29 сентября в Москве мирно и без задержаний прошел согласованный митинг в поддержку политзаключенных. Два часа выступающие со сцены рассказывали о людях, которые сидят в тюрьмах по сфабрикованным делам по всей стране. «Афиша Daily» рассказывает, как прошел митинг и о ком еще кроме фигурантов «московского дела» важно знать.

Уже за полтора часа до заявленного начала митинга проспект Сахарова начал заполняться людьми. С одной стороны улицы организаторы поставили небольшую сцену, за которой растянули триколор с лозунгом «Отпускай». С другой — сотрудники полиции поставили около пятидесяти рамок металлоискателей с камерами. В начале сентября мэрия Москвы объявила конкурс на создание системы видеонаблюдения на массовых акциях с возможностью распознавания лиц. Однако заработала она или нет — доподлинно неизвестно. К 15.00, по данным «Белого счетчика», на проспекте Сахарова собралось около 9000 человек.

Через несколько минут на сцене появляются ведущие акции — журналистка «Эха Москвы» Татьяна Фельгенгауэр и главный редактор «Медиазоны» Сергей Смирнов. Они говорят о том, что солидарность и смелость неравнодушных людей помогли отвоевать шестерых фигурантов «московского дела», которые теперь на свободе (Сергей Абаничев, Даниил Конон, Алексей Миняйло, Владислав Барабанов, Валерий Костенок и Дмитрий Васильев). «Под лозунгом «Отпускай!» — это наше главное требование к власти — мы начинаем наш митинг», — говорит Смирнов и приглашает на сцену Юлию Галямину, независимого депутата, которую не допустили до выборов в Мосгордуму.

Подробности по теме
Не только Павел Устинов: все участники «московского дела» (и как им можно помочь)
Не только Павел Устинов: все участники «московского дела» (и как им можно помочь)

О женщинах-политзаключенных

Галямина со сцены заостряет внимание на женщинах-политзаключенных: «По данным «Мемориала», четыре девушки считаются политзаключенными. Это Анастасия Шевченко, Мария Дубовик, Зарифа Саутиева и Анна Павликова. Еще 13 женщин сидят по религиозным причинам. И никто точно не знает, сколько еще уголовных дел против женщин за их убеждения было возбуждено». Толпа скандирует: «Свободу всем!»

Активистку «Открытой России» Анастасию Шевченко задержали в январе этого года по обвинению в осуществлении деятельности нежелательной организации, это первое дело по данной статье в России. Следователь посчитал, что девушка посягнула на безопасность государства. Пока шло следствие, 17-летняя дочь Шевченко попала в больницу с обструктивным бронхитом, а на следующий день умерла. Анастасия не могла попасть к дочери, потому что была под домашним арестом.

Мария Дубовик и Анна Павликова — две фигурантки по делу «Нового величия». В марте 2018 года их арестовали по подозрению в создании экстремистского сообщества. По версии следствия, они планировали государственный переворот. Благодаря огласке девушек удалось освободить из СИЗО, сейчас обе находятся под домашним арестом. Зарифу Саутиеву задержали 26 марта в Магасе, где местные жители проводили согласованную акцию против передела границ с Чечней. Суд отправил Саутиеву под арест в СИЗО, а через несколько дней ей предъявили обвинение в соучастии в насилии в отношении правоохранителей. Зарифа находится под арестом до 11 декабря.

О деле Азата Мифтахова

На сцену приглашают Гедана Фахриева, дядю аспиранта мехмата МГУ Азата Мифтахова. Мужчина вспоминает, как первый раз увидел по всем федеральным каналам, что его племянника обвиняют в изготовлении бомбы. Тогда он стал искать Азата по всем ОВД Балашихи. «Там я встретил человека, который не дал мне пасть духом. Это Константин Котов, — говорит Гедан. В данный момент Азат сидит уже более восьми месяцев. Он ученый, но он не получает никаких учебников по математике и не может развиваться». Мужчина также призвал всех людей науки к солидарности и борьбе за освобождение Азата.

Мифтахова задержали 1 февраля по подозрению в изготовлении самодельной бомбы. Через несколько дней его отпустили, но сразу же задержали вновь — на этот раз за хулиганство. Теперь Азата обвиняют в том, что 31 января 2018 года он разбил окно в офисе «Единой России» и бросил туда дымовую шашку. Сейчас аспирант находится под арестом в СИЗО, ему грозит до семи лет лишения свободы.

