Станислав Зельвенский – об итальянском ремейке фильма «Бассейн», сделанном режиссером фильма «Я — это любовь».

На острове Пантеллерия, что между Сицилией и Тунисом, рок-звезда Марианна Лейн (Тильда Суинтон), Дэвид Боуи в юбке, проводит лето со своим молодым возлюбленным Полом (Маттиас Схунартс). После операции на голосовых связках она временно не может разговаривать, но это им, кажется, особенно не мешает.

Тут, однако, на остров прилетает Гарри (Рэйф Файнс), музыкальный продюсер, бывший любовник Марианны и бывший лучший друг Пола: шесть лет назад он, собственно, их и свел. С ним — невесть откуда взявшаяся дочь по имени Пенелопа (Дакота Джонсон), нахальная блондинка лет двадцати. Гостям довольно очевидно не рады, но они чувствуют себя как дома: отец нарезает круги вокруг Марианны, дочка флиртует с Полом.

Картина Дэвида Хокни «Большой всплеск» — калифорнийский бассейн с брызгами от только что прыгнувшего в воду человека, поп-артовая симфония цвета и геометрии — появилась в 1967 году, совсем незадолго до фильма Жака Дере «Бассейн». Полвека спустя они вновь встречаются в работе итальянца Луки Гуаданьино, который название и, вероятно, какое-то настроение позаимствовал у англичанина, а персонажей и сюжет — у француза. Гуаданьино, киновед по образованию, документалист, рекламщик, работающий в сфере моды и предметов роскоши, прославился несколько лет назад небесспорным, но очень ярким фильмом «Я — это любовь» с той же Суинтон, который четко обозначил его приоритеты: южный мелодраматизм наотмашь, секс, смерть, фэшн, кулинария, снова секс и в то же время идеологическая, политическая повестка. Если Соррентино — новый Феллини, то Гуаданьино, видимо, новый Бертолуччи.

«Бассейн» начинался с запоминающейся сцены — относительно целомудренной, но совершенно порнографической по накалу — в которой Роми Шнайдер просит Алена Делона почесать ей спинку. Суинтон и Схунартс сразу переходят к делу, а потом еще отправляются на пляж барахтаться в грязи — это здорово сделано, особенно момент с тенью самолета, но сразу видна проблема: Схунартс — харизматичный артист и, вероятно, привлекательный мужчина, но все-таки совсем не Ален Делон (от делоновского Жан-Поля остался Пол). Суинтон, конечно, тоже не Шнайдер, но ей это и не нужно, у нее другая, переписанная роль, которая ложится на нее идеально: редкая современная актриса может так выразительно молчать. Схунартс же формально ровно делоновский персонаж с минимальными изменениями: неудавшийся писатель, который зарабатывает в издательстве, стал документалистом и вместо того, чтобы снимать свой фильм, батрачит на Виктора Косаковского (sic). Оставили даже попытку самоубийства в прошлом. И способность бельгийца тащить на себе фильм вызывает вопросы.

Гуаданьино, однако, проблему эту решает, незаметно разжаловав Пола из родственника мистера Рипли в свиту Суинтон и перенеся центр тяжести на Гарри. В оригинале его скучновато играл Морис Роне, здесь это неожиданная и фантастически эффектная работа Рэйфа Файнса. Безусловно, в ней силен элемент цирка, но это цирк шекспировской пробы. Гарри, моложавый бородач с серпом и молотом на груди, и жить торопится, и чувствовать спешит: он тараторит за четверых (что в этой компании несложно), готовит, разливает, поет, грубит, красуется, очаровывает, но в основном бесит и в целом производит впечатление человека, прущего напролом и вслепую, — при этом, как позже станет ясно, он единственный на острове точно знает, чего хочет, трагический по-своему герой в царстве лицемеров. Когда Гарри, в прошлом записывавший The Rolling Stones, отчаянно пляшет на крыше под «Emotional Rescue», имитируя Джаггера, и бегает без штанов, с ужасом вспоминаешь, что этого человека десятилетиями заставляли играть чопорных британцев при галстуке.

Безупречный вкус Гуаданьино во всем, что касается нарядов и интерьеров, к счастью, не распространяется на его манеру рассказчика — в ней ровно столько вульгарности, чтобы оживить полусонный, холодный, несмотря на солнце, воду и бронзовые тела, материал «Бассейна». Это страстное, грязное, озорное кино, в котором буржуазное томление духа и плоти заслуженно лишено романтического флера. С безличного Лазурного Берега итальянец перенес действие на вулканический остров, где природа при всей своей живописности не слишком дружелюбна: к дому еще до появления Гарри и Пенелопы ежедневно приползают змеи, а о лежащие повсюду камни легко разбить машину или пораниться, что герои регулярно и делают, когда не ранят друг друга. И конечно, близость Пантеллерии к Африке тоже имеет значение. «Бассейн», снимавшийся сразу после мая 1968-го, не подавал виду, но этот май укоризненно стоял за воротами виллы в Сен-Тропе, пока герои в дизайнерских купальных принадлежностях лениво выясняли, кто кого больше хочет. Гуаданьино делает нынешний кризис с мигрантами фоном и даже элементом истории, пусть и не самым тонким образом и рискуя быть обвиненным в цинизме, но во всяком случае расставляя нужные акценты. Уроки этой картины, может быть, достаточно очевидны — не надо дразнить бутылкой завязавших алкоголиков, не надо путешествовать по Италии со взрослыми дочерьми, ни в коем случае не надо спать с рок-звездами — но что поделать, если все мы снова и снова совершаем эти ошибки.

Фильм
Большой всплеск
5.0 из 5
★★★★★
★★★★★