Архитектура — не самая очевидная, но важная составляющая советских мультфильмов. Она не только служила фоном для происходящего на экране, но и влияла на сюжет, а порой становилась мощным идеологическим инструментом. На примере 22 мультфильмов журналист archspeech и автор телеграм-канала «Домики» Ася Зольникова рассказывает, как это было.

Сталинская архитектура

В мультфильме «Цветик-семицветик» (реж. Михаил Цехановский, 1948) девочка Женя находит волшебный цветок и гуляет с ним по Москве. Город выглядит как сбывшаяся сталинская утопия: улицы застроены массивной неоклассикой, новых домов так много, что они загораживают даже вид на Кремль. В кадрах мелькают Тверская, памятник Пушкину и зоопарк.

Интересно сравнить пейзажи из «Цветика-семицветика» с ремейком 1977 года («Последний лепесток», реж. Роман Качанов). Здесь уже никакой идиллии: перед нами заурядный советский город времен застоя, а блочные районы перемежаются с исторической архитектурой.

Мультфильмы о Мурзилке выходили во время «борьбы с излишествами», но в них активно демонстрируют сталинскую застройку. В серии «Мурзилка и великан» (реж. Петр Носов, 1960) действие происходит на ВДНХ. Рядом с «Космосом» появляется сказочный гигант, который тут же получает удар током от установки перед павильоном «Радиоэлектроника и связь». Здание предстает в уже перестроенном виде: до 1959 года оно было украшено лепниной, которую затем скрыли за фальшфасадом.

Серия «Опять двойка» (реж. Евгений Райковский, Борис Степанцев, 1957) начинается с полета Мурзилки над абстрактной сталинской высоткой. Из‑за конусовидного шпиля она больше всего напоминает жилой дом на Кудринской площади.

Также символы Москвы нарисованы в мультфильме «Дядя Степа — милиционер» (реж. Иван Аксенчук, 1964): рядовой Степан Степанов вышагивает мимо витрин «Детского мира», Наркомзема и здания газеты «Известия». Наряду с постройками прежних советских десятилетий показаны малые архитектурные формы оттепели: киоск «Союзпечати» и павильон кафе с изогнутой крышей.

Стройки времен оттепели

Мультфильм-плакат «Железные друзья» (реж. Борис Дежкин, 1960) объясняет, чем полезен сбор металлолома. Спойлер: бытовые предметы проходят переплавку, а после, обновленные, мчатся на поезде мимо свежих модернистских районов.

В «Ситцевой улице» (реж. Петр Носов, 1960) от неряшливой девочки улетели все вещи. Она пытается разыскать их среди хрестоматийной оттепельной архитектуры: здания имеют очень простую форму, а на фасадах установлены вывески с изящной типографикой. Без толики вымысла тоже не обошлось: торцы панелек украшены полотнами из ситцевых тканей.

Кирпичной архитектуре мультипликаторы уделяют куда меньше внимания. Одним из примеров служит «Песенка мышонка» (реж. Юрий Прытков, 1967). Мышонок-тунеядец играет на гитаре и мешает зверям-строителям работать. Он хочет доказать, что класть кирпичи — пустяковое дело, но быстро терпит неудачу. «Это тебе не на пеньке плясать», — констатирует еж-строитель.

Грандиозные стройки стали частью сатирического мультфильма «Жил-был Козявин» (1966) — дипломной работы Андрея Хржановского. По сюжету бюрократ по фамилии Козявин настойчиво пытается найти сослуживца. «Сидорова не видали? Кассир пришел», — спрашивает он каждого встречного, в том числе рабочих на стройплощадке.

В «Истории одного преступления» (реж. Федор Хитрук, 1962) нам показывают стремительно меняющийся город хрущевской эпохи. «Скромный счетно-финансовый работник» Василий Васильевич трудится в конторе с видом на строящуюся многоэтажку (похожую на серию II–18–01/09). Все прелести панельного жилья тут налицо: дом успевают закончить к концу смены.

Панельки

Со временем восторг от панельного жилья сходит на нет, а Эльдар Рязанов высмеивает его в «Иронии судьбы, или С легким паром!» (1975). Перед началом фильма идет двухминутный мультик о том, каким кошмаром стала «борьба с излишествами» для архитекторов. Один из них пытается построить дом с нарядными фасадами, но проект отзывают до тех пор, пока здание не превращается в бетонную «коробку» с голыми стенами.

В период массовой индустриализации страдали не только архитекторы. В «Приключениях домовенка Кузи» (реж. Аида Зябликова, 1984–1987) показано, чем это обернулось для домовых: теперь они живут не за печкой в деревянном доме, а вынуждены ютиться на кухне в вентиляции. Кузя из 556-й квартиры сетует: «Спрятаться негде».

Крокодилу Гену и Чебурашку тоже коснулось массовое расселение. Если в начале четырехсерийного мультфильма (реж. Роман Качанов, 1969–1983) Гена обитает в собственном небольшом жилье, то к финалу они с Чебурашкой перебираются в многоквартирный панельный дом.

К 70-м типовые районы становятся естественной частью советского пейзажа. Это заметно по мультфильмам «Старая игрушка» (реж. Владимир Самсонов, 1971) и «Маша больше не лентяйка» (реж. Лев Мильчин, 1978), где однотипная застройка играет исключительно фоновую роль.

Метро и арбатские «книжки»

Московский метрополитен появляется в мультфильмах «Ну, погоди!» (реж. Вячеслав Котеночкин, 1968–1986) и «Баба Яга против!» (реж. Владимир Пекарь, 1979). В обоих случаях подземку используют для сцен с погонями: волк в тазу несется по эскалатору и влетает на платформу, которая похожа на первые московские станции.

Баба Яга с Кощеем бегут за олимпийским мишкой по вполне конкретным «Киевской» и «Белорусской», но почему‑то пропускают промежуточную «Краснопресненскую». По дороге избушка на курьих ножках резво уворачивается от метропоездов в тоннелях.

Еще одну московскую станцию можно узнать в «Старой пластинке» (реж. Вячеслав Котеночкин, 1982). В мультфильме инопланетяне знакомятся с творчеством Леонида Утесова, в том числе «Песней старого извозчика». Лирический герой едет «от «Сокольников» до парка [Горького] на метро» и выходит на радиальной станции «Парк культуры». Помимо метрополитена здесь появляется архитектура поздних 60-х — дома-книжки на Новом Арбате и гостиница «Россия».

Строительство арбатских «книжек» зафиксировано в «Шпионских страстях» (реж. Ефим Гамбург, 1967) — черно-белой пародии на детективы о разведчиках. Иностранный спецагент пытается выкрасть у советских ученых новейшее стоматологическое кресло. Оно хранится в здании зубоврачебного техникума, нарисованного в лучших традициях совмода: «ножки» по периметру первого этажа, горизонтальный силуэт и минималистичный козырек над входом.

Советский футуризм

По «Мурзилке на спутнике» (реж. Евгений Райковский, Борис Степанцев, 1960) можно судить о том, как начало космической эры изменило представление об архитектуре будущего. Сюжет развивается в 2060 году: в городах царит футуристичный советский модернизм, среди прочего показывают обелиск «Покорителям космоса» — за четыре года до фактического появления.

«На краю тайны» (реж. Роман Давыдов, 1964) демонстрирует, как изменится мир после изобретения новых двигателей: транспорт и дома здесь также выдержаны в стиле ретрофутуризма.

Подробности по теме
12 станций советского метро в объективе фотографа Кристофера Хервига
12 станций советского метро в объективе фотографа Кристофера Хервига