«Афиша Daily» нашла российские семьи, переехавшие на Пхукет, Кипр, в Сочи, Анапу и пригород Тель-Авива ради детей, и узнала, как изменилась их жизнь после эмиграции.

Катерина Варфоломеева

Переехала в Таиланд из Санкт-Петербурга, когда дочке было 4 месяца. Основатель проекта «База в Тае»

Мысли о переезде у меня появились еще до беременности. Два года подряд перед рождением дочки я зимовала в Индии, поэтому, когда появился ребенок, я уже понимала, что эта страна отпадает из-за отсутствия медицины, качественных продуктов и инфраструктуры. Я выбрала Пхукет — здесь есть хорошее медицинское обслуживание и учебные заведения, где ребенок получает все, что ему нужно.

Мы с дочкой переехали в Таиланд в 2012 году. Переезд в принципе тяжелый процесс, но для взрослого, а не для ребенка. До этого я ни разу не была в Таиланде, поэтому не знала даже, какие вещи перевозить, что брать с собой. Например, я зачем-то взяла детский зимний комбинезон.

На вопрос, страшно ли переезжать с ребенком в незнакомую страну, я отвечаю, что мне страшно в Санкт-Петербурге гулять с коляской, когда ее сносит ветром

Мои ожидания от Пхукета полностью оправдались. За шесть лет наблюдения за детьми в Таиланде, которые постоянно путешествуют, общаются с огромным количеством людей, я заметила, что здесь они растут очень открытыми. Когда мы приходим в России на детскую площадку, я понимаю, насколько у меня другой ребенок: не лучше, не хуже, но другой. Дочка полностью доверяет людям и знает, что мир не живет по расписанию. У нее, конечно, есть свой график: режим работы садика, кружков, но есть и понятие открытости мира.

Наверное, самой главной причиной переезда было то, что я всегда иду по пути наименьшего сопротивления. На вопрос, страшно ли переезжать с ребенком в незнакомую страну, я отвечаю, что мне страшно в Санкт-Петербурге гулять с коляской, когда ее сносит ветром. На Пхукете уровень комфорта для мамы с ребенком намного выше, чем в больших городах России, а для меня это очень важно. Здесь нет театров, музеев и чего-то еще, но есть наиболее важные для ребенка вещи: природа, климат и питание. Вторая причина — я обеспечиваю ребенка сама, и Таиланд оказался для меня наиболее подъемным в финансовом плане местом жительства. Если посмотреть, сколько стоит тот же детский зимний комбинезон, можно посчитать, что это стоимость всего гардероба ребенка на пять месяцев в Таиланде. Мне здесь жить дешевле, а ребенку — полезнее для здоровья.

Возвращаться мы не собираемся, но часто приезжаем в Россию, чтобы увидеться с родственниками. У нас есть любимый город Сочи, который летом очень нравится моей маме. Я отправляю маму с ребенком туда. В Санкт-Петербурге мы тоже проводим какое-то время — от месяца до двух. Дочке скоро будет пять лет, и она стала интересоваться музеями, историей и театрами. Мы пытаемся эти пару месяцев делать упор на интеллектуальное развитие. Потому что море — это море, а дворцы Санкт-Петербурга — это дворцы Санкт-Петербурга. Но и в Таиланде она получает достойное образование. Первым языком у дочки был тайский, потому что тайки были нянями. Потом она начала изучать английский, а потом — русский. Сейчас на первом плане у дочки все-таки русский язык, потому что я русская, да и она много общается с русскими детьми. Но тайский и английский у нее остаются на уровне.

Многие родители воспринимают Таиланд как страну третьего мира. На самом деле здесь великолепное медицинское обслуживание, такое же детское питание и подгузники, а дети всегда и везде на первом месте. И даже с упавшим рублем здесь дешевле жить, хоть аренда жилья и дороже.

Анна Литвинова

Переехала в Сочи 6 лет назад, когда старшему сыну было 3,5 года. Основатель zakvaski-sochi.ru

© Из личного архива Анны Литвиновой

Мы переехали в Сочи, когда в Москве у старшего ребенка началась ужасная аллергия на цветение и стала развиваться предастма. Мы перепробовали много методов в борьбе с аллергией, даже ездили в Германию в специализированную клинику по лечению аллергических заболеваний, но чуда не произошло. Тогда мы вернулись в Москву, и нам педиатр сказал, что либо мы уезжаем из города, либо ребенок садится на гормоны. И мы начали пробовать жить в Сочи, потому что здесь у нас уже был дом.

