Лидер важной группы андеграунда 2010-х The Chemodan Clan покритиковал в «ВК» поклонников за то, что они воспринимают его творчество как «колхозный рэп со смыслом», — и получил негативную реакцию в ответ. Рассказываем, почему пост Грязного Луи приводит к грустным выводам о рэп-олдскуле и его слушателях.

О ком идет речь

Кажется, многим читателям (особенно тем, кто в начале 2010-х узнавал о новой музыке из бумажной «Афиши» и сайта Pitchfork, а не «ВК»-паблика Underground, — автор тоже из их числа) придется для начала объяснить, о ком, собственно, идет речь.

Так вот: The Chemodan Clan — это рэп-дуэт двоих петрозаводцев, Грязного Луи и Brick Bazuka, который наводил шороха в начале 2010-х и лучше прочих объяснял такое явление, как «андеграундный рэп», ласково сокращаемое слушателями до слова «андер». При этом слово Clan на вывеске то появлялось, то исчезало — даже автор текста не сразу усек, что The Chemodan — это один Грязный Луи, а The Chemodan Clan — он + Brick Bazuka. Чтобы описать их творчество, обратимся к словам Андрея Недашковского из The Flow, взявшего у группы, кажется, первое печатное интервью: «манифесты ощетинившегося интеллектуала-нигилиста, разочаровавшегося в происходящем вокруг, но готового всадить сверла в череп любому, кто даст повод».

На фоне других андер-героев тех лет «чемоданы» отличались саблезубыми, жесткими рифмами с гнусавым флоу, лишенными подъездной романтики и провинциального обаяния (как у группы «Триагрутрика» времен золотого альбома «Вечерний Челябинск»): то есть, конечно, подъезды и провинция как условия неизбежного контекста были, но вот романтика и обаяние — нет. Мрака и мифологизма группе добавляло то, что оба участника носили маски и не давали интервью.

«Gnoy» 2014 года — вероятно, главный альбом The Chemodan Clan

Несмотря на быстро сложившийся вокруг The Chemodan Clan интернет-культ, популярность группы на фоне рэп-переворота середины 2010-х снизилась. Позже Грязный Луи переключился на проект XIII и начал исполнять фонк — мрачную разновидность западного рэп-андерграунда на базе звучания Мемфиса 1990-х. Но не все слушатели приняли Луи в новой ипостаси — что в конечном счете и послужило толчком к написанию поста — обращения к поклонникам.

Суть конфликта Грязного Луи и слушателей

Полный текст можно прочитать в паблике The Chemodan в VK, а мы дадим краткую выжимку. Артист утомлен просьбами фанатов записать фиты с другими героями рэп-андера 2010-х (вроде Казяна из уральской группы «ОУ74»), недоволен мнением о себе и собственном творчестве, уверен, что его творчество — «с другой планеты» по отношению к той же «ОУ74», и не уверен, что хочет выпускать новую (уже записанную) музыку The Chemodan, потому что поклонники «чемоданов» не любят его современные треки.

Также Грязный Луи поделился своими рассуждениями о том, что такое андерграунд: «посыл [должен быть] не попсовый, не ****************** [про разбитое сердце], и не одуванчиковый», «то, как артист живет и двигается по жизни, не должно быть попсой», «мы не двигаемся как [селебы], осознавая, что они живут в другом мире», «не выставляем семейные ссоры в инстаграм и т. д. (вот это попса конченая)».

В чем олдскул проигрывает новой школе русского рэпа

Даже несмотря на пересборку музыкального метода и новые творческие вызовы (среди них — неожиданный фит с Seemee, участником Melon Music, главной фабрики звезд-2021), сложно не увидеть в Грязном Луи характерного для «старой школы» идеалиста. Ну потому что представьте себе такой пост от OG Буды, Молодого Платона, Лил Кристаллла, Майота или любого другого игрока нынешнего поколения (кроме разве что Kizaru — но там случай особый!). Вот и я не представляю. А еще посмотрите, сколько раз в этом посте употребляется слово «попса» — в 2021 году непросто его услышать в негативной коннотации. Тем более что мы живем в мире, где тот же OG Buda безболезненно приходит на фит к Егору Криду (и уходит с деньгами). Да и не только на фит, а еще (к нему же) на день рождения, с удовольствием позируя на фото в компании Джигана, Hammali & Navai, Jony и Тимати. Как говорил классик: все смешалось!

Решительное идеологическое отмежевание Грязного Луи от всего на свете с маркировкой «попса», конечно, сильно контрастирует. Да, лидер «чемоданов» фитует с Seemee, но представить его «двигающимся на ногтях» и читающим про «жирные члены» сложно как минимум самому Луи. И ведь проект XIII — тоже не выход на поле мейнстрима, а всего лишь другая разновидность андеграунда, пусть и куда более близкая к сегодняшнему популярному звуку.

