перейти на мобильную версию сайта
да
нет

Английский пациент

Архив

Официальный список номинантов на «Оскар-2000» объявят в феврале. Но уже сегодня ясно, что один из главных претендентов на премию за лучшую мужскую роль – английский актер Рэйф Файнс. Он сыграл трех главных героев в трехчасовом эпосе о трех поколениях еврейской семьи в Венгрии ХХ века. Фильм режиссера Иштвана Сабо называется «Вкус солнечного света». Возможно, это последний фильм о концлагерях и режимах уходящего столетия, созданный из подлинной крови и боли. Алексей Васильев о синдроме Рэйфа Файнса.

16 сентября 1998 года американское Общество по ликвидации неграмотности среди взрослого населения проводило благотворительный аукцион в Майами, штат Флорида. Тридцати знаменитостям было предложено выполнить карандашные наброски на вольную тему, эти наброски и стали объектом торгов на аукционе. Наибольший интерес вызвала работа Рэйфа Файнса. Разорившийся британский лорд, исполнитель главных ролей в оскаровских лауреатах «Списке Шиндлера» (1993) и «Английском пациенте» (1996), нарисовал человека, справляющего большую нужду на унитазе. Подпись гласила: «Самая важная часть дня».

Семью месяцами раньше я спешил на встречу с Файнсом. На встречу с офицером СС из «Списка Шиндлера» и истеричным дворянином Хитклиффом из «Грозового перевала». На встречу с холеным эгоистичным мужчиной с маниакальным блеском в голубых глазах. С секс-символом, одним словом.

То, что передо мной сидело, назвать секс-символом можно было только под страшными пытками. Землистое лицо, грязные волосы, вялые жесты, потухшие глаза.

«Наверное, фашистская униформа помогла вам перенять прямую осанку и категоричность вашего героя Гота?» – спросил я. Он ответил, что и правда никогда не чувствовал себя так уверенно и спокойно, как когда расхаживал по Кракову в форме высокопоставленного нациста. В то утро Файнс сидел в помятом сером костюме и рубашке в удручающий тон, без галстука. Пугающее отличие Файнса экранного от Файнса реального можно было бы списать на утомительный перелет, на тяжелый рабочий график, на бурную ночь и похмелье. Спустя три дня Файнс появился на торжественном закрытии фестиваля «Лики любви» в кинотеатре «Пушкинский». На сцене ему вручали приз за роль в «Английском пациенте». Первые три ряда занимали тонкие юноши в кожаных куртках. Они пришли сюда ради Файнса. Файнс вышел на сцену во всем белом, отпаренном и отутюженном. Тем не менее он выглядел таким же изможденным существом, как и три дня назад. Он не производил впечатления усталого человека, скорее человека, из которого выдохнули жизнь.

«Британская актерская школа исключительно богата. Причина этого кроется в том, что в стране, где высший закон – этикет и традиция, у людей больше подавленных эмоций и больше потребности их проявить на сцене или на экране». Слова принадлежат польскому режиссеру Кшиштофу Занусси, проработавшему с десятком европейских кинозвезд первой величины.

Британское кино – в первую очередь кино актеров-титанов, таких как Лоренс Оливье или Питер О’Тул. Они – двигатель британского фильма и его центральный сюжет. Они могут заменить все прочие выразительные средства фильма, и часто их действительно заменяют.

Первые киногерои Файнса – британский разведчик Лоренс Аравийский и Хитклифф из «Грозового перевала» – были фирменными ролями О’Тула и Оливье. Только двум англичанам роль Гамлета принесла высшие американские премии: Оливье – кинематографический «Оскар» и Файнсу – театральную «Эмми».

Есть и более общие закономерности: все три актера выступают в фильмах на правах военачальников для армий эпизодов. Держат зрительское внимание, связывают воедино события масштабных постановок, чрезвычайно развернутых во времени.

«Список Шиндлера» идет 3 часа 17 минут. «Английский пациент» – всего 2 часа 42 минуты, зато охватывает четвертьвековой период истории. «Вкус солнечного света» (2 часа 59 минут) начинается в 70-е годы прошлого века, а заканчивается – в конце 80-х нашего. Большие фильмы снимаются долго, Файнс буквально делит время между киноплощадкой и театром. Нередко за нехваткой времени он совмещает личную жизнь с работой: актриса Франческа Эннис, игравшая в «Гамлете» мать, в процессе работы над спектаклем стала любовницей Файнса. Режиссером своего продюсерского кинопроекта «Онегин» он назначил родную сестру Марту. Файнсу важно видеть вокруг как можно больше привычных лиц. Новым людям придется многое объяснять. Например, его частые и долгие отлучки в туалет.

Рисунок, выставленный на благотворительном аукционе в сентябре того же года, поклонниками Файнса был расценен как что-то вроде официального признания. Им прекрасно было известно о болезни, не позволяющей актеру блистать в обществе так же, как в фильмах или на фотоснимках.