Здесь ребенку стало лучше. Иммунитет человека еще мало изучен, поэтому сложно сказать, почему конкретно это произошло. В Сочи тоже много пыльцы — например, от орешника. Но сочетание свежего воздуха, натуральных продуктов и лечения гомеопатией, видимо, сыграло свою роль. Когда проблема с аллергией отошла на второй план, мы попробовали вернуться в Москву, но, как и в следующие два раза, у нас это не получилось. Последнюю попытку мы предприняли, когда уже жили здесь три или четыре года. Но в очередной раз мы столкнулись с пробками, с тем, что ты не знаешь, кто живет с тобой на одной площадке в подъезде, не представляешь, куда обратиться, если возникает какая-то проблема.

В Москве ты песчинка среди миллионов, а в Сочи очень уютно жить, всюду можно дойти пешком

Уже через месяц после переезда в Сочи мы обросли таким количеством знакомств, какого не было в Москве. Постепенно мы узнали, куда отдавать детей учиться и к каким специалистам обращаться за помощью. Теперь мои московские подружки приезжают сюда на лечение, ведь здесь я знакома со многими хорошими гомеопатами, остеопатами и инструкторами, которых нет в Москве. Именно эти контакты для меня важны: испытав все трудности с лечением старшего сына, я перестала доверять традиционной медицине. Второго ребенка пришлось рожать в Сочи в обычном роддоме. Здесь нет, как в Москве, комфортных семейных палат для родов, в которых я была с первым сыном, но я смирилась. В результате у меня были отличные акушерки и медсестры. Возможно, мне повезло, а возможно, в действительности все не так плохо, как рассказывают. Потом, после родов, я вспоминала, как в Москве с таким же маленьким ребенком мы выходили на улицу перебежками, укутав его в меховой конверт. А здесь красота — тепло и светит солнце.

В Москве ты песчинка среди миллионов, а в Сочи очень уютно жить, всюду можно дойти пешком. Здесь, как в деревне, все друг друга знают. Если возникает какой-нибудь вопрос, звонишь знакомому из этой отрасли, и он обязательно подсказывает, к кому тебе обратиться. Мне предлагали вернуться в Москву с хорошим повышением, но я поняла, что это того не стоит. Я не знаю, что мне готовит судьба, но мне этот город нравится, несмотря на то что здесь из родных у меня никого нет. Моя мама до сих пор не понимает, что я здесь забыла. В Москву мы ездим редко, чаще мои родители навещают нас.

Сейчас старший сын ходит в отличную гимназию, а младший — в Вальдорфский садик. В школе хорошие учителя, и у сына есть друзья. Я считаю, что очень важен настрой родителя: он должен мотивировать, показывать ребенку, зачем нужно учиться, рассказывать, что не оценки важны, а то, что тебе пригодится в жизни. Поэтому учиться можно в любом месте, ведь сейчас есть дистанционное образование, онлайн-уроки. Я знаю многие семьи, которые осознанно выбрали семейное образование, без привязки к школе. Они путешествуют по миру, мотивируют детей самим строить учебный процесс. При переезде прежде всего родители должны подстраивать детей под себя — только так получается гармония.

Марина Камаева

Переехала на Кипр из Москвы, когда старшему сыну было 2,5 года. Мама 4 детей, блогер

© Из личного архива Марины Камаевой

У меня четверо детей, старшему из них — семь с половиной лет. Мы впервые приехали на Кипр отдыхать, когда ему было два с половиной года. Выбрали это место просто потому, что у нас не было времени оформлять визу, а здесь она не нужна. На пляже мы познакомились с семьями, которые жили здесь по той же схеме, что и мы сейчас: муж работает в России или другой стране, а мама с детьми живет здесь. Тогда мы решили осенью снова приехать на Кипр, чтобы пожить здесь по провизе в течение трех месяцев.

Мы с сыном переехали сюда, а муж продолжил работать в Москве, но стал приезжать к нам каждые 2–3 недели. У нас с ребенком сразу сложился свой график. В первой половине дня каждый был занят своим делом: сын ходил в хороший детский сад с английским языком, а я занималась спортом и тоже ходила на английский. Вторую половину дня мы проводили время на пляже или на экскурсиях.

В ноябре, в конце третьего месяца на Кипре, я забеременела вторым ребенком, и мы вернулись домой. Там, в самые холодные зимние месяцы, мы решили, что, пока есть возможность и деньги, мы будем жить в теплом месте, но тогда еще никто не произносил вслух фразу: «Давай переедем». В марте мы снова вернулись на Кипр. Первое время мы так и жили — по три месяца там и тут, и это казалось очень хорошим и простым решением.

