Принято считать, что раздельный мусор в России — фикция. Мы решили проверить это, подкинув в контейнеры GPS-маяки.

Уже 15 лет Москва пытается прийти к системе раздельного сбора отходов. В последние годы власти города затеяли помойную реформу, организовали тендеры и выбрали компании, ответственные за оборудование пунктов и вывоз мусора. Но москвичи пользуются точками для раздельного сбора неохотно: ходят слухи, что конторы, занимающиеся вывозом, работают только для вида, а все содержимое аккуратных контейнеров с пометками «Стекло», «Металл», «Бумага», «Пластик» сгружается в один мусоровоз, вывозится на свалку, где ни о какой вторичной переработке не идет и речи. Мы решили проверить этот миф.

Идея эксперимента с GPS-маячками была вдохновлена петербургским проектом «Путешествие фекалий», в рамках которого местные экологи изучили пути сточных вод. Чтобы подтвердить или опровергнуть гипотезу о недобросовестных подрядчиках, мы решили подбросить GPS-трекеры в несколько разных контейнеров на одном пункте раздельного сбора отходов. Если компания-подрядчик халтурит, все наши маячки должны были проследовать от помойки до свалки — одним маршрутом, в кузове одного мусоровоза.

Как в теории устроен путь мусора в Москве

Лидия Беляева
биоэколог, эксперт коалиции «ПРО Отходы»

Цепочка раздельного сбора состоит из нескольких звеньев. Первая — это место где они образуются: дом или офис. Затем — пункт приема. Далее — заготовительная станция, которая собирает (обычно покупает) вторсырье (бумагу, пластик, стекло, металл) из разных пунктов и складирует у себя. Когда сырье накапливается в каком-то достаточном количестве, оно отправляется на конечный этап — перерабатывающий завод. Если туда едет относительно чистое вторсырье — это хорошо, но если все пакеты сваливают в один мусоровоз, который все это перемешивает и спрессовывает, — это совсем другое. Вторсырье загрязняют пищевые отходы, и после пресса отделять это все очень сложно, и качество вторсырья падает.

Как мы готовились к эксперименту

GPS-маячки — это черные параллелепипеды размером с два спичечных коробка. Внутри пластикового корпуса — печатная плата, батарейка и обыкновенная сим-карта. Такие устройства обычно подкидывают ревнивые жены в машины своих мужей или рачительные менеджеры логистических служб, следящих за своими курьерами. Маячок по таймеру (например, раз в 30 минут) дает знать, где он находится, движется ли он, а также показывает температуру за бортом. Все данные отображаются онлайн в интерфейсе приложения.

Изначально было понятно, что наш эксперимент не даст каких-то неопровержимых доказательств и сверхточных данных. Если петербургские экологи запустили сотни маячков, то мы использовали всего три прибора (их предоставила компания «Где мои»). Мы решили следить за московскими путешествиями стекла, бумаги и пластика. Металлические отходы остались без надзора, так как GPS-сигнал с большой вероятностью не смог бы пробиться от маячка, заваленного консервными и пивными банками. Кроме того, нас предупредили, что сигнал будет потерян, если маячок окажется в металлическом контейнере мусоровоза, в обшитом металлом ангаре или другом закрытом пространстве. Ограниченный срок действия имела и батарейка: наши трекеры Navixy на одном заряде могли работать всего от 6 до 8 дней.

В итоге первое устройство мы спрятали в книгу, второе — в стеклянную банку, третье — в прочный пластиковый контейнер. Оставалось найти самый подозрительный пункт раздельного сбора в городе. На карте московских пунктов приема вторсырья обозначено около 600 мест. Наш выбор пал на мусорку со странными баскетболистами (явно постарались дизайнеры из местной администрации) на улице Академика Челомея в ЮЗАО, которую обслуживает «МКМ-Логистика», — вокруг компании сложилась нехорошая репутация после отчета «Гринписа». Опасения подтвердил и местный житель Павел, который регулярно приносит свои отходы на эту точку.

