перейти на мобильную версию сайта
да
нет
Архив

Премьера альбома Насти Вакуум «Поп-проблемы»

«Афиша» представляет первую долгоиграющую запись одной из самых интересных героинь нового украинского подполья — Насти Вакуум, которая сочиняет гипнотические зыбкие песни, отсылающие к опыту российской поп-музыки 90-х, — а сама Настя рассказывает о своем академическом образовании, одесском прошлом и русском духе.

Фотография: предоставлена музыкантом

На фотографиях Настя Вакуум кажется не менее робкой и загадочной, чем в своих песнях

 

Интересный парадокс: притом что новая русская музыка — вслед за мировыми тенденциями — почти вся погружена в собственное прошлое, подавляющее большинство ее представителей адресуются к эпохе 80-х. Некоторые копают глубже, почти никто не обращается к тому, что лежит под рукой (собственно, если брать людей, которые пишут песни, на ум приходит разве что Евгений Горбунов, который во всех своих группах так или иначе работает с духом и буквами 90-х). С одной стороны, это понятно: советский культурный миф во всех своих проявлениях — от официальных до подпольных — слишком насыщен, бесконечен и многозначен, чтобы его игнорировать; из этой почвы еще очень долго можно будет выкачивать полезные ископаемые для последующей переработки. С другой, понятно не очень — потому что общую культурную память поколения составляют прежде всего 90-е, и лихим это десятилетие было далеко не только с точки зрения социальных потрясений, но и, например, с точки поп-музыки. Впрочем, не беда. Там, где себя забывают россияне, на помощь приходят украинцы. Например, уроженка Одессы Настя Вакуум.

В принципе, это даже логично. С чем-с чем, а с поп-музыкой на Украине всегда все было хорошо — в частности, в процессе подготовки прошлогоднего поп-номера редакция «Афиши» с некоторым изумлением обнаружила, что практически все его главные герои так или иначе имели тесные связи с Украиной. И славные традиции нисколько не прерываются — двумя очевидными хедлайнерами нынешней русскоязычной эстрады, безусловно, являются Иван Дорн и певица Елка, которые откуда? Правильно — оттуда. (И если кто рискнет предположить, что они представляют собой исключения, а не правило, мы отошлем к вот такой статье, которая исчерпывающе демонстрирует, что это только начало.) Вообще, у южных соседей сейчас явно происходит какая-то очень яркая музыкальная активность (см. наш недавний материал про тамошнюю молодую поросль), и тут бы можно было порассуждать о том, как более адекватная политическая система способствует более жизнеспособной культуре, но мы, пожалуй, не будем — а лучше обратимся к Насте Вакуум, которая первой из выдвиженцев нового украинского подполья выпускает полноценный альбом. Что такое «Поп-проблемы»? На первый взгляд, все предельно понятно: зыбкий синтетический кассетный звук, неровные мелодии, память о прошлом, всплывающая сквозь информационные помехи. На ум приходят неизбежные и навязшие на зубах слова типа «гипнагогия» — а также очевидные ассоциации: ну это как если бы клиенты лейбла 100% Silk или какая-нибудь Мария Минерва росли в стране, где по радио звучали Лика Стар, «Гости из будущего», Шура и «Кар-Мэн». Этого, в принципе, уже немало; и применение актуальной оптики к местному материалу зачастую может дать интересные материалы; и при всей мерцающей натуре и внешней робости этой музыки в ней хватает мелодий, которые пишутся куда-то на подкорку, и слов, которые хочется расслышать лучше. Но этого все-таки недостаточно — поскольку у Насти Вакуум есть отдельный биографический контекст, который, как представляется, заставляет услышать ее песни несколько по-другому. Важно то, что Настя, вообще говоря, профессиональный музыкант; она закончила профильное училище, а с некоторых пор учится в Киеве в Национальный музыкальной академии имени Чайковского. Таким образом, это совсем другой сюжет, чем в случае с вышеупомянутой Марией Минервой; совсем не про то, что девушка, имея желание и имея возможность, понажимала на кнопки — и оказалось, что результат кому-то интересен. В том, что делает Настя Вакуум, есть метод и есть мысль — с которой необязательно соглашаться, но которую, во всяком случае, стоит принять к сведению. Мне представляется, что «Поп-проблемы» — это такая попытка рефлексии о природе поп-музыки с помощью самой поп-музыки; попытка услышать и зафиксировать, как чужие песни живут тихой неслышной жизнью изнутри человека, мерцают, таятся — и постепенно превращаются в свои.

 

Премьера: Настя Вакуум — «Поп-проблемы»

Настя Вакуум «Поп-проблемы»

Скачать альбом (архив, 67 МБ)

 

По просьбе «Афиши» Настя Вакуум высказалась на несколько заданных редакцией тем

 

 

Настя Вакуум

 

об одесском детстве и морских путешествиях

Мои родители всегда работали в море и, когда меня не с кем было оставить, брали меня с собой. Это повлияло на меня даже слишком сильно и по-прежнему остается сладчайшим воспоминанием. В Одессе я жила все остальное время, и этот город воспитал меня, дал весьма полезный, дурной опыт. Одесса — это мой личный «Dazed and Confused»; мой собственный томный, туманный юг.

 

об академическом образовании и Киевской музыкальной академии

Я учусь по классу композиции и заносчиво этим горжусь. Учусь у прекрасного педагога, настоящего мастера, которая любит и ценит усердную работу многократно больше, чем я. Но я хочу уметь (и считаю, что должна) отличать среди догматичных вещей те, что необходимы мне, и те, которых я хочу избегать. Мое образование и мои песни — это разные сюжеты, но одно намерение. Когда я пишу академические произведения, я также строю тонкую эстетическую систему; пользуюсь в чем-то схожей собственной образностью, но воплощенной другими средствами. Безусловно, я разделяю эти вещи, но цель у меня в целом высокая — внести новую, актуальную эстетику, которая родилась в начале ХХ века и расцвела в эпоху интернета, в музыку, которая может иметь куда большую силу, но тонет под своей монументальной тяжестью. (Хотя эклектику я считаю вещью очень опасной; ее могут использовать только люди с отточенным, в совершенстве ограненным вкусом.)

