перейти на мобильную версию сайта
да
нет

Открыто на ремонт

Дорожные работы глазами жителей Патриарших

Дома
Фотография: Варвара Геворгизова

Самый нарядный район Москвы превратился в пейзаж из «Безумного Макса». По просьбе «Афиши» Данила Антоновский заглянул в историю раскопок, а старожилы Патриков, которые вынуждены волочиться по горам сыпучих материалов, рассказали, как они провели это лето и чего ждут от реконструкции.

Я переехал на Патрики недавно — около трех лет назад — и поселился на периферии района. Такое положение всегда позволяло мне, с одной стороны, чувствовать причастность к местной жизни, а с другой — смотреть на нее со стороны, избегая эмоциональных оценок, свойственных некоторым моим знакомым, которые живут здесь с рождения. «... [конец в крайней степени] району», — так они говорят. Под этим подразумевается масштабная реконструкция, которая началась в мае и продолжается до сих пор. Итогом ее должно стать обновление Спиридоновки (расширение пешеходной зоны, плитка, велодорожка), Малой Бронной (плитка, велодорожка, одностороннее движение), а также Большой Бронной, про которую на момент написания колонки сказать ничего нельзя, так как она вся разворочена. 

Чувствуется, что строительные работы проводятся широко, масштабно, без особой экономии средств. Лавируя между кучами песка и щебня, ездит строительная техника всех цветов и размеров. Снуют рабочие. Стучат отбойные молотки. Изысканные люди осторожно ступают по деревянным настилам. Те из местных жителей, кто получил хорошее воспитание, закатывают глаза и говорят: «Какой ужас!» Или: «Они украли у нас лето». Те, кто воспитан похуже, вроде моих знакомых, повторяют ту мантру про лютый конец района. Я же не могу избавиться от ощущения, что сама по себе реконструкция — ерунда. Не в ней дело. Неудобства временны — они закончатся, а пешеходные зоны с велодорожками останутся. И это именно то, что вызывает глубокое и часто неосознанное раздражение местных жителей. 

Видите ли в чем дело, несколько лет назад с Патриками произошло то, что обычно называют джентрификацией. В исконном своем значении термин этот означает совершенно конкретные вещи, а именно — реконструкцию старых индустриальных пространств, однако в Москве в него принято вкладывать свой, особенный смысл. Под джентрификацией тут принято понимать освобождение от общей неустроенности и переход к европейскому комфорту. На этом пути Патрики были последовательны и тверды. Они пережили и строительство михалковской гостиницы, вызывавшее подтопления и пожары, и нежелание московского вице-мэра Бирюкова, тоже местного жителя, мириться с летними столиками кафе «Сулико» и «Крылов». Легенда гласит, что чиновник тогда якобы заявил: «Мы не в Европе — мы в жопе». Как бы там ни было, это оказалось неправдой. Эта история случилась на самом закате лужковской эры — в 2010 году, а спустя 5 лет именно ведомство Петра Павловича занимается приобщением Патриарших к западным ценностям восточными методами. Надо сказать, что район и без радикального вскрытия дорог с этим неплохо справлялся. Вместо пьяных компаний вокруг пруда появились элегантные бегуны и дамы с собачками. Рядом с михалковской гостиницей открылся приятный и недорогой ресторан Brix. «Крылов» закрылся — да, жаль, но настоящим баснописцем района стал создатель Uilliam's, Pinch и «Уголька» Илья Тютенков. 

Однако магия Патриков всегда заключалась не в ресторанах и не в полосатых козырьках-маркизах. Она в другом — в местной обособленности, в чувстве соседства, в самосознании местных жителей, которые всегда ощущали свою принадлежность именно к Патриаршим, не идентифицируя себя как адептов Центрального округа или Москвы вообще. Эту мысль хорошо сформулировал архитектор Евгений Асс в своем комментарии по поводу вышеупомянутого инцидента с рестораном «Крылов»: «…эти кафе — редкое в Москве явление, здесь все посетители знают друг друга, здесь я могу прийти и оставить на стойке письмо своему другу». Вот. В этом — все Патрики. Во всяком случае были. 

Последнее время район переживает, так сказать, переджентрификацию. Слишком многие попали под обаяние гения места и потянулись сюда с желанием купить квартиру, открыть кафешку или просто заехать после работы, чтобы пропустить по бокальчику вина. Уютные лавочки, влюбленные парочки, милые собачки, велосипедисты, нарядные платья, бары — все это стало громоздиться друг на друга, расшатывая и размывая местечковую культуру. В 2015 году Патрики стали напоминать вечеринку, которая была классной, а затем испортилась, потому что на нее начали пускать всех подряд. В том числе и меня. 

Кажется, что масштабная реконструкция станет заключительной стадией этого процесса. Она превратит Патрики в витрину, на которой с помощью плиточки, велодорожек и бог знает еще чего будет изображен идеал городской жизни. Она залакирует место, и вся жизнь — настоящая, районная, московская жизнь — окажется скованной этим лаком. Вот что беспокоит местных жителей по-настоящему, а вовсе не строительные работы под окнами. В конце концов, плиточка — она чего, красивая.