О деле ФБК

Татьяна Фельгенгауэр со сцены говорит о том, что политика приходит даже к тем, кто считает, что он вне политики. Тем временем на митинге появляются Юрий Дудь, Александр Паль, Никита Кукушкин и Face. Последний рассказывает, что выступать сегодня отказался, потому что больше хочется побыть в толпе с народом.

На сцену выходит директор ФБК Иван Жданов: «Хотел попить кофе перед митингом и понял, что держу в руках страшное орудие преступления, за которое можно получить от 3 до 5 лет. 27 июля я оказался в ОВД, вместе со мной задержали 22 человека. Разговаривал с одним парнем — он сказал, что выходил не за независимых кандидатов, а потому, что я понял, что все серьезно. Этим парнем был Кирилл Жуков, который сейчас сидит в тюрьме». Жданов также рассказал о деле против ФБК. По версии следствия, с января 2016 года по декабрь 2018-го сотрудники фонда получили крупную сумму, которая была приобретена преступным путем. Затем деньги положили на несколько счетов через банкоматы и перевели на счета ФБК. В начале сентября 2019-го в 43 городах России прошли обыски в штабах Навального. Почти у всех сотрудников ФБК заблокированы счета, а Леонид Волков, Алексей Навальный, Иван Жданов и другие проходят по делу подозреваемыми. «Я директор фонда борьбы с коррупцией, и я говорю, что пришло время защитить ФБК», — заключает Жданов. Толпа начинает скандировать: «Защитить ФБК!»

О деле Константина Котова

Слово берет Мария Эйсмонт, адвокат осужденного по «дадинской» статье (212.1 УК РФ, неоднократное нарушение порядка проведения публичный мероприятий. — Прим. ред.) Константина Котова: «Он сидит, потому что ему было не все равно. Он выходил, когда сажали других. Он выходил, несмотря на то, что его задерживали, потому что не мог не выходить. Так же, как и выходил Вячеслав Егоров из Коломны, который боролся против мусора и свалки, которая угрожает детям в этом городе. Его также хотят привлечь по «дадинской» статье. Нам нужны другие суды, судебная реформа. Мы, адвокаты, ничем не можем помочь своим доверителям, как бы хорошо мы ни работали. И мы плачем по ночам. Мы бы хотели приехать в полицию и сказать: «Ты невиновен, выходи, пошли домой». Но мы говорим только: «Ты невиновен, но, к сожалению, тебе придется поехать в спецприемник». Так быть не должно!»

2 марта Котов участвовал в акции в поддержку аспиранта МГУ Азата Мифтахова, 13 мая — в акции в поддержку фигурантов дел «Сети» и «Нового величия», 12 июня — в марше в поддержку журналиста Ивана Голунова, 10 августа — в акции в поддержку независимых кандидатов. Его задержали 12 августа и обвинили в многократном нарушении порядка митинга. Суд приговорил его к четырем годам колонии.

О «московском деле»

На сцене выступает группа «Хадн дадн» с треками «Москва», «Мы сегодня дома», «Гулять» и «Рязань». Тем временем на Сахарова уже почти 20 тысяч участников. А в зону для прессы приезжают недопущенные до выборов в Мосгордуму Любовь Соболь и Илья Яшин.

Смирнов приглашает на сцену бывших фигурантов «московского дела», которые с помощью общественной поддержке оказались на свободе: Алексея Миняйло, Даниила Конова, Владислава Барабанова и Валерия Костенока. Они благодарят всех за свою свободу, а Костенок обещает, что теперь они будут стоять в одном ряду с теми, кто продолжает бороться. «Нет никакой разницы между мной и вами, — говорит Конов. На моем месте мог оказаться каждый из вас. И поэтому я клянусь, что мы будем стоять до того дня, пока каждый политзаключенный не окажется на свободе, пока силовики и судебная система не принесут свои извинения русскому народу». Владислав Барабанов просит людей не переставать приходить в суды, выходить на протестные акции, участвовать в одиночных пикетах, писать письма политзаключенным. «Я, конечно, боюсь, но еще сильнее я боюсь жить в страхе, — говорит Миняйло. — Перед каждым из нас стоит выбор: жить, поддаваясь страху, или жить во имя любви. Тот, кто живет во имя любви, постоянно огребает. Особенно, если это Любовь Соболь. Зато такая жизнь полна света, смысла и свободы, даже в СИЗО».