Здесь, конечно, с хитрой улыбкой обольстителя в дверь стучится удобный вывод: старые рэперы не хотят двигаться как новые и быть смелее — поэтому проиграли ньюскулу!

И вроде бы за подтверждениями такого тезиса далеко идти не надо. Откройте наугад любое интервью на канале Inside Show, куда приглашают олдскульщиков, и тыкните на тайм-код с вопросом «как тебе современный рэп?». Похвалы вы там не услышите: в лучшем случае — непонимание, в худшем (и наиболее частом) — резкая критика фрешменов за несоответствие представлениям старых рэперов тому, каким должен быть рэп, и пацанским понятиям. Ну или послушайте последние альбомы «Рыночных отношений» — догадайтесь с трех раз, что в строчках там делают с новичками.

Рэп-олсдкул vs. слушатели

Но, с другой стороны, не все так просто. Давайте не забывать, что Грязный Луи обратился именно к поклонникам — и в этой связи интересно посмотреть на их фидбэк. Если вкратце, там грустный ад: артисту советуют покрасить волосы, вывесить ЛГБТ-флаг, отправиться в известное место из трех букв. Причина проста: предал андер, отписка!

И тут мы подходим к другой проблеме старого рэпа — слушателю, который на поверку оказался еще более ревностным защитником рэп-традиций и убежденным догматиком, чем артист, — только более прямолинейным и, простите, тупым.

Прогулка по комментариям пабликов олдскульщиков будет показательной: в свое время я получил культурный шок, забредя в комьюнити группы «Грот» сразу после интервью с Дудем. Что бы вы думали, там писали? «Земля блэкстаром», «„Грот“ умер», «Печально, что „Грот“ начнут слушать люди, которым ***** [плевать] на смысл».

А еще можно зайти на сайт The Flow — вернее, в комментарии — и словить грусть. Когда‑то дружное комьюнити и машина по генерации шуток превратились в комитет охраны рэп-традиций. Он готов сравнять каждого нового фрешмена с землей, критиковать будто бы с позиции силы (хотя откуда она взялась?) редакцию за новостную повестку и старчески ностальгировать по альбому «Вечерний Челябинск» (ноу оффенс, альбом отличный, но сколько можно?).

Я не просто так задался выше вопросом о том, почему нельзя представить пост оправдания OG Buda перед поклонниками. Да потому что фанаты ньюскула — банально другие люди, выросшие в другую эпоху, когда одна кнопка в стриминг-плеере меняет трек Soda Luv на Nirvana, 163onmyneck — на Дору, а наличие Грязного Луи в треклисте альбома Seemee вообще не вызывает никаких противоречий. Именно поэтому OG Buda как колобок катится от трэпа к дриллу, от дрилла к Детройту, чтобы в конечном итоге очутиться на дне рождения Егора Крида. Покритикуют его в комментариях? Конечно, это же интернет. Но заметит ли он последствия этой критики на концертах и в кошельке? Точно нет.

Почему фанаты разных лет настолько по-разному мыслят — предмет отдельного, большого разговора, уводящего нас куда‑то в культурологические дебри. Зафиксируем и оставим его на будущее, а сейчас вспомним слова GONE.Fludd из старого интервью — о том, что рэп превратился в большое облако идей, способное вместить в себя что угодно. Только комитет защиты рэп-традиций для олдскульщиков как будто бы превратился в главного цензора — и облако превращается в однотонное серое небо, прямо как в монохромных клипах кумиров. Шаг в сторону — облако чернеет и превращается в смертоносную тучу.

Что больше тормозит эволюцию рэп-олдскульщиков, собственные убеждения или настроения фанатов, — вопрос, конечно, риторический. Но здесь нельзя не вспомнить человека, который взломал первое и наплевал на второе. Когда‑то Элджей двигался на «эйрмаксах», пел про дымящиеся вещества, запрещенные Роскомнадзором и даже сочинил локальный хит для андер-пабликов: ноунеймом назвать его назвать было нельзя даже в 2016 году. Что было потом — вы знаете, даже если очень не хотели знать.

Вместо вывода — его же цитата времен переходного периода: «Голые формулы буду колодами перетасовывать — массы убогие, но нужно пробовать».

Конечно, его пример — не то чтобы всем наука. Да, и вообще исключение: вспомните группу «Каспийский груз», чья публика приняла в штыки эксперименты дуэта на поле танцевальной музыки. Но пробовать все равно интереснее, чем жить в оковах фанатских ожиданий и собственных убеждений.