C 10 октября в кинотеатрах идет новый высокотехнологичный боевик «Гемини» от автора «Горбатой горы» и «Жизни Пи» Энга Ли. Мы встретились с обладателем «Оскара» и расспросили его о работе с Уиллом Смитом, ориентирах в кино и авторской свободе в работе над «Халком».

— Почему вас так сильно привлекают высокие технологии в кино?

— В первый раз я столкнулся с 3D-технологиями на «Жизни Пи» примерно десять лет назад. И тогда я решил погрузиться в это путешествие, даже не подозревая, куда оно может привести. Я считаю, что 3D-кинематограф имеет свой собственный язык, который оказывает прямое воздействие на восприятие картины. Сам процесс, происходящий в голове зрителя во время просмотра, — нечто совершенно иное. Он постоянно воздействует на наши личные отношения с фильмом. Например, хотя бы то, как мы воспринимаем простые крупные планы в цифровом кино.

C помощью формата, позволяющего изображению быть настолько четким, как в жизни, мне бы хотелось найти ответы на вопросы, чем мы действительно живем, о чем мы на самом деле мечтаем. Хотя, признаться, пока я чувствую себя взволнованным учеником: кино дорогое — и на мне очень большая ответственность. Так что это непростое испытание, и надеюсь, что зрители нам доверятся.

— В «Долгой прогулке Билли Линна в перерыве футбольного матча» с помощью формата 120 кадров в секунду вы исследовали метафизику, а в «Гемини» же с помощью формата вы переключились на физику. Боль в фильме будто осязаема. Что вы хотели этим показать?

— «Гемини» — визуализация внутренней борьбы. Фильм переводит столкновение из внутреннего [мира] во внешний. Позволяет ответить на вопрос, хочешь ли ты вступить в конфликт со своим внутренним я, готов ли посмотреть правде в глаза? То есть наше кино — это метафора противостояния, но, конечно, мы смотрим развлекательный фильм, где один Уилл Смит сражается с другим. Как вы знаете, мы создали на экране клона Уилла Смита с помощью цифровых возможностей. Хочется верить, что у нас получилось.

Русский трейлер «Гемини»

— Это было непросто?

— Конечно, создать и осмыслить молодого Уилла Смита! Пятьсот специалистов наносили слой за слоем целый год. Никто не догадывался, каким будет финальный результат. Мы помещали двух Уиллов на двух экранах рядом и наблюдали за тем, как совершается химия, которая заставит фильм работать или же не заставит. Эта неизвестность — весьма непростое чувство.

Подробности по теме
Что бы было, если бы Уилл Смит все-таки согласился на роль Нео в «Матрице»?
Что бы было, если бы Уилл Смит все-таки согласился на роль Нео в «Матрице»?

— Что вас вдохновляло во время работы над «Гемини»?

— Говоря о референсах, не думаю, что я вообще на что‑то опирался, за исключением фильмов с Уиллом Смитом. Но я дал ему совершенно другую роль, да и актер он сейчас лучше, чем раньше, что, конечно, тоже задача не из простых (смеется). То, каким я его наблюдал в большом количестве грима в обычном формате 2D и в 24 кадра, это совершенно другой мир. Так что все мои ориентиры касались исключительно жанровых требований. Но если говорить о референсах внутренних, неочевидных, о чем вы и спрашиваете, то мне на ум приходит Стэнли Кубрик.

Киноопыт, который сложно описать.

И десять лет назад, подойдя к новым кинематографическим средствам, я держал в голове именно это. То, что остается в кино за скобами сюжета, и есть чистый кинематограф. Я тренировался именно в укреплении этой кинематографической материи, не в вопросах ее визуального воплощения, но наполнения. Поэтому Стэнли для меня великий идол.

— Когда вы снимали «Халка», в кинокомиксах еще царила полная авторская свобода. Сейчас же студии полностью контролируют ситуацию. Что вы думаете про жанр кинокомиксов сегодня?

— Я чувствую себя старым и старомодным для современного кино, честно говоря (смеется). Я рад, что нашел площадку, дающую развивать новые средства кинематографа. И рад, что Джерри (Брукхаймер, продюсер. — Прим. ред.), Paramount и Skydance доверились мне и вложились во что‑то в совершенно неизведанное.

Кинобизнес стал дорогим в сравнении с теми временами. И появились жанровые требования, которым нужно соответствовать и которые нужно удовлетворять. Система стала сложнее, неповоротливее и вообще (делает жест, сжимая руки, как детальку к детальке) — вы понимаете, что я имею в виду (смеется).

Я делал «Халка» в невероятной свободе.

Можно, конечно, и в таких условиях, как сегодня, нащупать какую‑то эссенцию в кино, но сам язык такого жанра стал более унифицированным, что помогает ему собирать большие деньги. А я бы все же хотел делать кино в большей свободе, гибкости, другими путями и по другим ценам. Оно у нас не столько о бизнесе, сколько о совместной работе. Кинематографисты же всегда ценят свободу.

— Если бы у вас была возможность описать ваш фильм «Гемини» одним словом, что бы это было за слово?

— Честность, я надеюсь (смеется). И веселье!

Подробности по теме
«Гемини» Энга Ли: за и против фильма с двумя Уиллами Смитами
«Гемини» Энга Ли: за и против фильма с двумя Уиллами Смитами
Расписание и билеты
Подробнее на afisha.ru