Сегодня по «московскому делу» отбывают срок шесть человек: Владислав Синица — 5 лет колонии за твит о детях росгвардейцев, Даниил Беглец — 2 года за насилие по отношению к полицейскому, Евгений Коваленко — 3,5 года за то, что бросил мусорный бак в росгварцейца, Иван Подкопаев — 3 года за распыление газового баллончика, Кирилл Жуков — 3 года за то, что дернул гвардейца за шлем, Константин Котов — 4 года за то, что тот выходил на акции протеста. Еще шестеро ждут суда.

О политзаключенных в регионах

Ведущие со сцены говорят, что далеко не всем повезло так, как предыдущим выступающим. В Пскове, говорит Смирнов, в призывах к оправданию терроризма обвиняется журналистка Светлана Прокопьева. Причиной стала ее авторская колонка о взрыве в приемной управления ФСБ, вышедшая на радиостанции «Эхо Москвы в Пскове». Теперь ей грозит до семи лет лишения свободы.

В Дагестане Абдулмумин Гаджиев был арестован по подозрению в террористической деятельности. Следствие считает, что с 2013 года он финансировал запрещенную в России группировку «Исламское государство». Подробности дела до сих пор неизвестны. Известно лишь, что Гаджиев все обвинения отрицает. В Мегасе более 30 человек находятся под уголовным преследованием. Историк Юрий Дмитриев, который известен исследованиями сталинских репрессий, обвиняется в изготовлении детской порнографии с участием его приемной дочери.

Подробности по теме
Третий год делу Дмитриева: как историк просвещает соседей по СИЗО, где в 30-е ждали казни
Третий год делу Дмитриева: как историк просвещает соседей по СИЗО, где в 30-е ждали казни

Возле сцены стоит мужчина, у него в руках телефон с надписью «Власть ***** [к черту]». Время от времени он кричит, чтобы ему дали слово, но никто не реагирует. «Вы неправильно людям говорите, — рассказывает мужчина. Не Москва должна быть свободна, а вся Россия. У меня забрали все, но у меня осталась родина. И я свою родину этой власти не отдам».

О деле Владислава Синицы и митинге в Ростове

Выступает лидер группы «Несчастный случай» Алексей Кортнев, играют песни «Шла Саша по шоссе» , «Генералы песчаных карьеров» и «Что ты имела в виду». Следом на сцене появляется телеведущая Татьяна Лазарева. Она вспоминает, что в последний раз выступала на таких мероприятиях в 2011 году. «В Москве пропадает страх, потому что здесь собираются самые смелые и серьезные люди, — говорит Лазарева. — На нас смотрит вся страна, и вся страна должна перестать бояться. И я вместе с вами хочу сказать этому страху: «Отпускай!»

Илья Азар со сцены говорит о солидарности. «Я бы хотел сказать про Владислава Синицу, — продолжает журналист. Мне кажется, за него вписывается намного меньше, чем за остальных. 5 лет колонии за один твит. Генерал Золотов предложил отдать срок Устинова Синице. Хотя мне кажется, срок Устинова и остальных лучше бы добавить подчиненным Золотова. Никого нельзя сажать за слова». Азар также рассказывает про дело Яна Сидорова и Владислава Мордасова. Они уже два года находятся в СИЗО, прокурор запросил для них по 8 лет реального срока за якобы организацию массовых беспорядков. Хотя, по словам журналиста, полноценного митинга там не случилось, не то что массовых беспорядков. 5 ноября 2017 года Мордасов и Сидоров вышли на площадь перед зданием правительства Ростовской области с плакатами «Верните землю погорельцам» и «Правительство в отставку». Они были задержаны полицией, а через несколько дней против них возбудили уголовное дело. По версии следствия, с помощью чата в телеграме они хотели организовать массовые беспорядки для свержения власти.

Ровно в 17.00 ведущие объявляют об окончании митинга, толпа начинает двигаться в сторону выхода. Практически у рамок уходящих встречает мужчина с табличкой «Спасибо, что пришли». Все улыбаются. По данным «Белого счетчика», в этот день на Сахарова пришли 25,2 тыс. человек, по данным МВД — около 20 тыс.

Подробности по теме
Музыка протеста: плейлист «Афиши Daily»
Музыка протеста: плейлист «Афиши Daily»