6 апреля в «Амедиатеке» вышел сериал «Воин» — вестерн с кунг-фу и мафиозными кланами Чайнатауна, снятый по старой идее Брюса Ли. Продюсером шоу выступила дочка Брюса Ли — Шеннон Ли рассказала «Афише Daily» о наследии отца, боевых искусствах и о том, как она относится к образу Брюса Ли в новом фильме Квентина Тарантино.

— C чего начался «Воин»?

— Я всегда знала о том, что существовала сама заявка на сериал, о котором мечтал мой отец. Я знала, что тритмент — режиссерская экспликация — был написан, но ничего не было снято, а папу не пригласили в нем работать. Все это было известно нашей семье.

— А проект так и назывался — «Воин»?

— В его черновиках этот проект фигурировал под несколькими названиями, иногда отец называл его «А Сам», а иногда «Воин». Но в какой‑то момент он определился и остановился на названии «Воин». Он очень хотел снять этот проект, я всегда знала об этом, но только в конце 2000-х, когда начала отсматривать его проекты, нашла записи, о которых я слышала всю свою жизнь, но в глаза никогда не видела. Но в то время я не была готова что‑либо с этим делать и надеялась, что однажды наступит момент, когда я смогу запустить их в дело.

Русский трейлер «Воина»

— Так что же это было? Это был некий синопсис проекта?

— Это был 8-страничный тритмент. Было несколько вариантов его черновиков и много пометок, но финальный вариант, который он презентовал студии, представлял собой именно восемь страниц. А примерно четыре года назад ни с того ни с сего раздался звонок от Джастина Лина (режиссер «Форсажа 4, 5, 6» — Прим. ред.). Мы были знакомы заочно, виделись пару раз, но не были близки. «На протяжении многих лет я слышал все эти истории о том, как твой отец создал такой проект. Это правда?!» — спросил меня Джастин, и я сказала, что да, все верно и тритмент у меня в офисе. Он сказал: «Что?! Можно я его прочту?!» Мы встретились, он прочитал историю и сказал, что это прекрасно и он хочет это снять ровно так, как мой отец это хотел. Джастин хороший парень, и он хотел снять эту историю правильно. Мы быстро нашли общий язык, мне понравился его профессионализм и тот факт, что он хотел поступить в интересах моего отца. Так что мы начали подготовку к этому проекту.

— Несколько лет назад вдова Стэнли Кубрика сделала выставку его работ, предметов со съемок… Очень любопытно, что у вас еще осталось от отца? У вас тоже свой небольшой музей?

— (Смеется.) У меня есть архивы в офисе! На самом деле у меня на полную ставку работает архивист, который каталогизирует коллекцию отца и его личные вещи, он же занимается их сохранением. В основной массе это его сценарии и записи, очень много фотографий, а также его библиотека — тысячи и тысячи книг. И, конечно, личные вещи — его одежда, тренировочные снаряды, оружие, записи бокса, журналы — это довольно большой архив, но даже это далеко не все, что когда‑либо существовало. Кроме того, довольно много предметов мы отдали на выставки в музеи. К примеру, около 500 предметов сейчас находится в музее Гонконга, еще несколько сотен находится в музее Сиэтла. Мы собираемся отдать несколько предметов из коллекции отца и в новый Музей кино в Лос-Анджелесе, они собираются включить его в экспозицию. Так что мы сейчас в активном процессе передачи различных частей его коллекции в музеи — у нас же своего нет. Но кто знает, может, однажды он у нас появится?

— Насколько вам удалось передать философию отца в этом шоу?

— Мне кажется, в жилах этого сериала бежит кровь самого Брюса Ли. Нам, конечно, пришлось внести некоторые изменения, просто потому что идея была написана под требования телевидения 1970-х годов. Ну а люди так больше не снимают сериалы. А если и снимают, тогда такие сериалы никто не смотрит. Так что мы постарались максимально адаптировать историю под требования времени и изменить ее ритм. Но сама мысль, сама идея и сам факт, что это историческая драма, где в центре — американско-азиатская история, китайские боевые искусства, — все это было очень важно для моего отца, и мы постарались это передать. Главный персонаж сериала — А Сам — переживет то, что для него Брюс Ли когда‑то задумал. Он проходит путь самопознания и духовного роста. Конечно, мы надеемся, что у нас будет несколько сезонов, чтобы развить эту историю. В нашей истории боевые искусства — это часть драмы, это характерные черты наших персонажей и их метод общения.

Боевые искусства и их исполнение уникальны — это, в первую очередь, метод выражения себя. Это не жестокость ради жестокости! В этом был весь Брюс Ли.

— Сегодня боевые искусства в кино в основном представлены каким‑то невероятными приемами, часто трюковыми. Еще чаще люди умудряются летать во время схватки, но в вашем сериале все иначе, тут настоящий стиль Брюса Ли! Что думаете о современных кунг-фу-фильмах и жанре в целом?

— Мой отец не переваривал кунг-фу-фильмы, где персонажи были чуть ли не из фэнтезийных историй, они летали и боролись на мечах. Он был настоящим мастером боевых искусств, ему нравилась правдоподобность. Если вас ударят в лицо, вы не сможете просто взять и продолжать борьбу. Вам будет больно, и вы упадете наземь. И мы должны это показывать. Но, как и говорила, это не жестокость ради жестокости! Всегда должна быть причина, ради чего ты борешься, — будь то защита кого‑либо или же ты стараешься отстоять свое достоинство. Так что в сериале для нас было важно показать настоящие схватки, которые порой бывают не самыми чистыми, они должны быть понятны на интуитивном уровне и реалистичными — люди должны падать после некоторых ударов! Словом, мы старались все сделать в духе самого Брюса Ли.

— Как вы нашли актера на главную роль? Он ведь очень похож на вашего отца. Специально искали?

— Нет, мы не искали намеренно того, кто выглядит как Брюс Ли или кто хотел бы на него походить. Мне кажется, это прямая дорога к провалу. На кастинг пришло много актеров, которые пытались изображать Брюса Ли всеми силами, но мы… (кривится) хотели другого. И потом это не было в философии моего отца, он настаивал на том, чтобы каждый, в первую очередь, был самим собой. Так что нужен был кто‑то, кто бы мог играть в кино, мог драться и, главное, был харизматичен. Поверьте, это огромное требование к актерам, так что у нас ушло много времени на то, чтобы найти кого‑то на главную роль.

Мы искали по всему миру и наконец нашли Эндрю Кодзи. Он, кстати, тоже занимался боевыми искусствами в свое время, но бросил, когда был подростком. Тем не менее на кастинг Эндрю пришел в хорошей форме, он делал много трюков в своей карьере, и все равно для подготовки к роли ушло много часов тренировок.

— А как это устроено?

— У Эндрю было не так много времени на подготовку к роли — всего пять месяцев. Мы пригласили на съемки Брета Чена, который занимался хореографией и уделял особое внимание координации наших актеров. Мы начали с традиционных боевых искусств — вин-чун, это как раз то, с чего начинал и мой отец. Эндрю, слава господу, серьезно подошел к процессу тренировок. Забавно, но постепенно к его тренировками стали присоединяться и другие ребята из актерского состава! Так что в итоге это все превратилось в групповые занятия боевыми искусствами.

— Как вы думаете, что ваш отец сказал бы про женщин, которые практикуют боевые искусства?

— Это было очень важно для меня, чтобы женские персонажи в нашем сериале были сильными, чтобы у них была власть, чтобы они не были аксессуарами для мужчин. И мой папа я думаю одобрил бы — он же и сам давал уроки женщинам, они приходили к нему на занятия. Именно так он и познакомился с моей мамой! Он верил в женщин так же, как и в мужчин, так что я думаю, что он был бы счастлив увидеть сильных женщин в кино, способных драться так же хорошо, как и мужчины.

— Кстати, а вы видели трейлер к новой картине Квентина Тарантино «Однажды… в Голливуде»? Ведь там появляется Брюс Ли! Вы обсуждали это с Тарантино?

— Нет, они к нам не обратились, так что я даже не знаю ничего об этом проекте! Я встречала ранее Майка Мо, который играет моего отца, — и он прекрасен! Я знаю, что он огромный фанат Брюса Ли, так что я уверена, что он сделает все в своих силах, чтобы хорошо справиться с ролью. Но вот я не знаю, что собирается сделать Тарантино с моим отцом. Видимо, мне удастся это узнать только в кино. Я просто надеюсь, что это хороший фильм, но скоро узнаем!

Брюс Ли в исполнении Майка Мо в «Однажды… в Голливуде»

— Среди записей отца вам удалось найти идеи для и других сериалов?

— О да, там есть идеи и для фильмов, и для сериалов, а также есть один полноценный сценарий. Все эти идеи так или иначе основаны на боевых искусствах, исследуют философский путь мастера боевых искусств. Все сценарии папа писал под себя.

— И у вас же книга на подходе?

— Да, если я не ошибаюсь, она выйдет в начале 2020 года и будет называться «Будь водой, друг мой». Эта книга расскажет как мои собственные, так и истории моего отца, но по сути это книга о его философии и о том, как можно ее применить в нашей жизни сегодня. Как стать лучшей версией себя и как заняться собственным духовным ростом.

— А вы всегда жили по заветам Брюса Ли?

— Причина, по которой я в принципе решила всем этим заняться, заключается не в том, что я его дочь и мне хочется торговать майками с его лицом. Его философия для меня много значит, и она мне очень помогла в жизни. Он очень хорошо писал, и я читала его записи больше тысячи раз, но каждый раз я нахожу что‑то новое. Столько людей в мире он затронул своей философией, столько людей нашли с ним точки соприкосновения.

Так что все, что я делаю, имеет одну цель — продолжить его разговор, делиться его знаниям.

Когда меня спрашивают, о чем проект, я говорю, что действия разворачиваются в XIX веке, в Сан-Франциско, незадолго до «акта об исключении китайцев», и в ответ слышу: «А что такое акт об исключении китайцев»? Так что рассказывать эту историю, снимать фильм, где китайцы не просто на втором плане, — очень важно! Все мои проекты так или иначе касаются моего отца и его наследия, так что я надеюсь продолжить в том же духе.

— Но ведь, по сути, это реакция на события, которые сейчас происходят в Голливуде, где говорят о том, как мало проектов снимают с представителями других рас и культур — взять тех же афроамериканцев и азиатов…

— Да, и это все началось с моего отца. У меня есть видеозапись его интервью, где он говорит: «Я принял решение, я знаю, что я буду делать в жизни: я хочу показать азиатского человека и его жизнь на Западе». Это было его целью в 1970-х. И он это делал. Когда он появился в кино, мы впервые увидели на экране сильного азиатского мужчину, у которого была в том числе и романтическая роль. Когда он умер, все это откатилось назад!

Теперь же все больше и больше разговоров ведется об инклюзивости. Взять, к примеру, Джастина [Лина]. Когда мы начали организовывать кастинг, он настоял на том, чтобы кастинг был открытым — раса актера не должна была иметь значения. Ему хотелось найти лучшего актера, а его национальная принадлежность уже не была так важна.

В оригинале «Воин» выходит на канале Cinemax. В России сериал доступен в «Амедиатеке» с 6 апреля.