Светлана Кесоян написала лирическую оду тосту с джемом из горьких апельсинов, который пахнет звонкими песнями о весне и умилительными стихами Маршака.

Джем из горьких апельсинов пахнет благополучным утром. У этого утра всегда ленивое и беспечное настроение. Это утро — медленное, даже если через десять минут после завтрака надо бежать сломя голову и еще минут сорок толкаться в метро. Никакой суеты не существует, как только я отвинчиваю крышку с банки с горькими апельсинами, вываренными с тростниковым сахаром и загущенными фруктовым пектином. Этот запах ни с чем не перепутаешь: так пахнет старорежимное изящество, когда на столе накрахмаленные кружевные салфетки, чашки из просвечивающего фарфора — и маленькие фруктовые вилки для клубники тоже есть.

Тост должен быть квадратным, из белого хлеба, который следует слегка подрумянить-подсушить на сковородке. Толщину слоя сливочного масла каждый выбирает сам. Но без сладко-сливочного масла (82,5%) превосходного качества никак не обойтись. А вот потом аккуратно маленьким ножиком с широким лезвием набираешь джем и развозюкиваешь его по тосту. Практически мажешь солнцем по своей, еще до конца не проснувшейся, субличности. И сразу хочется добавки.

Терпкий цитрусовый горьковатый вкус щиплет язык. Сливочное масло и белый мякиш смягчают ощущение, но победить его совсем не представляется возможным. И совершенно неважно, что никаких кружавок и серебряных вилок в данный момент на столе нет. И вообще я не сижу, не лежу, а стою у кофеварки: жду, когда докапают в чашку последние капли эспрессо. Пары тостов, сварганенных прямо на кухонной доске, бывает достаточно. Ощущение размеренного завтрака по всем правилам счастливой жизни появляется именно от джема из горьких апельсинов. Он для меня — одна из самых крутых штук на свете, и, слава богу, в Москве эти банки не лежат на каждом углу. Одна вот попалась на днях в закоулках продуктового «Овощи-фрукты» в Спиридоньевском переулке и стоила 280 р. В Metro дешевле — 185 р. за похожий объем.

Учтите, что сами горькие апельсины не чета тем, что лежат в вашей районной «Магнолии»: их не едят в чистом виде — они действительно горькие на вкус. Их второе название — померанец. Из померанцев добывают масло, которое используют в парфюмерии. Цветки пускают еще на одну блажь — померанцевую воду, флердоранж. Ею ароматизируют бисквиты и лимонад; если плескануть капельку флердоранжа в кускус — тоже получится. Считается, что больше всего джема из горьких апельсинов едят в Великобритании, англичане получили доступ к ним во времена своих индийских колоний. Родина померанца — Юго-Восточная Азия, центр произрастания в Европе — Испания.

Про цветки флердоранжа можно еще, конечно, вспомнить, что они символ девственности и чистоты в свадебных букетах, но это ерунда. Какая нам сейчас разница, что они там столетиями в своих чопорных дворцах имели в виду? Главное, что зима в России вроде бы кончилась и надо добавить в повседневную жизнь каких-то солнечных радостей. Хотя бы на уровне запахов: если для кого-то вкус горьких апельсинов покажется слишком резким, можно начать с аромата. То есть буквально — открывайте крышку и нюхайте! Для сравнения: джем из сладких сицилийских апельсинов источает бесшабашность и откровенную жару. Его вкус попроще, он для тех, кто любит сладкое, — без фантазий. Понюхайте джем из горьких, пахнущих благополучным утром весной: все померанцевые рощи мира на секунду окажутся у вас на кухне и в голове заодно.


Тексты в рубрике «Тайноядение Светланы Кесоян» не являются рекламой. Они вдохновлены искренней любовью автора к некоторым продуктам и местам в городе. За ее приключениями в мире еды можно также следить в инстаграме — instagram.com/moscowfoodiebitch.