Подробности по теме
Эмиграция
История семьи, которая хотела уехать в Канаду, а открыла два ресторана в Мексике
История семьи, которая хотела уехать в Канаду, а открыла два ресторана в Мексике

Но потом мы решили переехать насовсем. Оказалось, что это идеальное место и идеальный климат для детей, а кроме того, до Кипра можно добраться за 3,5 часа из Москвы. Мужу нужно летать сюда постоянно, поэтому Доминикана или, например, Таиланд нам категорически не подходит. Нам также понравилось, что здесь есть четыре школы с английской системой образования, где учителями работают носители языка, и это шикарное место для изучения языка с раннего возраста. Здесь все занимаются развитием детей — у нас день расписан по минутам. Дети ходят на дополнительные занятия, занимаются конным спортом, плаванием и фигурным катанием. По выходным мы катаемся на велосипедах вдоль моря. Кипр — это место, где есть все, чтобы растить детей здоровыми, полноценными и развитыми.

Муж и сейчас работает в России по 2–3 недели, не отвлекается ни на что и занимается только своим бизнесом, а потом приезжает к нам на 10–14 дней, чтобы провести все это время с нами. Живя в России, мы видели его, как и многие, в лучшем случае по выходным. Он уходил рано, приходил поздно. Дети либо уже спали, либо я их специально не укладывала, чтобы они пообщались с папой десять минут перед сном. А здесь, когда он прилетает, мы все время проводим вместе и даже успеваем путешествовать по соседним странам.

Старшему ребенку скоро будет восемь лет. Думаю, школу он закончит здесь, а потом, возможно, будет учиться в другой стране. Мы не отметаем известные английские и швейцарские школы, но пока решили каждое лето отправлять детей в английский лагерь в разные страны. Америку мы рассматриваем, но только для полного переезда, потому что муж туда часто летать не сможет. Китай и Сингапур, высшее образование в которых сейчас тоже считается хорошим, могут подойти только для обучения детей, так как летать туда мужу далеко. А вообще, у нас есть план узнавать страны, отправляя ребенка на месяц в какой-нибудь маленький английский город учиться, чтобы самим жить недалеко и исследовать местные условия жизни. Возможно, мы и вовсе останемся с мужем на Кипре как в родном доме, куда будут возвращаться дети из всех стран.

Лилия Амерова

Переехала из Уфы в Анапу 2 месяца назад. Соавтор тренинга «Тройная перезагрузка»

© Из личного архива Лилии Амеровой

Впервые мы задумались о смене места жительства, когда ребенку поставили диагноз частично контролируемой астмы и рекомендовали сменить климат. Окончательно мы осознали необходимость переезда, когда в 2016 году съездили на несколько дней в Анапу, после чего у ребенка существенно изменилось самочувствие. Тогда-то и было принято решение переезжать, и на данный момент в Анапе мы живем уже два месяца.

До Анапы мы отдыхали с ребенком в других приморских городах, но там климат нам не подходил. Например, субтропический океанический климат Сочи оказался слишком влажным для нас. А в Анапе климат более сухой — субтропический континентальный. Решение в пользу переезда было легко принять еще и потому, что мы не привязаны к городской жизни. Мы без труда покинули город-миллионник — ежедневные посещения торговых комплексов и кинотеатров нам не нужны. Если захочется какой-то активности, всегда можно организовать ее самостоятельно или вместе с другими творческими мамами, которых в Анапе много. Нам очень нравятся местные образовательные учреждения, которые здесь более социально ориентированные: в каждом школьном дворе есть футбольное поле, при каждой школе есть спортивные секции. Мы собираемся остаться здесь навсегда.

В Уфе мы жили в своем большом двухэтажном доме, который уже выставили на продажу. Здесь пока снимаем дом. С точки зрения удобства это хуже, но мы надеемся, что все поправим. Я пока не искала здесь работу, но у меня есть заработок, связанный с моим проектом в интернете. Муж уже ищет работу здесь. Ребенок же, пока мы не определились с постоянным местом жительства, учится дома по программе индивидуального обучения. Как только мы окончательно осядем, будем устраиваться в школу.

Подробности по теме
Эмиграция
«Меренге – наш!»: история уроженца Тверской области, переехавшего в Доминикану
«Меренге – наш!»: история уроженца Тверской области, переехавшего в Доминикану

Юлия Шендерович

Переехала из Москвы в пригород Тель-Авива 2 года назад. Мама двоих детей

© Из личного архива Юлии Шендерович

Мысли об эмиграции у меня появились примерно десять лет назад, муж к этому пришел несколько позже — из-за работы. Основной причиной переезда в итоге стал тогда еще наш единственный шестилетний сын. С ним произошла смешная и грустная история: он сломал нос, надевая носок. Нам нужно было срочно прооперировать его или назначить специальные процедуры. У нас были средства, но мы не нашли квалифицированных врачей даже в именитых клиниках. Спас случай: моя ближайшая подруга вывела нас на одного молодого врача, который и помог. Потом произошла история с французскими вакцинами, которые мы делали ребенку всю его жизнь за свой счет. Они просто исчезли из продажи в Москве. В то же время цены на фермерские и экопродукты из-за кризиса стали очень высокими, а пластилиновой едой мы ребенка кормить не хотели. После этих историй мы поняли, что нужно срочно уезжать.

