Анскулинг — самый радикальный вид домашнего образования: это обучение без какой-либо программы и аттестаций. «Афиша» поговорила с девушкой, которая никогда не ходила в школу, родителями, которые сделали свой выбор в пользу анскулинга, а также со сторонниками и противниками такого подхода.

Мария

мать троих детей, живет в России

Наш сын второй год не числится в школе. Мы перевели его на семейное образование во второй четверти 2-го класса. Изначально планировали сдавать аттестации, но УО, Обрнадзор и комиссия по делам несовершеннолетних требовали, чтобы мы отчислились из школы. Согласно ФЗ «Об образовании» на семейное образование должны переводить приказом директора, но сплошь и рядом из-за неправильной трактовки закона родителей вынуждают писать заявление на отчисление, а уже потом заявление на зачисление для прохождения аттестации в качестве экстерна. В итоге мы решили, что раз они требуют отчислиться, то мы и отчислимся, но и сдавать ничего не будем.

В законе прописана форма обучения «семейное образование» с правом бесплатного прохождения промежуточных аттестаций в образовательной организации. Именно с правом, об обязанности речи нигде нет.

Анскулинг и есть настоящее семейное образование. Когда ребенку прививаются ценности семьи, он получает те знания, которые хочет, или те, которые ему нужны. Если в данный момент для решения какой-то конкретной задачи требуется, к примеру, сложение четырехзначных чисел или знание о теплопроводности материалов, мы рассказываем об этом. Мы не загружаем сына учебой, но он сам много читает. Еще он очень любит вырезать из дерева, сделал уже несколько ложек и сейчас вырезает шахматы.

Даже при существующих законах мы можем еще года 3–4 не задумываться о долге перед школой. Я думаю, что через год-два мы освоим школьную программу, чтобы сдать аттестацию за 9-й класс, а потом и ГИА. Мы уверены, что в свои 14–15 лет наш сын будет знать и уметь больше своих сверстников.

Другим анскулерам могу посоветовать быть готовыми к неоднозначной реакции окружающих и властей. Но это мелочи по сравнению со счастьем детей.

Олина Пономаренко

мать троих детей, живет в Малайзии

Два года назад мы приехали в Малайзию с тремя чемоданами и тремя детьми, чтобы сменить обстановку, пожить в комфортном климате и наладить домашнее обучение.

Мои старшие дети ходили в школу в России и Эстонии. Им было скучно и неинтересно уже в начальных классах, да и мне их школы совсем не нравились. Все время было ощущение, что государственное образование оторвано от жизни и ребенок никому не интересен. Конечно, я слышала о семейном обучении, но долго не могла на него решиться из-за стереотипов и отсутствия информации. У меня не было единомышленников, да и близкие меня сначала не поддержали.

Переезд в Малайзию помог нам наладить то, что я бы назвала свободным образованием. Мы не следим за школьной программой, не имеем расписания и обязательных занятий. Дети сами выбирают то, чем они хотят заниматься и что изучать, а задача родителей — помогать им, обеспечивать материалами, книгами и другими ресурсами. В большей степени это касается младшего сына (ему 8). Ребенок увлекается науками, и папа для него — кладезь информации. Средний сын, которому 16 лет, занимается исключительно сам: сейчас готовится к экзаменам и ходит на лекции по математике и физике. Дети самостоятельно выбирают темы занятий, их периодичность и время проведения.

Ребенок может несколько дней (а иногда недель и даже месяцев) изучать понравившуюся ему тему — читать, смотреть учебные фильмы, рассказывать, мечтать, а затем переключается на другую. В школе это невозможно. В качестве материалов мы используем видеоуроки, которых на просторах интернета немало, документальные фильмы (например, ВВС), учебные программы и мультфильмы («Смешарики. Пин-код», «Фиксики»). Кроме того, обращаемся к различным книгам, рабочим тетрадям, журналам («Смешарики», «GEOленок», «Непоседа», «Классный»), а также карте мира, таблице Менделеева, древнерусской буквице, таблице умножения. Доступ к гаджетам у нас только по делу, в компьютерные игры мы не играем. Пожалуй, это самое серьезное ограничение в нашей семье, но дети принимают его как данность.

Конечно, им нужно общение, в том числе и со сверстниками, поэтому мы встречаемся с друзьями, у которых есть дети, ходим в кружки и секции, на детские мероприятия. Нашим детям не всегда в полной мере хватает общения, но это обусловлено скорее страной проживания, чем тем, что мы не посещаем школу.

Дети изменились. У них появилось время, чтобы подумать о своей жизни, предназначении и взять на себя ответственность за будущее. Старшие, освободившись от школы, стали получать от учебы удовольствие. Я жалею только о том, что мы не сделали этот шаг раньше.

