Одна из популярных российских страшилок — за границей работу не найти (что скорее правда), только если стриптиз в клубе танцевать. «Афиша» попросила живущую в Бангкоке журналистку Машу Егупову написать о своем опыте в одном из злачных заведений города — и объяснить, почему тут нечего стесняться.

«За дверью клуба Bamboo — темнота и неистребимый запах сигарет и пота. Я на каблуках, на мне непривычно яркий макияж — смоки-айс и красная помада оттенка Russian Doll.

Администратор проводит меня мимо ряда больших пластиковых чанов и мусорных баков, вокруг которых снуют крысы. Мне предстоят три танцевальные сессии на столе в полуголом виде. В голове проносится: «Неужели я ради этого получала степень магистра в одном из европейских университетов?»

Всю свою жизнь я росла с уверенностью, что зарабатывать деньги своим телом — ниже моего достоинства, что я лучше и смогу всего всегда добиться своим умом. Отец раньше устраивал мне скандалы, потому что я работала официанткой и «эта работа была меня недостойна». Сейчас я понимаю, что теперь бы не стала стесняться этой работы или мямлить что-то нечленораздельное, если бы меня спросили, чем я занимаюсь.

Я любила танцевать в детстве, но никогда не воспринимала это занятие как способ заработать деньги, поэтому предпочла учить языки и социальные науки, хотя от них тоже проку нет. Я искренне верю в то, что иногда нужно устраивать себе встряски и спрашивать себя: «Смогу я или все же испугаюсь?» Боец внутри меня всегда говорил, что я на все способна и всего смогу добиться.

Перед выходом моя напарница Света рассказывает, что танцевальные навыки в этом заведении не особенно и нужны, что вертеть попой у шеста может каждая; тут важно быть раскованной и не стесняться. Затем, после двадцати минут танца, нужно пройтись по залу и собрать чаевые от неказистых клиентов этого сомнительного заведения.

Я стою на узком серебряном столике с шестом посередине. Клиентов не так-то и много. С шестом я никоим образом не знакома и понятия не имею, как вообще к нему подступиться. Не знаю, насколько сексуально выглядели мои телодвижения со стороны, но я чувствовала себя королевой арабского мира.

Одно из открытий: никто на меня не смотрел в упор — такое чувство, что меня даже не замечали. От такого безразличия мне хотелось закричать: «Алло, товарищи, я тут!»

Проходит двадцать минут. Света машет мне рукой: «Заканчивай!» Мы обходим зал и выбираем две первые жертвы. Иранцы лет тридцати-сорока мирно попивали свое пиво. Как только мы сели за столик, тот, что помоложе, изменился в лице и сразу начал кому-то писать эсэмэски. «Странно, — подумала я, — наверное, он принял нас за каких-нибудь проституток». Тот, что постарше, улыбался Свете, пока она говорила ему всякие глупости. Такое чувство, что он ни слова не понимал по-английски, а просто улыбался нам. «Купи нам по коктейлю», — просит Света. Официантка приносит кислотно-розовое безалкогольное пойло и незаметно дает нам по сто батов под столом. Чем больше химической розовой жидкости ты выпьешь, тем больше денег заработаешь в конце вечера.

За вторым столиком сидели мужчины гораздо старше своих тайских спутниц, обтянутых в блестящие ткани. Грохотала музыка, и мужчины с блестящими глазами приветливо нам улыбались.

Мой второй танец на столе был более оживленным, потому что количество посетителей в клубе увеличилось. Света уже беседовала с бородатым индусом за сорок, когда я присоединилась к их столику. «Я вообще сейчас остановился в пятизвездочном отеле в центре города, — рассказывает он нам. — На верхнем этаже этого отеля есть знаменитый бар ‚Сирокко‘, пойдемте туда после окончания вашей смены?» «Да, конечно», — врет Света.

Я подмигиваю и спрашиваю, зачем она соглашается куда-то с ним идти. «Подожди, — отвечает она, — никуда мы не пойдем, просто поддерживаем разговор». Наш собеседник чувствует себя королем мира, потому что единственные иностранки в заведении сидят с ним за одним столом, все мужчины ему завидуют.

Индийский мужчина подзывает официантку и заказывает нам еще по парочке напитков. Он уверен, что в этом розовом пойле содержится алкоголь и что уже очень скоро мы окончательно напьемся и поедем к нему в отель.

Мой третий выход на танцпол — и местные мужчины начинают засовывают двадцатки в мои шорты и всячески демонстрируют, что не прочь познакомиться поближе. Индийский поклонник уже порядочно раскошелился на наши напитки. По окончании танца Света невинно сообщила ему, что, скорее всего, бар на вершине отеля уже закрыт и что мы с ней очень устали.

За четыре часа работы я заработала 100 долларов. Это неплохо, учитывая, что иностранцы в Бангкоке, как правило, имеют доход от 1000 до 1700 долларов в месяц. Я отдаю себе отчет, что этой историей рискую разрушить фасад успешности в глазах моих коллег и друзей, которые видят мою жизнь через ленту фейсбука.

Во время занятий по карьерному ориентированию в моем университете нам всегда рассказывали о пользе получения диплома, о том, как это откроет для нас кучу возможностей. При этом никто не говорил о том, что настанет время, когда нам придется браться за любую работу, чтобы выжить и заплатить по счетам. Преподаватели университетов любят рассуждать о том, что такие «работы на выживание» не смогут обеспечить ваше будущее и что долго на них задерживаться не стоит. Но эта легко заработанная сотня долларов грела мой карман: я уже планировала, как потрачу деньги и рассматривала возможность поработать еще одну ночь в этом заведении, пропитанном одиночеством и отчаянием.

Граница между этими двумя мирами очень тонка, особенно остро это чувствуется в Бангкоке — городе, в котором сотни девушек выбирают карьеру танцовщиц, массажисток или просто временных спутниц заезжих стареющих иностранцев.

Ситуация в Москве или любом крупном европейском городе принципиально не отличается. Гораздо проще и выгоднее найти работу официантки или гоу-гоу-танцовщицы в одном из умирающих испанских городков, чем устроиться там же на базовую работу в офис после окончания колледжа или университета.

Как и многие из моих университетских коллег, я всегда видела что-то постыдное и принижающее в подобного рода танцевальных работах, что такой труд «ниже» работы офисного сотрудника. Я также жила с уверенностью, что люди выбирают подобную деятельность потому, что у них нет необходимых навыков, чтобы претендовать на что-то более престижное. Однако, как показал мой опыт, не все настолько однозначно. У многих девушек, которые танцуют в клубах, дипломы о высшем образовании хранятся в выдвижном ящике стола. Многие из них просто хотят посмотреть мир, финансово помочь родителям или купить на родине квартиру (такое возможно после года работы в Сингапуре).

А еще девочки, которые танцуют в клубах, оказались самыми милыми и дружелюбными людьми, которых я знаю в Бангкоке».



Впервые материал был опубликован 12 августа 2015 года.