Данила Антоновский – создатель сервиса по поиску недвижимости thelocals.ru, совладелец сети мужских парикмахерских Chop-Chop

Как к реконструкции относятся другие жители и работники района

Максим Ливси Максим Ливси совладелец проекта Ferma & Williamsburg, живет на углу Большой и Малой Бронной

«Если бы я не понимал, что делается все для благих целей, то вышел бы с транспарантом. Я тоже хочу, чтобы в районе стало меньше машин, больше велосипедистов, и люди могли нормально гулять, — делается все просто жутко некомфортно. Первое, что удивляет, — почему был взорван весь район за три дня? Почему нельзя было сделать Малую Бронную, перейти к Спиридоновке, дальше сделать Большую Бронную?

Конечно, Малую Бронную нужно было делать односторонней: район становится все более туристическим, и когда заезжает «икарус» с гостями из Гусь-Хрустального, при двухстороннем движении случается коллапс. Нельзя парковаться на Патриках — платный паркинг тут не работает. Нужно ли было перекапывать Спиридоновку — вопрос, потому что она и так достаточно широкая, и играет роль артерии для заезда в район. Что касается будущего, то, разумеется, нас пугает риск превращения Патриков в Старый Арбат с людьми-сэндвичами. Однако, мне кажется, что этого не произойдет: все арендные площади расхватаны, цены начинаются от 200 тысяч за метр в месяц. Это плохо тем, что мы не можем тут отремонтировать часы или вставить молнию, но хорошо тем, что людям в ушанках и с золотыми зубами здесь делать нечего».

Илья Тютенков Илья Тютенков совладелец ресторанов Uilliam’s, Pinch и «Уголек»

«Мы испытываем легкий ад, ожидая, что он превратится в какой-то момент в красивую и эстетически приятную ситуацию. В обороте мы, конечно, потеряли, потому что, если на Бронной еще как-то, поплевываясь, народ передвигается пешком, то на Никитской мы приуныли. Смешно, конечно, что у Uilliam’s такая разруха, что я там могу представить себе коров гуляющих, как в Индии, и тут же сидят девчонки в «лубутенах» и на бордюрные камни тарелки ставят. Приятно, что нас не позабыли, но возмущает беспредельный подход. Видимо, ребята получили глобальный карт-бланш на работы, и делается все варварским способом. Жильцы стонут, потому что жизнь поменяется бесповоротно: станет больше прохожих на улицах, в том числе и таких, которые раньше до Патриков не доходили. Вообще, идея у властей такая, чтобы оставить в районе Патриков только пешеходов и людей, передвигающихся на машинах с водителями. Такой, наверное, сакральный замысел».

Виктория Мусса Виктория Мусса владелица шоу-рума проката дизайнерской одежды Moussa Project

«Спиридоновка почти постоянно перекапывается, еще с начала года. Что они там ищут? Постоянная пыль, шум грузовиков, вытаптываются газоны, хотя сами пруды не особо грязные. Плитка укладывается, но я не вижу, чтобы они особо прибирали после себя. Еще вопрос неудобства передвижений — почему нельзя выделить хотя бы крохотную зону, чтобы пешеходы и водители не делили дорогу? Не знаю, насколько это связано с реконструкцией, но на Патриарших стало больше попрошаек, пьяные стали гулять не только возле пруда. Из ожиданий: надеюсь, что расширение тротуаров привлечет большее количество народа. Настроение у местных стабильное — мы продолжаем работать, гулять, выпивать. Патрики остаются таким же кулуарным районом не для всех. Я называю его большой коммунальной кухней, где все друг друга знают по именам, при встрече обязательно происходит смолл-ток. Особенно здесь приятно прогуляться рано утром, когда город еще спит».

Армас Шпилев-Викстрем Армас Шпилев-Викстрем глава контент-маркетинг-агентства Mediator, живет в Ермолаевском переулке
«Пока посетители Uilliam’s делают вид, что наслаждаются ароматом и видом строительных бригад, многие жители Патриков мигрировали на средиземноморские дачи — и надеются вернуться, когда все закончится. Но будет наивно полагать, что вместе с работами прекратится и тотальная туристификация района. За продуктами и бытовыми вещами давно приходится переходить Садовое, оплаканы последние аптеки и химчистки. Художник Каплевич продает свою студию, красно-белыми растяжками с телефонами увешана треть домов, отсутствие инфраструктуры и высокие налоги на жилье незаметно меняют состав обитателей. Оставшиеся герои будут все больше походить на бабушек, из принципа не съезжающих из дома Плучека и Рихтера, чтобы каждый вечер терпеть грозный рык «порше» около кафе «Аист». Нет, не для местных жителей наводят здесь гранитную красоту. Они — как невеста на кавказской свадьбе: пышное торжество, да не твое. Почему бы вместо этого праздника профанации не сделать что-то действительно нужное? Не насыпать песок в песочницы на детских площадках? Не запретить уборку листьев с припрудных территорий, без которых земля лишается живительного перегноя? Почему, наконец, не отремонтировать несчастную улицу Красина, которая лежит через Садовое от Малой Бронной? Знаю, что вопросы эти идиотские. Само джентрифицируется — усилиями настоящих активных горожан, и, возможно, только после этого туда высадится десант бойцов какого-нибудь СМУ».
Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить