В датском Оденсе открылась выставка «Ларс фон Триер: Добро со злом», посвященная одному из крупнейших режиссеров современности. Игорь Кириенков оказался в числе ее первых посетителей — и увидел автора «Идиотов» и «Нимфоманки» вживую.

Почему здесь

Городок Оденсе кажется не самым очевидным местом для первой в истории экспозиции, целиком сосредоточенной на Ларсе фон Триере и его работах. Режиссер родился в Копенгагене, снимал в Тролльхеттане и до того самого скандала регулярно наведывался в Канны — тогда как с островом Фюн и его торговым и интеллектуальным центром создателя «Догвиля» вроде бы ничего не связывает.

Вместе с тем решение открыть выставку о Триере именно здесь можно прочитать как вполне осознанный, в надежде на рифму ход. В Оденсе на свет появился другой жестокий сказочник — Ганс Христиан Андерсен, вокруг которого тут выросла целая индустрия: от обязательного дома-музея до разбросанных по городу статуй и граффити.

© Пресс-материалы

Что до конкретной площадки, то многочисленные экспонаты расположились на втором этаже музея Brandts, презентующего как вполне классическую, 250-летней выдержки живопись и скульптуру, так и совриск. Так что с точки зрения вывески «Ларс фон Триер: Добро со злом» не выглядит слишком уж выпукло на фоне здешних хитов — «Вспоминая Сэма Шо» (фотографа Мэрилин Монро) и «Эрже» (про автора комиксов о Тинтине).

Как устроена выставка

Уже на входе посетителя встречают восемь экранов, на которых одновременно показывают «Меланхолию», — вероятно, чтобы с порога настроить на трагический, с апокалиптическим надрывом лад. Пролог, разумеется, закольцован с эпилогом, но выполняет он в первую очередь строго служебную функцию — вводит в пространство триеровского кинематографа при помощи самого доступного его фильма.

© Пресс-материалы

Структурно «Добро со злом» ревизует фильмографию мастера, следуя им же предложенной логике трилогий: сначала три ранние картины на Е («Элемент преступления», «Эпидемия», «Европа»), затем цикл «Золотое сердце» («Рассекая волны», «Идиоты», «Танцующая в темноте»), сложившийся вокруг «Догмы», следом — незавершенная «Америка — страна возможностей» («Догвиль» и «Мандерлай») и, наконец, «Трилогия депрессии», состоящая из «Антихриста», «Меланхолии» и «Нимфоманки». Отчетливое деление на залы-этапы, впрочем, не означает, что триеровские проекты-одиночки оказались вовсе обделены вниманием, — пожаловаться на недостаточное освещение могут разве что «Самый главный босс» и, по понятным причинам, еще не завершенный «Дом, который построил Джек».

© Пресс-материалы/Kirstine Mengel

Выставка в Оденсе не претендует на глубокое киноведческое содержание, но, во всяком случае, предлагает крайне добросовестную фактографию: вот триеровское отношение к «Зеркалу» Тарковского (трепет и обожание) — а вот кадры из его собственных, залитых очень тарковским дождем картин. Но завзятого фаната режиссера потешат даже не коллекция архивных материалов, постеры на разных языках или дорогой сердцу реквизит. «Добро со злом», обнимающая сорокалетний творческий путь Триера, рассказывает самую что ни на есть традиционную — и самую важную на свете историю: как тот, в кого не верил никто, показал всему миру козу.

10 артефактов, ради которых стоит побывать на выставке

Смокинг Карла Теодора Дрейера. Не столько предмет гардероба, сколько символ преемственности в датском кинематографе: смокинг Дрейера достался Триеру от оператора Хеннинга Бендтсена, поработавшего с обоими мэтрами. В нем режиссер пришел на премьеру «Европы» — и появлялся в конце каждой серии «Королевства».

1 / 9

Автопортрет Триера. Большая редкость — написанная 19-летним Триером картина с самим собой в главной роли. На выставке представлена ее большая фотография: оригинал хранится в музее Фредериксборга.

2 / 9

А что сам Триер

О личном визите режиссера не было и речи — учитывая его уединенный образ жизни и, что куда важнее, работу над новым фильмом. Тем удивительнее было услышать будничное «Триер приедет в музей через полтора часа» — и не обнаружить на лицах иностранных коллег особенного, вот-это-да, энтузиазма.

Он действительно вскорости появился на вернисаже — с бородой (хорошая примета) и различимым даже на расстоянии тремором. Триер и правда выглядит на свои 61 (хотя какой это по нынешним временам возраст): плавные, едва ли не опасливые движения, медленная, как бы не сказать чего лишнего речь и явное нежелание снова быть в центре внимания. О том, что режиссер некогда думал об окружающих, напоминает только fuck на костяшках, которые дрожали, когда Триер прикладывался к воде.

Вот как сейчас выглядит и говорит Ларс фон Триер

Выходит, такой — одомашненный, уравновешенный, подолгу обдумывающий каждое свое слово — художник больше не интересен местной аудитории? Или все дело в сдержанном отношении датчан к своим звездам? Иначе как объяснить, почему после вступительного слова директора музея Мадса Дамсбо и сооснователя Zentropa Петера Ольбека Йенсена вокруг Триера образовалась почтительная воронка, а не длинная очередь. Впрочем, и от этого обновленного Триера впору ожидать сюрпризов: режиссер не обсуждает «Дом, который построил Джек», но отчего-то уверен, что фильм точно всем понравится: «Ведь там мужчина убивает много женщин».

Выставка «Ларс фон Триер: Добро со злом» продлится до 29 июля 2018 года.