Мы никак юридически не оформляли анскулинг, так как в Малайзии мы иностранцы и никому не интересны. В России аттестацию можно пройти на любом этапе или ежегодно, но мы этого не будем делать, чтобы не превращать образование в «школу на дому».

Друзья и родные относятся к анскулингу неоднозначно и настороженно. Обычно всех беспокоит отсутствие общения и дисциплины. Люди не готовы к тому, что ребенка можно не контролировать и он может учиться сам, а также всех волнует вопрос получение аттестата. Все это решаемо, и наш опыт это подтверждает.

Наталья Голубцова

мать двоих детей, живет в Болгарии

Наш путь к отказу от школьной программы лежал через экстернат. Старшая дочка сдавала экзамены с первого по третий класс, но потом мы увидели, насколько программа не соответствует собственным увлечениям и способностям ребенка. Мне кажется странным, что чужие люди в довольно стрессовых условиях оценивают по пятибалльной шкале, насколько хорошо ребенок читает или считает.

Девочкам сейчас 13,5 и 11 лет. Каждый их день наполнен интересными занятиями: они читают, рукодельничают, рисуют, пишут рассказы, смотрят познавательные фильмы и передачи в интернете, слушают аудиокниги, поют и играют на пианино или гитаре, занимаются гимнастикой с помощью роликов на ютьюбе (уже научились делать колесо и стоять на руках). Да, они все еще играют в настольные игры, разнообразные конструкторы, даже куклы и придумывают ролевые игры по сюжетам прочитанных книг. Каждое их увлечение приносит с собой множество удивительных открытий, порой даже не связанных с основной темой.

У нас большая библиотека интересных книг, которую я постепенно собирала, пока дети росли: книги про анатомию, природу и животных, экономику и историю, православные книги и, конечно же, много художественной литературы. Кроме того у старшей дочки есть e-ink-книга, а для младшей я скачиваю книги на айпэд.

Мы используем познавательные приложения по геометрии, арифметике, анатомии, игры в слова (эрудит, например), приложения для изучения английского языка. Каждый день они сами решают, что им делать.

Дети часто задают нам вопросы — про политику, религию, экономическую систему, еду и здоровье, про отношения между полами. Они постоянно рассказывают нам с папой что-то интересное из самых разных областей, о чем даже и мы не знали.

Я вижу, что благодаря анскулингу они отлично находят общий язык с людьми любого возраста — с малышами, ровесниками, взрослыми, а также свободно выражают свои мысли, любят читать и писать. У нашей семьи есть свобода, позволяющая нам высыпаться, гулять, принимать гостей и ездить, куда хотим почти в любой день (мы с мужем работаем из дома).

Я прикладываю сознательные усилия по поиску круга общения для детей. В том месте, где мы живем сейчас, у них довольно много русскоязычных друзей. Есть несколько приятелей и из местных болгар, но с ними общаться получается не так часто.

Среди наших знакомых много родителей, которые тоже учат детей дома, некоторые из них пришли к этому благодаря нашему примеру. Те друзья, чьи дети ходят в школу, относятся к нашей ситуации с пониманием и поддержкой.

Вопрос с поступлением в вуз будем решать вместе с детьми, когда придет время. Современные технологии позволяют очень многому учиться через интернет и получать сертификаты. Думаю, к тому времени, когда нам надо будет принимать решение, вариантов получать дальнейшее образование может быть сильно больше, чем сейчас.

Лина Амлинская

мать троих детей

У нас трое детей (16, 10, 6 лет). В школу ходила только старшая дочь, которая училась четыре года. Мне не нравилось, что, отдав туда ребенка, получаешь «продукт». Кроме того, мы решили, что не хотим быть привязанными за ногу к школе. У нас трое детей, а жизнь одна — и она тоже наша.

Перейти на анскулинг было непросто. Особенно сложно было с мужем, да и родители были в шоке. Опыт анскулинга мы перенимали от наших американских коллег, встречаясь с другими семьями, отказавшимися от школы. Мы рассматривали 5 принятых в США систем образования и решили, что больше всего нам подходит свободное обучение.

В нашей семье дети сами выбирают, что хотят изучать. Они самостоятельно могут себя организовать, и им не нужен контроль. Вместе с ними мы смотрим TED и научные программы, которые чаще всего сильно опережают учебники. С 7 лет мы занимаемся химией с сыном, сейчас этот интерес перетек в физику и геологию. Ребенок настолько разбирается в камнях, что в магазинах отличает подделку от настоящего камня. Еще один пример погружения в тему: со старшей дочерью мы слушали 6-часовые лекции по философии для аспирантов Академии наук.

