15 апреля, в день рождения театра «Современник», состоялась премьера спектакля «Театр» по одноименному роману Уилльяма Сомерсета Моэма. Рассказываем, как Елена Яковлева играет четыре роли одновременно, что такое саундрама и почему режиссер Владимир Панков называет спектакль «траурным карнавалом».

После смерти [Галины Волчек], вместе с Олегом Ефремовым создававшей «Современник» в 1956 году, театр возглавил [Виктор Рыжаков], до того руководивший Центром им. Мейерхольда (ЦИМ). Но в день юбилея, 15 апреля, главным на сцене был другой режиссер — Владимир Панков, художественный руководитель Центра драматургии и режиссуры, создатель студии SoundDrama.

SoundDrama — это когда музыканты сидят не в оркестровой яме, а на сцене, а их музыка — это не лирический фон, а воздух спектакля, почти самостоятельно действующий персонаж. В «Театре» наряду с корифеями и молодняком труппы «Современника» играют девять музыкантов с саксофоном, контрабасом, скрипкой, трубой.

Чтобы понимать, что вообще происходит, перед спектаклем все же стоит прочесть роман Уилльяма Сомерсета Моэма об актрисе Джулии Ламберт, которая никогда не выходит из роли и напрочь теряет границы своего «я». Потому что от оригинала драматург Светлана Петрийчук, автор инсценировки, оставила только немного сюжетных линий и атмосферу театрального бенефиса длиною в жизнь. Два с половиной часа Джулия Елены Яковлевой не сходит со сцены, в блестках и овациях, с толпой поклонников и внутренним голосом своего первого режиссера: «На сцене не надо быть естественной, изволь казаться естественной!»

А дальше в текст романа вплетается сцена торгов из «Вишневого сада», спектакль Кости Треплева из «Чайки» Чехова, сжигание миллиона Настасьей Филипповной из «Идиота» Достоевского, смерть сына в «Мамаше Кураж» Брехта — и нужно внимание, чтобы уловить переход от Елены Яковлевой, играющей Джулию Ламберт, к Джулии Ламберт, играющей, к примеру, Раневскую. Передышки на этом празднике тотальной театральности не дадут, и психологической правды, как и «жизни человеческого духа», ждать не стоит. Это смешной, громкий, избыточный, порой утомительный — но страшно красивый спектакль.

Декорация спектакля — модель зрительного зала: ряды стульев стекаются к сцене, на заднике — еще один занавес. Слои занавесов, как матрешка, открываются снова и снова, проецируются на видеоэкран, спускаются сверху отдельной ширмой — из мира театра выхода нет. Мельтешат и множатся стулья, перья, шляпы, зонты. Если вам показалось, что где‑то вы уже это видели, вам не показалось. Художник спектакля Максим Обрезков — соавтор спектаклей Юрия Бутусова, и флер его эстетики очевиден и здесь. Обрезков дарит спектаклю образ двоящейся реальности, крикливой, блестящей, никогда не настоящей. 

1 из 5
2 из 5
5 из 5

Виктор Панков называет спектакль «черно-белым траурным карнавалом» и соединяет в нем все возможные виды зрелищ. Неожиданная оперная дива уступает место прыгающей балерине. Костя Треплев с компанией отплясывают современный танец. Мимы на ходулях выводят на сцену лающего пса с бантом, толпа гостей в сцене загородного пикника Ламбертов ест сахарную вату, идет снег, бьют барабаны… Под мощным напором музыки SoundDrama все это превращается в эдакий «Ла-Ла Ленд» под музыку Горана Бреговича. Сцены мелькают бродвейскими номерами, создавая ощущение неустанной фабрики по производству вау-эффектов, вращающейся вокруг главной героини.

«Когда мне будет 60, я сыграю все свои роли», — говорит в романе 40-летняя Джулия. 60-летняя Яковлева в спектакле Панкова это обещание исполняет. Фантомы сыгранных и несыгранных ролей вторгаются в ее жизнь так внезапно, что свидание с Томом вдруг оборачивается сценой объяснения в любви Настасьи Филипповны с князем Мышкиным. Джулия играет Раневскую, Аркадину, Мамашу Кураж на сцене лондонского театра. Играет жену, любовницу, мать, заигрывается и переигрывает: Елена Яковлева — хорошая актриса. А вот Джулия Ламберт — не очень. 

«Современник» стремительно меняется — от нового фирменного стиля до обновленного здания и всего технического оснащения. Но постоянно отдает должное истории театра. Благодаря фонду Олега Дерипаски «Вольное дело», который в прошлом году стал генеральным партнером «Современника», скоро на Чистопрудном бульваре появится скульптурная композиция основателей «Современника» (Олег Ефремов, Галина Волчек, Игорь Кваша, Лилия Толмачева, Евгений Евстигнеев, Олег Табаков и Виктор Сергачев). Им же будет посвящена майская премьера Виктора Рыжакова «Семь» по документальной пьесе Михаила Дурненкова.

«Театр» тоже претендует на подарочный спектакль к юбилею для корифеев труппы (в нем заняты старейшие актеры «Современника» Елена Миллиоти, Владимир Суворов, Владислав Федченко) — но становится абсолютным бенефисом Елены Яковлевой и, возможно, одной из лучших ее театральных ролей.

В финале спектакля на фоне черно-белых кадров с крупными планами «отцов-основателей» выплывает хрупкий белый домик — точная копия здания «Современника» на Чистых прудах. Кажется, впервые за два часа действие замедляется, повисает легкой дымкой над сценой, над последними репликами Фирса из «Вишневого сада»: «Уехали… А меня забыли…» Иронизируя над штампами и законами старого театра и пародируя тренды нового, спектакль Панкова не только отдает должное традициям «Современника», но и предлагает подумать над тем, куда он двинется теперь.