Я наполовину еврейка, мой муж тоже, но мы никогда не думали о переезде в Израиль. Мы даже до этого никогда не были в Израиле, потому что я категорически не люблю жару. Но мы знали многое об этой стране. В подростковом возрасте я участвовала в больших еврейских тусовках в Москве и знала, что такое Сохнут (международная организация, которая занимается репатриацией, то есть возвращением лиц на их историческую родину. — Прим. ред.). У меня еврейская фамилия и довольно характерная внешность, поэтому сомнений в том, что я еврейка, не было ни у кого. У меня с этим не было проблем — на самом деле это всегда только играло на руку в вопросах карьеры и учебы.

Сам переезд происходил намного труднее, чем подготовка к нему, потому что мы были уже очень взрослыми людьми и уезжали с ребенком — по сути, мы перевозили всю жизнь в картонных коробках

Десять лет назад мы с мужем поехали в свадебное путешествие в Прагу, и последующие годы я уговаривала его уехать туда насовсем. Мы приезжали туда периодически и даже обзавелись друзьями, но в какой-то момент мы столкнулись с огромным количеством препон на нашем пути. Мы понимали, что гражданство получим не скоро, а нам нужно медицинское обслуживание, образование. К тому же финансово мы не могли позволить себе настоящую эмиграцию, а наш переезд в Израиль — это репатриация. Уже в аэропорту мы получили удостоверение личности и все привилегии граждан страны. Мы живем здесь на абсолютно гражданских правах. Это не эмиграционный путь, наш вариант — очень понятный законный путь с минимальным количеством сборов документов. Собственно, все наши сборы закончились еще в Москве, на этапе общения с консулом.

Сам переезд происходил намного труднее, чем подготовка к нему, потому что мы были уже очень взрослыми людьми и уезжали с ребенком — по сути, мы перевозили всю жизнь в картонных коробках. Мы перевозили все, за исключением мебели, на протяжении шести месяцев по почте. Но сейчас уже кажется, что это не так страшно. Первый год был самым трудным: приходилось привыкать к кардинально другому климату, языку и культуре. Ведь евреи, живущие в России, — это не евреи, живущие в Израиле, здесь все иначе. Второй год прошел легче, поэтому сейчас нам скорее здесь нравится, чем нет.

Дети называют учительницу по имени и на «ты», а директор школы каждое утро встречает возле калитки и желает персонально каждому ребенку доброго утра

Образование в Израиле меня пока больше разочаровывает. В начальных классах оно довольно легкое и ненавязчивое, напоминает детский сад. Также здесь много каникул: летом дети отдыхают только два месяца, но в течение года каникул набирается еще месяца на три. Из-за постоянных праздников и вечеринок, после которых дети не учатся, уроки напоминают дружеские посиделки. Особенно это ощущение возникает потому, что в школе полностью отсутствует субординация между учителем и учеником. Дети называют учительницу по имени и на «ты», а директор школы каждое утро встречает возле калитки и желает персонально каждому ребенку доброго утра. Эти вещи при взгляде со стороны могут радовать, но у меня образовательная система вызывает массу вопросов. Медицина, наоборот, здесь выше всяких похвал, просто космический уровень. Пять месяцев назад я родила здесь второго ребенка, и мы оба были на грани жизни и смерти. С помощью услуг, недоступных по цене для иностранцев, нас спасли.

В целом те стороны жизни, которые были для нас важны и ради которых мы переехали сюда, оказались именно такими, какими мы их ожидали увидеть. Но есть вещи, которые нас разочаровали. Например, жилищный фонд в очень плохом состоянии, а цены на недвижимость очень высокие. Взрослым здесь непросто, но мы друг другу все время говорим, что детям здесь, безусловно, лучше. В Россию мы не планируем возвращаться вообще. Не могу с уверенностью сказать, что мы не двинемся в другом направлении.

Эмигрируя, ты по пути многое теряешь, но в то же время и приобретаешь много нового. Первый отрыв очень тяжелый, последующие — легче. Во время первого переезда ты попадаешь на некие рельсы, по которым потом легко двигаться дальше. Мы не можем даже себе сейчас ответить, поедем ли мы дальше. Но если поедем, я думаю, это произойдет не в ближайшие несколько лет, потому что младший сын совсем маленький и наблюдается у врачей, а старший привязался к друзьям.