Мы живем и обучаемся блоками, так как много путешествуем. Дети познают мир не абстрактно, а погружаясь в местную жизнь и быт. Путешествуя, мы ходим в исторические музеи и готовим национальные блюда. За два месяца мы проехали Америку от Нью-Йорка до Сан-Диего. Во время этой поездки дети изучали историю блюза, занимались хип-хопом с другими анскулерами в Лос-Анджелесе. Сейчас мы находимся на Яве, но уже заканчиваем с Азией, дальше — Европа.

Благодаря анскулингу дети научились думать, анализировать и аргументировать свое мнение. Если какие-то трудности и возникают, то только из-за того, что мы все время перемещаемся, а не из-за самой системы.

Старшая дочь через два года собирается поступать в университет. Мы не знаем пока, чего точно хотят младшие, но у них есть свое понимание жизни, и они постоянно что-то придумывают. Например, сын хочет написать книгу, синопсис которой у него уже готов.

Мара Зиниград

анскулер, живет в Израиле

Мне скоро исполняется 20. Формально мое обучение дома началось в 7 лет и закончилось в 18. Но, по существу, оно началось до моего рождения и не закончится никогда.

Я никогда не была в школе или в детском саду. Честно говоря, меня туда никогда не тянуло. Я слышала рассказы, видела из окна детей, несущих огромные рюкзаки за спиной — и, нет, я им не завидовала.

Нас в семье шестеро. Я в детстве занималась музыкой, потому что очень хотела играть на фортепиано, но мы с преподавателем не сошлись характерами, и поэтому я перестала заниматься. Начала снова уже довольно взрослой, лет в 14, когда нашла преподавателя, которому смогла объяснить, что хочу играть для себя, а не для оценок.

Лет в десять я поняла, что хочу быть фотографом. Потом я много читала в интернете, интересовалась, советовалась со знакомыми и в 16 лет записалась на курсы фотографии. Курсы длились несколько месяцев, я училась со взрослыми людьми и не чувствовала, что мне не хватает опыта учебы в коллективе.

Я знаю, многие люди считают, что дети после домашнего обучения вырастут дикими и не смогут контактировать с другими людьми, получать образование, ходить на работу. Я в течение долгого времени работаю в таком месте, где первая смена часто начинается в 6 утра. Я встаю в 5 и не чувствую, что мне тяжело это делать, так как меня не приучили к этому с шести лет. Некоторые люди, которые работают со мной, не могут утром вовремя проснуться. Может быть, это происходит как раз потому, что когда-то их к этому приучали и у них не было выбора?

Мне кажется, когда человек любит то, что он делает, ему это дается легко. Мы быстро учимся тому, что нас интересует, в чем мы ощущаем потребность. Преимущество анскулинга, с моей точки зрения, в том, что ребенку дают быть ребенком, ему дают выбор, и поэтому ему легче взрослеть, легче брать на себя ответственность за свою судьбу.

Есть ли минусы? Для меня был только один: мне было всегда жалко тех детей, которые должны рано утром ехать в школу. Наверное, если бы я была среди них, мне было бы жалко себя.

Оксана Апрельская

главный редактор журнала «Семейное образование»

Анскулинг, специфичный подход даже среди практиков семейного образования, — это свободное плавание без каких-либо внешних рамок и ограничителей вроде заранее спланированной взрослыми программы, будь то школьная программа в соответствии с федеральным стандартом или созданная родителями. Естественное обучение опирается на интересы ребенка в каждый конкретный момент времени, а не на дату ближайшего экзамена или список параграфов из учебника.

Плюсы у анскулинга такие:

  1. Высокая мотивация. Поскольку дети-анскулеры сами выбирают, чему учиться и ставят свои собственные образовательные цели, то и учатся они эффективнее.
  2. Эмоциональная открытость. В анскулинге больше уверенности в своих силах и меньше стресса, дети не бояться делать ошибки и задавать вопросы.
  3. Семья может больше времени проводить вместе и избегать конфликтов по поводу домашнего задания и других школьных проблем.
  4. Свобода от школьного расписания позволяет семье жить гармонично, в более комфортном ритме, путешествовать в удобное для нее время.

Я бы добавила к этому практическое обучение без отрыва от жизни, то есть обучение в реальном мире, а не специально созданном заведении и, как следствие, практические результаты от своей учебы (не оценка в журнале). Дети занимаются в собственном темпе, наиболее удобным для себя способом и на самом подходящем материале.

Для того чтобы прийти к естественному обучению, родителям самим нужно быть внутренне свободными от школьных шаблонов. Спокойное отношение к тому, что любимое чадо часами собирает лего или — о ужас! — ленится, дается немалыми усилиями. Готовность выгнать тараканов из родительской головы — это, пожалуй, самое сложное во всем подходе.