 

 

 

«Как у этих людей может получится что-то актуальное и востребованное, если кажется, что они вообще не понимают, что в мире происходит?»

 

 

Мои преподаватели, к счастью, Настю Вакуум не слышали. Большая часть этих людей целиком, открыто и искренне принадлежит другой, ушедшей эпохе. Они прекрасны духом, трогательны, преданы своему делу и высшим идеалам; в этом их богатство и в этом их бедность. Именно поэтому для меня есть огромная разница между понятиями «современный» и «существующий ныне». Как у этих людей может получится что-то актуальное и востребованное, если кажется, что они вообще не понимают, что в мире происходит? Почти все они, за редкими исключениями, существуют вопреки времени.

 

о том, как бессловесная электроника стала песнями

Я всегда хотела петь, но сначала не осмеливалась делать то, что мне нравится. Точнее, мне это просто не приходило в голову — потому что в то время на меня влияла другая эстетика: тот же Ninja Tune; «настроение Portishead» казалось очень серьезным, значительным; и всякие Flying Lotus, и чтобы саунд, как у диджея Краша… Казалось, что нужно все делать именно так — и это, естественно, в дальнейшем тоже сыграло свою роль. Но действительно важным решением было петь по-русски. Первой записанной вещью такого рода была «Что-то вроде песни», и из-за нее моя жизнь наполнилась вещами, сильно отличавшимися от привычных мне до тех пор.

 

Клип на первую песню альбома, в котором Настю можно рассмотреть подробнее. В каком-то смысле

 

 

о рефлексии и поп-музыке

Я не считаю рефлексию какой-то основной вещью. Более того, я могу допустить, что музыка не обязана выражать чувства, а может быть изображением (об этом говорил Стравинский, за что его осуждали многие критики). Важно уметь относиться к тому, что делаешь, с иронией — но при этом одновременно быть до конца серьезным, иначе последствия будут печальными и необратимыми.

Моя музыка — это мои размышления и измышления. Подчеркиваю: не мысли, не прямая рефлексия. Я исхожу из того, что музыка — язык, мне нравится в это играть, мне нравится строить свои хрупкие конструкции, и мне нравятся выводы, которые я получаю.

Так сложилось что я всегда, с детства еще, представляла скорее контркультуру. Сейчас ей, как бы парадоксально это ни звучало, является поп-музыка.

 

 

 

«Важно уметь относиться к тому, что делаешь, с иронией — но при этом одновременно быть до конца серьезным»

 

 

 

об ориентирах и слушательских предпочтениях

Если так получилось, что мои песни похожи на то, что выходит на 100% Silk, — это скорее интуитивно. Я уж точно не ориентируюсь на них, и ту же Марию Минерву по-настоящему я никогда не полюблю. Скорее снова послушаю группу «Тату» или Джорджа Майкла. А из относительно нового — Blood Orange или Twigs. Кто из взорвавших сеть вызывает у меня настоящее отвращение, так это Grimes. А последнюю неделю я слушаю «Don't Let It Bring You Down» Энни Леннокс.

 

об украинском контексте, русском духе и русском языке

Новая независимая волна украинской музыки — это классно, хотя я не назвала бы ее по-настоящему масштабным явлением. Пока что сложно отделить зерна от плевел, потому что есть много подражателей, создающих тонны однообразной музыки по лекалам западных аналогов. Но с некоторыми другими я чувствую иногда необыкновенное единство взглядов. Мне очень нравится, что делает Hatroneli, c Дмитрием Морозовым мы записали песню, вошедшую в этот альбом. С Томным Принцем у нас есть целый совместный проект под названием «Два абсолюта».

 

Примерно так звучит вышеупомянутый проект «Два абсолюта». Принимала ли участие в съемках клипа сама Настя Вакуум, редакции «Афиши» неизвестно

 

 

Не хочу говорить за всех, но меня привлекает русская культура или, возможно, эстетика времен империи. Тут, наверное, повлияло то, что я все-таки выросла в Одессе, а не в крохотном селе на Полтавщине, сохранившем аутентичность и законсервировавшим этот самый культурный слой. Мне очень не хочется касаться дурной, на мой взгляд, языковой распри, существующей в этой стране, и высказываться на этот счет; но что до меня, предложение начать петь на украинском сейчас показалось бы мне если не смешным, то забавным. Я владею украинским, но не собираюсь говорить на нем. При этом на английском сейчас петь, на мой взгляд, неинтересно, если только это не обусловлено определенной аудиторией или желанием стать известным на Западе, например. А многие почему-то считают, что это обязательно, даже если не знают языка, и поют на нем, а не на том, который знают в совершенстве. Мне кажется, это из-за страха.

Полное воплощение «русского духа» для меня — это одна из арий Бориса Годунова в опере Мусоргского. И то, как русский человек пьет из-за своей масштабности, и то, что остается у русской аристократии в эмиграции… В общем, это явление огромное, но слишком эфемерное, чтобы его можно было хоть как-то описать.

 

о 90-х

Сейчас стало как-то модно говорить о себе как о детях СССР, высокопарно об этом разглагольствовать, пытаться воссоздать эстетику аэстетичного полицейского государства… В таком случае я — ребенок 90-х.

 

 

Следить за музыкой Насти Вакуум можно с помощью ее фейсбука или Soundcloud

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить