В Россию приехала марка Perfume.Sucks парфюмерного панка из Швейцарии Андреаса Вильгельма. Манифест бренда уточняет, что это не парфюмы (ведь парфюмы — отстой), а спиртовые растворы. Мы поговорили с Андреасом про состояние парфюмерной индустрии, создание ароматических треков к фильмам Уэса Андерсона и блогеров, которые не нюхали уд.

— Главная концепция Perfume.Sucks — смещение фокуса с историй и «эпоса» вокруг ароматов на сами ароматы. Вы думаете, что сегодня парфюмерная индустрия слишком сконцентрирована на историях?

 — Я работаю на другие дома и вижу тенденцию — рассказывание историй про парфюмы и отдаление от ингредиентов. Например, роза: сколько парфюмов сегодня называют себя выстроенными вокруг розы или записывают ее в главные ингредиенты? Очень много! Но если вы заглянете в европейские требования к косметическим продуктам, вы увидите, что натуральное масло розы попадает под запрет из‑за токсичного вещества метилэвгенола. И хоть многие марки заявляют, что их парфюмы содержат масло розы, если бы это было действительно так — они бы просто не смогли их продавать. Поэтому на самом деле они содержат лишь дешевые химические компоненты, пахнущие розой, с минимальными следами настоящего розового масла. Мы хотим вернуть фокус на компоненты и уйти от бесконечных историй. Я вижу Perfume.Sucks как образовательный проект, а не фэшн-бренд.

— А вас не беспокоит то, что отсутствие историй в Perfume.Sucks как раз и станет такой же историей?

— На самом деле я не против! Может, я должен говорить, что именно парфюмерная индустрия — отстой, а не сами парфюмы. Все мои ароматы тоже обладают историей, но я хочу сконцентрироваться на ингредиентах. Мы называем это «роскошь знания о том, что внутри флакона». Ведь это действительно роскошь сегодня.

— Какой подход к вашему бренду вы бы хотели наблюдать среди покупателей?

— Прежде всего я бы хотел, чтобы они нюхали. Чтобы они также читали формулы и со временем стали понимать ингредиенты. Это как Escentric Molecules (парфюмерный бренд, ароматы которого собраны из искусственных ингредиентов и молекулы Iso E Super; маркетинговая легенда гласит, что запахи раскрываются на теле каждого человека и звучат всегда по разному. — Прим. ред.) для взрослых, где ты видишь полный состав и формулу. Я хочу поддерживать стремление людей узнавать больше о компонентах. Хочу, чтобы они понимали правду.

— Что в традиционном парфюмерном маркетинге вас по-настоящему бесит?

— Все, что касается мифологии и вычурных упаковок. Известен факт, что 80% людей покупают аромат из‑за рекламы и всей остальной мишуры, а не из‑за самого запаха. Меня как парфюмера это невероятно бесит. Или когда я вижу финальную цену флакона и понимаю, что самого аромата в нем на 1 или 2 евро, — это заставляет меня грустить.

А еще меня немного бесят блогеры. Иногда они рассказывают что‑то про ингредиент, о котором не имеют ни малейшего представления. Например, большинство из них никогда не слушало настоящий уд — они знают этот компонент только из ароматов Tom Ford или Gucci. Но, как правило, это не уд, а компонент под названием нагармота (киприол), который обладает экзотическим древесным запахом. Так как нагармота гораздо дешевле (около 400 евро за килограмм против 30 тыс. евро за настоящий уд), его можно положить во флакон в гораздо большем количестве.

— Вы принимали участие во многих парфюмерных арт-проектах и даже составляли ароматические треки для фильмов Уэса Андерсона. Расскажите, как это вообще происходит? Как создается ароматический трек?

— Создание ароматических треков для фильмов — это настоящий праздник для меня. Это сплошное веселье! Нет никого, кто будет говорить мне, что это не сработает, или диктовать, что я должен делать. Помню, например, в фильме «Поезд на Дарджилинг» была сцена, где мальчик умирает в речке. Я использовал для нее абсолютный передоз аромата мутной реки. Люди были очень впечатлены, и некоторые даже начинали плакать, настолько этот аромат затронул их эмоциональную сторону. Когда я создаю трек для фильма (следующий такой показ пройдет 14 мая в Цюрихе, это будет фильм «What We Do in the Shadow» про вампиров, живущих в обществе. — Прим. ред.), я должен посмотреть фильм как минимум 15 раз, чтобы распознать идеально подходящий аромат для каждой сцены. Иногда я подбираю аромат под персонажа, а иногда под сцену.

