради чего все и затевалось: короновать самого Уолта, превратить убийцу дракона в дракона, завершить градиентный переход из белого в черный цвет.

Без этого сериал остался бы неполноценным, почти трагикомедией про несуразного лысого деда, случайно заброшенного в криминальную стихию, с горем пополам выжившего и вернувшегося в школу, — чуть ли не «Джентльмены, удачи!» по-американски.
Такие приключения не могут обходиться без последствий, нельзя забыть обо всем и улететь домой, как в «Отвязных каникулах»; в этот Мордор нельзя просто так взять и попасть, но нельзя и легко спастись — иначе это не настоящая драма, а увеселительный квест. Вдобавок, если честно, даже сценаристы «Breaking Bad», известные своей неполиткорректностью, вряд ли осмелятся дать наркобарону выйти сухим из воды и обойтись совсем без морали в духе «не ходите, дети, в Африку гулять». Так что подлинный «Breaking Bad», враз повзрослевший после шок-эпизода с ограблением поезда в пятом сезоне, только начинается: самое жесткое — впереди. Долго это не продлится, шестого сезона не будет, цените момент. Особняк Тони Монтаны начинают окружать. «В полете души — не только жизнь,/Cмерть, многие смерти я пою».

P.S.: И помните — не читайте твиттер, пока не посмотрите новую серию.

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить