30 июля состоялась премьера спектакля «Гарри Поттер и проклятое дитя» — продолжение саги о мальчике, который выжил. Отдельно вышла и сама пьеса, замыкающая цикл романов Джоан Роулинг. Аня Айвазян прочитала книгу, сходила на премьеру в Лондоне — и теперь рассказывает, что лучше — читать или смотреть.

Осторожно: рецензия содержит спойлеры.

Повзрослевшие Гарри, Рон, Гермиона и Джинни смотрят вслед уходящему экспрессу — они только что отправили своих детей в школу чародейства и волшебства Хогвартс. Этой сценой заканчивалась седьмая и, как все считали, последняя книга о Гарри Поттера. Пока в 2015 году не пришла сенсационная новость: продолжение будет — более того, в необычной для франшизы форме театральной пьесы. Билеты в лондонский Palace Theatre были распроданы за пять часов на два года вперед, а еще через несколько месяцев Джоан Роулинг сообщила о публикации текста, написанного в соавторстве с драматургом Джеком Торном и режиссером Джоном Тиффани. Книга стала бестселлером по предзаказам задолго до релиза. Мало какую часть истории о Гарри Поттера ждали с таким нетерпением.

Пьеса поступила в продажу 31 июля в полночь по лондонскому времени, а уже на следующий день читатели разнесли ее в пух и прах. «Я правда очень хотел полюбить эту книгу, как я люблю предыдущие семь, но она сплошное разочарование», «Эта история не имеет смысла, я отказываюсь считать ее продолжением седьмой книги», «Джоан Роулинг должно быть стыдно» — и еще сотня комментариев в аналогичном ключе. В мире каждый день происходит много странных вещей, но если преданные фанаты Гарри Поттера ругают Джоан Роулинг, что-то действительно пошло не так.

Претензий у читателей возникло множество: от несуразности интриги до плохо прописанных образов отдельных персонажей. В пьесе правда происходит много необычного. Фактически впервые сменились главные герои: Гарри, Рон, Гермиона и Драко выросли — и время приключений для них закончилось. Роулинг не отказывает зрителю в удовольствии посмотреть на Мальчика-который-выжил 19 лет спустя — обнаруживается, что за это время он не то чтобы далеко ушел: шрам все еще болит, а в тревожных снах он видит себя в чулане под лестницей — тетя Петуния заставляет его драить полы и врет про смерть родителей.

Джоан Роулинг официально объявила, что «Проклятое дитя» станет последней книгой поттерианы.

Детские травмы не отпускают взрослого Гарри, хотя его жизнь — все, что мы ему так долго желали: жена и дети, лучшие друзья, важный министерский пост и любимое дело — борьба против нереформировавшихся сторонников Сами-знаете-кого. Впрочем, никакие темные силы не омрачают его жизнь так, как отношения с младшим сыном Альбусом. Последний тяжело переживает постоянные сравнения со своим звездным отцом, распределение на факультет Слизерин, полное отсутствие талантов в квиддиче — и вытекающую из всего этого непопулярность в Хогвартсе. На школу мы смотрим глазами Альбуса — и, опять же, впервые она кажется неприятным местом. Единственное, что спасает подростка, — дружба с сыном Драко Скорпиусом Малфоем, обаятельным и умным мальчиком, также страдающим от травли одноклассников. Злопыхатели распускают про него слухи, будто он сын самого Волдеморта, что полная ерунда: у Волдеморта, вообще-то, дочь. Последняя задумывает изменить прошлое и не допустить поражения отца. Движущим элементом сюжета становится маховик времени — он возвращает нас сначала на Турнир трех волшебников, а потом в Годрикову впадину, где уже взрослый Гарри Поттер снова переживает смерть своих родителей. Так Джоан Роулинг играет в конфликт поколений сразу на нескольких уровнях: Гарри Поттер в отличие от Драко не знает, как найти подход к сыну, Альбус и Скорпиус находятся в постоянном антагонизме со старшими и даже у Волдеморта может быть ребенок.

Реабилитация Малфоев вызвала скорее одобрение публики — в конце концов, Драко никогда не был злодеем, а образ его сына Скорпиуса — один из немногих прописанных в тексте с большой любовью. Другое дело — сексуальные отношения Волдеморта с Беллатрисой Лестрейндж, вызвавшие оскорбительные сравнения с фанфиком. Ругали и флешбэки — мол, Роулинг эксплуатирует читательскую ностальгию, потому что сюжет больше нечем заполнить. Говорили, что характеры лишены выпуклости и многослойности, к которым мы привыкли в книгах.

© Manuel Harlan 1 / 5
© Manuel Harlan 2 / 5

Все так: персонажам на бумаге не хватает сложности, диалогам — динамики, внебрачный ребенок Темного Лорда выглядит как минимум странно. При прочтении пьеса действительно кажется дурно написанной и банальной. Только вот на сцене лондонского Вест-Энда она — как по волшебству — превращается в одну из самых трогательных и цельных историй из всей франшизы. Больше ничего из вышеописанного не кажется нелепым — наоборот, с нужными интонациями, правильными ударениями и безупречным британским акцентом задумка Дж.К.Роулинг и ее напарников обретает смысл и начинает дышать. Актеры творят с залом что-то невероятное — публика рыдает от смеха, задерживает дыхание, вскрикивает от страха, разрывается аплодисментами в середине акта. Происходит то, чего никогда не было при просмотре фильмов и прочтении книг, — зрители дают волю эмоциям. Только вживую понимаешь, какие смешные тут диалоги и как по-новому открываются характеры, не получившие достаточно внимания в книгах, — в частности, Джинни Уизли. Становится очевидно, почему Гарри Поттера всегда будет сопровождать тень Волдеморта — на этот раз в обличии его дочери. Сложно сказать с уверенностью, кто именно этот «проклятый ребенок» — Альбус или Гарри, в котором все еще живет несчастный мальчик из чулана.

Изумительную актерскую игру дополняют декорации и спецэффекты. На сцене происходит магия во всех смыслах: книги парят в воздухе и загадывают головоломки, из палочек вылетают искры, вещи испаряются, герои, выпив оборотное зелье, превращаются друг в друга прямо на глазах изумленной публики, Хогвартс за секунды трансформируется в Запретный лес, а потом в Черное озеро. К тому моменту, когда по залу летают дементоры, представления о возможностях театральной постановки радикально меняются. Получается, что «Проклятый ребенок» — безусловная театральная удача, совершенно не работающая в форме самостоятельного текста. И именно к этому в действительности нужно предъявлять главную претензию: впервые за всю историю Гарри Поттера настоящее приключение переживут единицы, тогда как всем остальным несправедливо продадут его бледное подобие.