Все, кому нужно, уже посмотрели финальную серию «Волк и дракон», поэтому в заключительной рецензии мы не станем пересказывать сюжет, а сосредоточимся на общих итогах сезона.

Сезон под счастливым номером семь был самым коротким для «Игры престолов» (заключительный сезон будет еще короче!), что только пошло на пользу сериалу. У сюжета не было времени долго накручивать круги, прежде чем нанести смертельный удар в сердце зрителя. Подобные приемы отмирают как пережиток прошлых сезонов, поэтому в этом году лучшие эпизоды были стремительны, лучшие сцены не тянули дракона за хвост, они были внятны как никогда, у каждой серии была своя узнаваемая атмосфера — напротив огненного эпизода стоял впечатляющий ледяной эпизод.

Самые спорные решения сезона как раз ассоциируются с методами прошлых годов — вроде того, что главный интриган сериала Петир Бейлиш все время хитро улыбался в углу, смог придумать только одну каверзу с письмом, чтобы в финале попасться в по старинке неожиданную ловушку и умереть. Мизинец, как и Оленна Тирелл, Варис и Мелисандра, — это уходящая натура, им больше нечего делать в новом мире внятных решений и абсолютной угрозы в виде Короля Ночи, их методы больше не нужны авторам. Смерть Оленны и Мизинца, исчезновение Мелисандры и предчувствие скорой гибели Вариса — это логичные последствия наступления новой эпохи в «Игре престолов», где нужно скорее седлать дракона и сжигать зомби. Именно поэтому в начале седьмого сезона с треском проваливаются все военные хитросплетения, которые предлагал стратег Тирион Ланнистер. Восходящие лидеры Вестероса — Дейенерис и Джон «Эйгон» Таргариены — предпочитают работать лобовыми методами и вообще не умеют врать, на что постоянно сетует Тирион.

Наверняка в книгах Джордж Мартин распишет финал саги более витиевато и менее поверхностно, но авторы сериала, похоже, намеренно отказываются от игр в современный мир постправды и fake news. Это вовсе не значит, что «Игра престолов» отказывается от неожиданных поворотов сюжета — они, безусловно, еще будут, но их все больше пожирает машина спойлеров, рассекречивания сценариев и сливов целых серий, так что в этом году все фанаты стали немного Трехглазыми воронами, которые заранее знают многое наперед, но от этого смотрят сериал еще активнее (рекордные рейтинги). В этом году «Игра престолов» окончательно доказала, что боязнь спойлеров — это исчезающая болезнь.

Чем ближе к финалу, тем больше авторы предпочитают раскрывать зрителю глаза, а не бросать в них пыль. Нам дают разгадку о происхождении Джона Сноу, опровергают истоки безумного восстания Роберта Баратеона (Лианну Старк никто не похищал и не насиловал), проясняют намерения каждого персонажа. На шахматной доске сериала из реальных сильных и активных участников от мира fake news осталась разве что только Серсея, которая продолжает играть в подковерные интриги, сначала согласившись на перемирие лишь для отвода глаз — угрозу от Белых ходоков она воспринимает как манну небесную, чтобы уничтожить своих врагов. Любые разумные доводы от ее брата-любовника Джейме лишь загоняют ее в угол самого бездумного и ненавистного персонажа — даже Джейме в ужасе убежал от своей королевы. А ее новый союзник Эурон Грейджой тоже разыграл сценку, якобы он сбежал на Железные острова, а сам отправился за подмогой — за наемным отрядом Золотых Мечей Эссоса. То есть авторы намеренно отдают жалкие приемы обманов самым неприятным представителям элиты Вестероса, чтобы упростить для зрителей выбор и предпочтения — здесь добро, а здесь зло. При участии дедушки Джорджа Мартина такого не было.

Плотность повествования седьмого сезона привела не только к многократно высмеянному чудесному способу быстрого перемещения героев по карте, но и глобальному соединению всех сюжетных линий в одном месте — еще никогда раньше все главные герои не собирались в одной точке. В финальной серии практически все ключевые персонажи воочию глядят друг на друга на великом собрании в месте под названием Драконья Яма. Точно так же все остальные персонажи весь сезон собирались воедино в Винтерфелле. Это понятное решение авторов упростить все перед финальной битвой — избавиться от разрозненности в головах зрителей, сосредоточить всех в одном месте, прояснить намерения каждой стороны и прочертить четкую линию фронта.

Кому-то постепенное, но заметное упрощение «Игры престолов» кажется преступлением против логики сериала, кто-то, наоборот, необычайно радуется такому превращению любимого зрелища в величественный блокбастер без страха и упрека. Вопрос дискуссионный, но факт остается фактом — это по-прежнему работает, воздействует на зрителя. Сложно не вздрогнуть на сцене превращения дракона, не воодушевиться при объединении сестер Старк или не взгрустнуть при появлении первых снежинок в Королевской гавани. Если такие эмоции приходят от осознания, что скоро все закончится, то только представьте, что с нами всеми будет в следующем году, когда «Игра престолов» закончится навсегда.

А пока остались вопросы:

Действительно ли Серсея беременна?

Раз уж Серсея ассоциируется с fake news — она врет о своей беременности? Или настоящим отцом ребенка окажется Эурон Грейджой, с которым они успели спеться за спиной Джейме?

Забеременеет ли Дейенерис?

Королеве драконов напророчили, что она больше не будет иметь детей. Но не для того ли в этом сезоне столько раз говорили про ее бесплодие, чтобы внезапная тяга к Джону Сноу сняла это проклятие?

Как воспримет Джон Сноу весть о своем родстве с Дейенерис?

Особенно после ночи на корабле с Дэни. Скорее всего, будет отказываться верить, пока Бран ему не покажет все, как оно было.

Выжили ли Тормунд и компания?

После такого глобального разрушения Стены и нашествия зомби шансы минимальны. Неужели он так и не встретится с Бриенной? И не будет у них могучих детишек?

Тирион будет предателем?

Зрителю не показали, до чего же в итоге договорились Серсея и Тирион. Возможно, в финале их дискуссии они с сестрой пришли к каким-то тайным договоренностям. Вспомните финальный взгляд Тириона, когда Джон Сноу проскользнул в спальню Дейенерис. Он явно что-то переосмыслил для себя. По крайней мере, Тирион точно снова начал пить, а это значит, он снова перевоплотится в себя прежнего.