Вторая сложность — неопределенность законодательства в России. С одной стороны, итоговые экзамены в России обязательны, а промежуточные аттестации (ежегодные экзамены) — нет, это наше право, а не обязанность. С другой стороны, черным по белому нигде не написано, что промежуточные аттестации не являются обязательными для семейной формы образования, поэтому чиновники часто трактуют закон, как хотят. Нередко родители-анскулеры идут на компромисс с системой: ищут способы максимально щадящей аттестации, практикуя при этом свободное обучение. Выглядит это, например, так: ребенка либо никак не готовят к экзаменам, либо готовят прицельно, отчитываются для галочки, а в остальное время ребенок сам выбирает занятия по душе.

Вопрос о социализации задают либо вторым, либо сразу первым по счету, когда заходит речь о семейном образовании. Социализация — это процесс усвоения человеком образцов поведения, психологических установок, социальных норм и ценностей. Какие нормы, образцы и установки впитываются в рамках традиционной системы общего образования? Твои потребности и желания вторичны по сравнению с требованиями системы («нет слова «не могу», есть слово «не хочу»). Внешняя мотивация заменяет внутреннюю (важно не то, что ты сделал, а какую оценку получил), внешняя оценка твоей работы должна исходить от специально уполномоченного человека, при этом она мало коррелирует с реальными результатами и будущими перспективами («будешь получать двойки — дворником вырастешь»). Для положительной внешней оценки не обязательно выполнять необходимые задания, можно обмануть (списать) или, например, просто нравиться учителю (или, наоборот, попасть в немилость, получить ярлык будущего дворника и в лучшем случае зарабатывать тройки).

Еще дети в школе приобретают такие «полезные» качества, как страх совершить ошибку (иначе оценка будет ниже), просить помощи («оценку мне на двоих делить?»), задавать вопросы, если чего-то не понял («повторяю для особо одаренных») и вообще выглядеть глупо, не как все.

Целью социализации же, на наш взгляд, должно быть не затачивание ребенка под одну систему. Ведь такого коллектива, как школьный, в жизни больше мы не встретим нигде за исключением, пожалуй, тюрьмы и армии, и даже в тюрьме коллектив разновозрастный. На всякий случай уточню, речь не о том, что школьная социализация — плохо, но о том, что она не является эталоном. Целью социализации должно быть достижение баланса между «сохранить себя» и «вписаться в общество».

Если речь идет об общении с другими людьми, проблемы могут возникнуть разве что, когда семья живет в каком-то очень отдаленном месте. Ни хоумскулинг, ни анскулинг не запирает детей в четырех стенах: «домашние» семьи живут не в вакууме, а в том же обществе, что и «школьные». Дети-анскулеры регулярно общаются с людьми всех возрастов, а не только с ровесниками: на занятиях, в сообществах, с родственниками и друзьями. У нешкольных детей может быть, например, много кружков, где группа объединена как минимум общей целью и интересом. В таком коллективе отрабатывать социальные навыки гораздо проще и приятнее, чем в группе случайным образом собранных одновозрастных людей.

Оксана Орлова

детский психолог

Анскулинг — это радикальный подход в образовании, а любая крайность не лишена фанатизма. В школе ребенок не только изучает предметы, но и социализируется и учится взаимодействовать в системе. Его ограничивают в свободе, и он подстраивается под внешние правила. Если же человек по-прежнему живет в своей системе координат, то он не приобретает тот «иммунитет», который требуется в социуме, не учится отстаивать себя — со всем этим он потом все равно столкнется в жизни. Кроме того, в подростковом возрасте у ребенка возникает другая значимая среда. Если он общается только с братьями, сестрами и с детьми друзей своих родителей, то все равно у него нет своего частного пространства.

Что касается образования, то нет гарантии, что взрослый может системно объяснить и проследовать той логике, которая формирует понимание. За партой ребенок учится не только предметам, но и способам мышления.

Ребенок может сам себя мотивировать, но это зависит от возраста. Если мы говорим про первоклассников, то у них стоит задача – высидеть урок. Если ребенку становится неинтересно, то у него есть стимул в виде учителя, благодаря которому ребенок будет включаться в учебный процесс. В подростковом возрасте важно, чтобы был круг общения, что и обеспечивает школа. Что касается старшеклассников, то, если ребенок может сам себя организовывать и у него есть наработанная сфера общения, он может уже обходиться без школы. Собственно, поэтому и существуют экстернаты.

Я считаю, что авторитарная школа, в которой говорят: «Делать так и никак иначе», — это неправильно. Но и излишне либеральный подход тоже не идеален.