В ноябре 2021 года олимпийский чемпион в триатлоне Кристиан Блумменфельт установил рекорд на дистанции Ironman, улучшив результат почти на 6 минут. Секрет его успеха — в анализе данных и странных экспериментах.

Результат Блумменфельта феноменален по двум причинам: это был его первый в жизни старт на дистанции IronmanСерия соревнований по триатлону, состоящая из заплыва на 3,86 км, велогонки на 180 км и марафонского забега на 42 км. Этапы необходимо преодолеть последовательно друг за другом. Ironman считается одним из наиболее сложных однодневных соревнований в мире., а беговую марафонскую дистанцию он преодолел за 2 часа и 34 минуты (это очень быстро). Рекорд, правда, не был официально зарегистрирован, и дело не в допинге — трасса на мексиканском острове Косумель не сертифицирована Международной федерацией легкоатлетических соревнований из‑за течения, которое позволяет плыть слишком быстро.

Сегодняшние успехи норвежских триатлонистов — результат пятилетней работы инженера и предпринимателя Олафа Александра Бу и сотрудничества с Техническим университетом Эйндховена. Он сопровождал команду на Олимпиаде в Рио в 2016 году и понял, что количество данных, которые получают тренеры, ничтожно мало, а технологический вклад в триатлон заканчивается максимальным облегчением велосипеда. С этого момента Бу начал революцию, о которой теперь рассказывают не только профильные издания, но даже New York Times.

Детальный анализ всего

Бу использует более 20 датчиков, чтобы получить и проанализировать важные для спортсмена показатели. Пожалуй, главное, на что он обращает внимание, — уровень гликогена: когда его запасы иссякают, спортсмены быстрее устают и не могут выдерживать большие нагрузки. И хотя шестикратный чемпион мира по Ironman Марк Аллен говорит, что на этот показатель обращали внимание еще много лет назад, норвежцы используют инновационный метод.

С помощью специальной маски Бу собирает изотопы углерода, чтобы определить источник сожженных спортсменом углеводов — было ли это спортивное питание во время нагрузок или запасы гликогена.

Блумменфельт и его партнеры по команде регулярно сдают анализ крови, чтобы определить максимальный уровень допустимой нагрузки и необходимое время на восстановление. Бу также сумел договориться с производителями инновационных тепловых датчиков, которые тестируют свои разработки на норвежских спортсменах. Такие датчики позволяют тренерам в режиме реального времени понимать, какая часть энергии идет на достижение результата, а какая выделяется в виде избыточного тепла. Тренер сборной Арвид Трейтен считает, что благодаря им Блумменфельт выиграл золото на Олимпиаде в Токио: триатлет знал, насколько можно было замедлиться на велоэтапе, чтобы не испытывать сложности во время бега.

Некоторые методы Бу могут показаться странными: он заставлял Блумменфельта пить воду с изотопами кислорода, которые он собрал из образцов мочи, а также сжигал фекалии спортсмена, чтобы лучше определить способность усваивать углеводы.

Есть и менее экзотические методы улучшить результаты — обратиться к старой доброй физике. Сразу после соревнований на Косумеле Бу поделился мыслями, как пройти «железную» дистанцию еще быстрее: «Мы можем больше раскрыть бедра Кристиана и выровнять его спину, чтобы помочь снизить коэффициент лобового сопротивления и в то же время увеличить его максимальную мощность». Велосипедисты и триатлеты уже давно экспериментируют с посадкой, чтобы добиться лучшей аэродинамики.

Особенные тренировки

Не стоит забывать и про тренировки. Известный американский тренер Алан Кузенс проанализировал беговую подготовку партнера Блумменфельта Густава Идена к чемпионскому Ironman 70.3. Спортсмен преодолевал порядка 90 километров каждую неделю, но делал это практически с минимальным усилием: «Мы могли ожидать, что при целевом темпе в 3.30 мин./км значительная часть его тренировок будет такой же или быстрее этого темпа. Но данные показывают, что две трети его недельных пробежек были выполнены в зоне активного восстановления со скоростью 60–80% от его гоночного темпа». Проще говоря, тренировки норвежца были довольно легкими, он вовсе не изматывал себя при подготовке.

У Идена были и тяжелые тренировки, но не чаще, чем каждые пять дней. «Помните, что предположение о том, что, если мы тренируемся с более высокой интенсивностью, мы получаем больше пользы, в корне ошибочно», — говорит Кузенс. «Для наших легких тренировок существует правильная интенсивность, которая дает нам максимальную адаптацию, и любая энергия, затраченная выше этой точки, является потраченной впустую — ее можно направить на наши более интенсивные занятия».

В качестве аргумента он приводит исследование 2014 года, для которого бегунов разделили на две группы: одни спортсмены выполняли большинство тренировок на пульсе ниже 77% от максимума, другие работали с более высокой интенсивностью. В итоге группа высокой интенсивности на самом деле показала результат на 1,4% хуже, чем те, кто тренировался более размеренно.

Блумменфельт уже осенью может подтвердить звание самого быстрого триатлета в мире и стать чемпионом мира на «железной» дистанции. Он считает, что анализ данных и вдумчивый подход к тренировкам действительно приносят свои плоды. «Спортсмену бывает сложно понять, что именно нужно улучшить для достижения результата. Но, когда вы приходите в лабораторию, становится легче найти свои слабые стороны», — говорит он.

Подробности по теме
«Я пробежал 7 км, пока поезд стоял на станции»: интервью с чемпионом мира по Ironman 70.3
«Я пробежал 7 км, пока поезд стоял на станции»: интервью с чемпионом мира по Ironman 70.3