Павел
менеджер, житель ЮЗАО

«Сам я занимаюсь раздельным сбором где-то года два, и раньше приходилось ездить и сдавать его в центр города, но там все позакрывалось. Там было хорошо — работали люди, которые все раскладывали, говорили спасибо. Теперь возим сюда, хотя я не уверен, что эта точка на самом деле «правильная». Ходят слухи, что сюда приходит контейнер, в который сваливают все вместе».

Банка из-под варенья, коробка от фитнес-трекера и фантастический роман с вырезанным в страницах тайником, — все было начинено устройствами и плотно перемотано малярным скотчем. Выглядел такой набор подозрительно, и больше всего не хотелось, чтобы рюкзак просветили охранники метрополитена, иначе суть эксперимента пришлось бы объяснять где-нибудь в казематах ФСБ. Но на объект удалось добраться без происшествий — и воскресным вечером закамуфлированные под вторсырье маячки были загружены в три контейнера. Для надежности мы закопали их поглубже. Вот на что готова редакция «Афиши Daily»!

Как слежка за московским мусором заменила нам фейсбук и сериалы

Данные с маячка-1, который так никуда и не уехал

1 / 4

Маячок-2 сигнализирует о своем местонахождении рядом с Саларьево

2 / 4

Процесс слежки за маячками на помойке стал не менее увлекательным, чем, наверное, мониторинг показаний данных с зонда на комете Чурюмова — Герасименко, а ближайшую неделю редакция стала походить на ЦУП. Каждые 30 минут данные обновлялись, и когда вдруг сигнал с одного из датчиков по каким-то причинам пропадал, замирало сердце.

Первым мусорку покинул маячок-3 — тот, что был в контейнере с пластиком. Проехав 11 километров по Ленинскому проспекту, он оказался за МКАД и рядом с Николо-Хованским кладбищем, где, как известно, возвышаются 80-метровые горы крупнейшей в Европе Саларьевской свалки. Тут связь с маячком была утеряна. Мы были уверены, что устройство, погребенное в горе пластиковых бутылок и пакетов, пролежит там ближайшее 300–500 лет. Но на следующее утро маячок уже объявился в 120 километрах от Москвы в Серпуховском районе под Оболенском. Причем последние зафиксированные данные отображали постепенное повышение температуры: за 3 часа она повысилась с 15 до 40 градусов. Нагрев прибора подтвердили в нашей техподдержке и согласились с возможным попаданием его в плавильную печь. Все это явно опровергало популярную экологическую страшилку, что раздельный сбор мусора в России просто декорация.

Следующим уехал с помойки маячок-2 — в стеклянной банке. Он также оказался в районе мусорного полигона Саларьево. Правда, по словам представителя движения «Раздельный сбор» Кирилла Трофимова, сам полигон давно закрыт, а про сортировочные линии там ничего неизвестно. На третий день эксперимента в 14.17 от маячка поступили данные о последней точке, температурный датчик зафиксировал нагрев до +7 (при +1 за окном). По нашим догадкам он попал в какое-то помещение, или же до него добрались рабочие базы, так как сработал аварийный датчик.

Самым загадочным оказался маячок-1, спрятанный в книге и погруженный в контейнер с макулатурой. Он проработал в штатном режиме почти неделю, исправно посылал сигналы. Последний трек якобы зафиксировал движение, но затем связь была утеряна. Возможные сценарии: он попал в металлический контейнер, его смял пресс мусоровоза или же у него просто села батарейка. Таинственности добавляет то, что на пятый день эксперимента в 18.16 на трекере была нажата тревожная кнопка (трекер прислал СМС-сообщение), вероятно, до него добрался любитель плохой фантастики и попытался включить, либо это было случайное нажатие.

Что мы поняли

Ответственные жители Москвы, которые честно сортируют банки и бутылки, раскладывают их по пакетам, копят на балконах, захламляют ими свои прихожие, а потом тратят время, чтобы дотащить их до улицы Челомея, — делают это не зря.

Лидия Беляева

Небольшие пункты приема, которые продают вторсырье, не заинтересованы в том, чтобы сваливать все на полигон. Они так теряют деньги, но и принимать они готовы только дорогие фракции: металл, стекло. С крупными компаниями, которые выиграли государственный тендер, бывает по-разному. Мы ведем за ними общественный контроль — всегда можно узнать, куда они направляют вторсырье. Например, волонтеры движения «Раздельный сбор» выезжают вместе с машинами, помогают загружать и разгружать отходы. Очень показательно, как на такие просьбы реагируют эти компании.