Гастроэнтерит – острое заболевание желудочно-кишечного трактата. Сопровождается тошнотой, головными болями и бесконечными поносами. Во время гастроэнтерита отрицательные эмоции обострены, положительные – почти недоступны. Человек раздражителен и сконцентрирован на своих болях. В Москве я видел больного гастроэнтеритом. Этот покойницкий цвет лица, манера морщиться, потухшие глаза, сутулость – все указывало на физический дискомфорт. Дискомфорт, который делает человека глухим к хорошей погоде, музыке, противоположному полу.

Гастроэнтерит, если его вовремя не вылечить, может перейти в хроническую стадию. Именно это и произошло с Файнсом. Боль его покинет только вместе с последним вздохом – Файнс узнал это от врача.

Если Рэйф Файнс приговорен к страданию, то этот приговор не распространяется на его героев. Его образы и сильны потому, что, играя, он проникает в лазейку прежней беззаботной жизни.

Теперь нормальное самочувствие для него – иллюзия, недосягаемое счастье, которое можно вспомнить и реанимировать лишь посредством искусства перевоплощения.

Режиссер Иштван Сабо, как и Файнс, знает о жизни в состоянии постоянного дискомфорта не понаслышке. Правда, его дискомфорт не физиологического, а психологического свойства.

Сабо ребенком видел войну, нацизм, сталинизм. Первую любовь встретил во время будапештского восстания 1956 года. Свои фильмы он снимал в условиях коммунистической цензуры. Но принимая любое жизненное решение, Сабо всегда знал, что самый важный выбор за него приняли его предки, когда отказались в начале века от иудаизма и сменили еврейскую фамилию на венгерскую Сабо.

Будучи обладателем «Оскара» («Мефистофель», 1981) и Гран-при жюри Каннского фестиваля («Полковник Редль», 1984), он оставался человеком, каждую минуту жизни которого отравляли сомнения. 60 лет Сабо вел жизнь, выбранную ему дедом, знакомым Сабо только по фотографиям. Теперь пришло время разобраться и с ним, и с Венгрией, и с самим собой. «Вкус солнечного света» Сабо поставил после восьмилетнего отсутствия на съемочной площадке. В Венгрии настала свобода слова, и это облегчило работу. Эпос о трех поколениях семьи Зонненшайнов на фоне истории Венгрии XX века – трехчасовое кино, в котором Сабо решил избавиться от сомнений.

Эпос стоил 20 миллионов долларов и стал самым дорогим венгерским фильмом. Такие деньги продюсеры дают только при условии, что будет играть актер-звезда, чье имя на афишах обеспечит возврат средств.

Заманить звезду Файнса в подобный проект было, на самом деле, очень несложно. Просто бросить английскому аристократу перчатку – а дальше благородная кровь предков сделает свое дело. Тем более что вызов чрезвычайно серьезный.

Во-первых, надо сыграть трех героев, в чьем поведении и желании адаптироваться к большинству много общего: они представители одного генеалогического колена, – но разные эпохи диктуют различные манеры поведения и тип мышления. Во-вторых, аристократ, пусть разорившийся, должен играть евреев, воспринимающих свою национальную принадлежность, как нечто унизительное и неправильное. В-третьих, шекспировскому актеру придется сыграть в нескольких откровенных сексуальных сценах. Ознакомившись с предложением Сабо, лорд незамедлительно принял вызов.

Так Файнс во второй раз после «Списка Шиндлера» оказался в Восточной Европе среди декораций нацистского концлагеря. Но на этот раз – не в форме офицера, а совершенно голым, унижаемым прилюдно, на зимнем морозе. Адам Шорш, олимпийский чемпион по фехтованию, отказывается повторить за надсмотрщиком: «Я – грязный еврей». Его заставляют раздеться догола на глазах всего лагеря, и в том числе его 18-летнего сына. Привязывают за руки и за ноги к двум колышкам. Избивают прикладом. Подвешивают к дереву и поливают из шланга водой. Пока голый чемпион не превращается в зловещую ледовую скульптуру.

Сцена в концлагере – одно из самых невыносимых зрелищ в истории кино, сравнимое по неприемлемому, почти бессовестному нагнетанию кошмара с садомазохистским эпосом Элема Климова «Иди и смотри» (1985), также снятым по мотивам нацистских зверств в Восточной Европе. Актеры Климова пережили серьезное потрясение, некоторые проходили после съемок реабилитацию под наблюдением психиатров. Ничего подобного не произошло с Файнсом. Он отыграл этот эпизод, как сказали бы журналисты, на пределе человеческих возможностей, спокойно отправился спать, а наутро вылетел в Лондон для съемок в любовной сцене с Джулианной Мур. Мур осталась в восторге.

В некотором смысле Рэйф Файнс, как ни парадоксально, неуязвим. Физические лишения – лучшая закалка для мужчины, благородная кровь – верное подспорье. За три часа «Вкуса солнечного света» Файнс сменит трех разных персонажей, каждый переживет на экране море бед и унижений, но в памяти после фильма остается финальный проход актера по весеннему Будапешту – широкий шаг современного раскрепощенного горожанина.

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить