30 лет назад в Москве произошло событие, сделавшее наше современное искусство международным: на аукционе «Сотбис» за немыслимые деньги были проданы работы советских художников. Музей «Гараж» представил юбилейную выставку в честь аукциона, а ее куратор рассказал о нем «Афише Daily».

Андрей Мизиано
Куратор выставки

«Не будь этого аукциона, многие процессы в искусстве могли бы пойти иначе. Благодаря ему часть художников смогли эмигрировать или работать международно — БрускинГриша БрускинРоссийский и американский художник. В 1988 году за рекордную цену была продана его картина «Фундаментальный лексикон». тому самый очевидный пример, но были и многие другие имена. Пресса того времени пестрела заголовками в духе «Андеграундное искусство легализовано» и «Неофициальных художников нет». Теперь неофициальные с официальными были рядом — и даже в одном каталоге, как, например, в приуроченном к аукциону, который был первым из таковых, изданных при содействии Министерства культуры.

Для большинства участников аукциона такое положение дел было настоящим шоком: вчера ты не мог даже показать своему товарищу, что же ты рисуешь, а тут приезжают люди из западных столиц и покупают твои работы за суммы, кратные доходу за 20 лет. С другой стороны, после этого аукциона к художникам пришли и ложные надежды: кто-то задрал планку, когда продал работы слишком дорого, кто-то расслабился и начал копировать себя. Советский художник не совсем понимал логику денег, не осознавал механизмов международного художественного рынка. Он верил, что после такого успеха начнется совсем другая жизнь, и хотя далеко не все были так наивны, но все-таки такие иллюзии посетили многих».

Илья Кабаков. «Все о нем» (1971)

(В каталоге аукциона — «Ответы экспериментальной группы»)

© Государственная Третьяковская галерея, Москва

«Андрей Монастырский и многие другие думают, что московский концептуализм начался именно с этой работы. На момент аукциона Кабаков уже хорошо продавался на Западе, хотя не приобрел еще тот статус живого классика, в котором мы его знаем. Работы Кабакова на аукционе не произвели того фурора, что работы Брускина, — вероятно, неподготовленному западному коллекционеру было интереснее купить более зрелищную вещь, чем текст на русском языке (поверхность картины поделена на 52 равных по размеру блока, в каждом из которых от лица названного по имени советского гражданина дан ответ на некий неуказанный вопрос о некоем «нем») — однако все же вдвое превысили эстимейт.

Эту работу один из организаторов аукциона со стороны «Сотбис», Питер Баткин, посоветовал Альфреду Таубману, владельцу аукционного дома, приобрести и передать в дар СССР. До аукциона работа была оценена в 10 000 фунтов, но ставки продолжали расти и остановились лишь на 20 000 фунтов. После торгов Таубман подошел к Баткину и сказал, что тот вынудил его выложить 20 000 фунтов. На что Баткин сразу начал отвечать в духе «Это же замечательная вещь!» — в ответ Таубман лишь крепко выругался. Сейчас работа находится в коллекции Государственной Третьяковской галереи, за что Таубману нескончаемое спасибо и поклон».

Александр Родченко. «Линия» (1935)

«Есть люди одного стиля и открытия, Родченко же их совершил множество — и все этапы его жизни были удивительны и изобретательны. Но в массовом сознании он почему-то недостаточно раскручен: с цветами ассоциируется Кандинский, с геометрической абстракцией — Малевич, Родченко же почему-то связывается лишь со снимками в его фирменном ракурсе. Но как художник он предложил намного больше: вспомним хотя бы его раскрашенные фотографии середины двадцатых, а еще лучше — его линии. Линии Родченко — это его первооснова, столь же важная для художника, каким для Малевича был его «Черный квадрат». Этот лот ушел за рекордную сумму в 330 000 фунтов, став самой дорогой работой аукциона».

Варвара Степанова. «Рисунок для ткани» (ок. 1924)

© Частное собрание, Лондон. Предоставлено Butterwick Gallery LLP

«Если бы я мог участвовать в тех торгах, то приобрел бы себе Родченко или Степанову. Меня всегда подкупал авангард тем, что фактически представляет собой свидетельство удивительного времени, которое едва ли повторится: своеобразное русское Возрождение, когда, как из рога изобилия, в очень узкий промежуток времени высыпалась плеяда выдающихся и очень по-разному творчески одаренных людей. Степанова — одна из амазонок авангарда, которая вошла в историю искусства не только как художник-конструктивист, но и в качестве дизайнера — автора концепции производственной одежды. В 1921 году вместе с другими конструктивистами она провозгласила отказ от живописи в пользу работы на производстве: она занималась разработкой новых орнаментов, соответствующих духу времени. Ситцы, фланель и бязь с геометрическими орнаментами вышли в массовое производство и пользовались большим успехом в Советском Союзе. Ее эскизы — не просто художественный эксперимент того времени, а свидетельство новаций эпохи революции, то есть периода, запомнившегося всему миру как высшая точка истории нашей страны».

Гриша Брускин. «Фундаментальный лексикон» (1986)

© Частное собрание, Германия

«Фундаментальный лексикон» состоит из 32 отдельных холстов, на которых изображены различные архетипические персонажи советской эпохи: ученый, дорожный рабочий, военный, пионер и т. д. Вместе они образуют алтарь социалистической мифологии, состоящий из немых и окаменевших фигур и репрезентующий ее социально-идеологические установки и ценности. Работа была продана за 416 тысяч долларов и произвела самую настоящую сенсацию. Почему она была продана так дорого? На мой взгляд, именно то, что делал Гриша Брускин, лучше всего соответствовало как тому моменту, так и ожиданиям от русского искусства со стороны международного сообщества — и хороший живописный навык, и еврейский сюжет, и показ социальной реальности в некоторой упрощенной, но не потешной форме.

Интересно, что «Фундаментальный лексикон» был впервые представлен на выставке «Художник и современность», открывшейся в феврале 1987 года. Тогда администрация выставочного зала «На Каширке» потребовала снять эту работу, но на выставку по приглашению Надежды Буровой, жены Дмитрия Пригова, должны были явиться выдающийся американский режиссер Милош Форман и художница Йоко Оно — Надежда Бурова рассказала им о «первой бесцензурной выставке в СССР». Так выставку не тронули, а работа Брускина привлекла к себе международное внимание».

Леонид Пурыгин. «Молох» (1988)

«Молох» — это единственный объект, представленный на аукционе: психоделический алтарь Леонида Пурыгина, талантливого самоучки. Девять раз он пытался поступить в Художественное училище имени 1905 года. Но в итоге выучился искусству сам и даже разработал собственную версию ар-брюта, то есть искусства в основе своей наивного. Есть версия, что он пытался покончить с собой. Однако любопытен он не только этим, но и другими страницами своей пестрой биографии и разносторонними талантами, среди которых, например, писательский. Пурыгин — автор трех книг, еще больше текстов ушло в стол. Вскоре после первого русского аукциона «Сотбис» он вместе с женой и дочерью эмигрировал в США, жил в Нью-Йорке. И казалось бы, его известность начала быстро возрастать в том числе и в международном контексте, но ее прервала безвременная кончина художника».

Выставка
Ставки на гласность. Аукцион «Сотбис» в Москве, 1988
3.9
  • Когда с 23.01.2018 по 28.02.2018