Бывает, что вторсырье из разных контейнеров загружают в один мусоровоз, отвозят это все на полигон — и сортировка фракций идет уже там. И для сортировочной станции процесс усложняется в два раза. Но мусор в любом случае досортировывается, потому что культура раздельного сбора нова для нас и, бывает, люди кидают мусор в контейнеры невпопад.

Итак, наше раздельно собранное вторсырье с малой вероятностью оказалось на полигоне. Но где же оно осело и точно ли его переработают? На этот вопрос оказалось ответить сложнее.

Кирилл Трофимов
движение «Раздельный сбор»

В целом вся отрасль переработки отходов плохо регулируется, а многие предприятия, которые принимают вторсырье для производства, не расцениваются как мусороперерабатывающие. Но фраза «в России нет заводов по переработке отходов» — это миф. Так можно было бы сказать, если бы какое-то предприятие не справлялось с собираемым объемом вторсырья. Но пока такого количества вторсырья не удалось добиться ни по одной из фракций, мощности недозагружены, поэтому московские заводы вынуждены покупать первичное сырье.

Самые известные мусороперерабатывающие заводы, работающие с московскими отходами

Бумага и картон

ЗАО «Производственно-заготовительное предприятие «Котляково»

ПЭТ-бутылки

Завод «Пларус» (Солнечногорск)

Стекло

«Таратрейд» (Мытищи), ООО «Норвитт» (Москва)

Электробытовой лом, картриджи и т.д.

ЗАО «Петромакс» (Лобня)

Пластик

ООО «Поли-про» (Москва)

Что мы вынесли из всего этого

Не стоит отмахиваться, что раздельный сбор отходов в Москве — это бестолковое занятие, профанация и отмывание денег. Да, есть недобросовестные компании, которые организуют махинации, работают неэффективно, приписывают себе чужие пункты приема отходов и пытаются надурить экологов. Но все-таки переработка отходов — большой бизнес, а наш с вами мусор стоит денег, которые невыгодно просто взять и закопать на полигоне. Поэтому если вы потрудились разложить пластик, стекло и металл по разным пакетам и отнесли их в соответствующий пункт приема, то с большой вероятностью его все-таки переработают. И вы лично вносите таким образом свой положительный вклад в экологию города.

Не стоит лишь доверять красивым цветным урнам для раздельного сбора в торговых центрах, офисах и парках. Зачастую именно такие точки сбора фиктивные и цель их установки не более чем пиар. Общий список пунктов, можно посмотреть на карте «Гринписа» и на сайте движения «Раздельный сбор».

Лидия Беляева

Обычно мусор воспринимается как нечто плохое, пахнущее, от чего нужно избавиться. Но необходимо посмотреть на него иначе. Все намешанное в нашем ведре — это просто разные материалы. Их повторное использование экономит ресурсы — руду, древесину, воду, энергию. Чем меньше мы выбрасываем, тем меньше становятся площади свалок. А мусор там не просто лежит, он может загореться, выделять токсичные соединения. Дожди и снег, проходящие через слои отходов, несут их в подземные воды. Чем больше накапливается мусора, тем глубже он оказывается закопан, а на глубине 5 метров процессы разложения практически прекращаются и мусор консервируется. Это и есть то, что мы оставим после себя потомкам.

Ситуация острая вокруг всех городов, а не только вокруг Москвы. Возможности хранения нынешних полигонов заканчиваются. Нужно вкладывать огромные деньги в их обустройство. Но дело не только в переработке: нужно снижать количество потребления отходов в принципе.

Один знакомый иностранец приехал в Москву, ему стало не по себе из-за отсутствия раздельных урн. Он говорит: «Меня к этому еще мама приучила». То, что мы видим в Европе, не появилось так сразу. Должно пройти время. Хотя в СССР была развита система раздельного сбора и переработки, после перестройки все разрушилось, и только в 1998 году начались изменения. Но нужно еще лет 50, чтобы все закрепилось.