Распыление ароматических треков
© Пресс-материалы

Важным проектом для меня была инсталляция в галерее Саатчи в Лондоне под названием «We Live in an Ocean of Air», где я мог создавать разные ароматы. Там мы использовали запахи, вдохновленные природой, чтобы усилить связь участвующего человека с переживаемым опытом. Забавно, но многие люди даже не заметили, что в процессе были использованы какие‑то ароматы. В такие моменты я понимаю, что отлично сработал. С помощью запахов наш мозг создает более глубокие связи с опытом, благодаря чему люди запомнят происходящее надолго — но только если они воспринимают запах как естественную часть среды.

— А это сильно отличается от создания ароматов для личного использования?

— Если я создаю парфюм для конкретного человека на заказ, самое важное — чтобы у нас была общая химия. Мы с клиентом должны принюхаться друг к другу, понравиться друг другу. И еще очень важно общаться, чтобы я мог прочувствовать его или ее вкус в ароматах. В индустрии все по-другому — там все про тенденции и эталоны. Обычно парфюмеру нужно как бы предоставить гарантию, что его творение будет успешным. В общем, я бы сказал, что в индустрии парфюмеры работают больше над трендами и уловками, чем создают чистое искусство. Это создает ограничения и тем самым облегчает процесс, но, конечно, это скучнее.

— В одном из своих интервью вы говорили что‑то о «кармическом парфюме», который нельзя приобрести — только получить в подарок. Как бы вы описали ваш собственный «кармический» аромат?

— По иронии моя карма, кажется, такова: я всегда ношу свои новые работы. Ведь я должен носить их на коже, чтобы понимать, как они раскрываются, насколько долго держатся. Я думаю, я найду свой собственный кармический аромат только в тот день, когда перестану создавать ароматы. Только тогда я смогу усмирить свою профдеформацию и начать наслаждаться ароматом, не задаваясь вопросом, достаточно ли хорошо он сделан.

— А как вообще найти и получить свой кармический парфюм?

— Я всегда ношу пару флаконов с собой, и это происходит так: человек буквально выходит из себя (в хорошем смысле), когда слышит определенный аромат. В этот момент я и понимаю, что это его кармический парфюм, и дарю его. В целом я использую эту историю как способ донести, что не все можно купить за деньги. Это моя личная свобода, моя панковская сторона.

— Важный принцип бренда Perfume.Sucks — прозрачный, открытый список ингредиентов. Значит ли это, что его можно редактировать? Что если кто‑то из покупателей свяжется с вами и скажет — слушайте, я думаю, немного вот этого компонента нужно добавить в Purple?

— Да! Я был бы просто счастлив получать такой фидбэк. Это даст мне понять, что люди начинают по-настоящему читать и понимать, что я кладу в каждый флакон. Я бы также очень хотел, чтобы они пробовали пересоставлять мои смеси со своими собственными ингредиентами. Это была бы большая честь для меня! Парфюмерная индустрия часто держит все в секрете, и для юных парфюмеров не так‑то просто увидеть формулу. Я хочу поделиться с ними своим опытом.

— А с какими ароматическими ингредиентами вы любите работать больше всего?

— Знаете, так как я верю в то, что любовь ослепляет, я стараюсь избегать влюбленности в какой‑то конкретный компонент. Я люблю все ингредиенты, даже самые уродливые. У меня, конечно, были некоторые фазы за мою карьеру, но сегодня я избегаю этого. Для меня нет ничего более скучного, чем с первого вдоха понять, какой парфюмер создал аромат, — а именно любимые ингредиенты их выдают. Я могу сказать, что я очень люблю линейные ароматы. Я не люблю, когда парфюм меняется слишком сильно от верхних нот к базовым. Наверное, это характеризует мой стиль работы больше, чем какой‑то конкретный компонент.

— Расскажите напоследок про «съедобный парфюм» — как вам пришло это в голову?

— На самом деле, когда я запустил свою линейку в 2017-м, я получил очень много отзывов от клиентов в индустрии — и они поняли наше название так, будто я говорю, что их парфюм «сосет». Поэтому мы решили придать слову другое значение — и у нас получился съедобный парфюм.

Съедобный парфюм gourmand orris — это ароматная конфета с нотами орриса, фиалки, кокоса и ванили. Пока вы — буквально — сосете парфюм, он создает шлейф, подобный классическому парфюму. А если, съев эту конфету, вы поцелуете своего любимого человека — он или она будут очень приятно удивлены.

Я очень люблю создавать такие сбивающие с толку ситуации! Забавно, но съедобные парфюмы хорошо продаются в государственных учреждениях, где использование парфюма стало запрещено. Я думаю, мы первые, кто касается этой границы, и это очень увлекательно. А еще они очень вкусные!

Подробности по теме
Разбираемся в уходе за кожей с помощью инстаграм-аккаунта с мемами
Разбираемся в уходе за кожей с помощью инстаграм-аккаунта с мемами