перейти на мобильную версию сайта
да
нет
Архив

Закономерный кризис модной гитарной музыки

Понятно, что любые заявления на тему смерти рок-музыки трудно воспринимать всерьез, — тем не менее налицо конкретный факт объективной реальности: рок-музыка, может, и не умерла — но платить молодым людям с гитарами наперевес не готов почти никто. Во всяком случае в тех странах, где этим людям обычно охотно платят.

Даже по обложечным фотографиям молодых рок-групп видно, что с их музыкой все не очень хорошо

 

Факт объективной реальности заключается в том, что в списке 100 самых продаваемых в Британии синглов 2010 года оказалось 3 (прописью: три) песни, которые хоть с какими-то основаниями можно определить словом «рок»; это худший результат за последние 50 лет. И даже непонятно, что тут более позорно, сама эта сверхмаленькая цифра или тот факт, что лучше всех из трех выступила группа, не поверите, Journey, причем благодаря американскому сериалу Glee. То есть еще раз: рок-н-ролл, который в прошлом году более всего пользовался спросом на родине рок-н-ролла, — это группа Journey. Остальные двое счастливчиков — американская группа Train с песней «Hey Soul Sister» (кто-нибудь ее слышал?) и Florence & The Machine с песней «Dog Days Are Over» (кто-нибудь может сказать, почему это рок?).

Можно, конечно, говорить, что к нам чарты британских синглов не имеют никакого отношения; да и вообще — рок не продается в формате синглов, как R’n’B, рок слушают альбомами; можно, конечно, было бы все это говорить, если бы вышеуказанные конкретные данные не совпадали с общими абстрактными ощущениями. Возьмем для простоты тот же список альбомов года, нами опубликованный: я честно хотел внести туда номинацию «Рок-2010», но понял, что позиций на нее тупо не набирается. Или вот наш общественный опрос по поводу лучших пластинок года, проведенный в июне, — там же тоже ничего по этой части нет. Тут, правда, надо определить, о какого рода музыке мы вообще говорим, чтобы потом по возможности избежать спора о терминах. Мы говорим о музыке, сыгранной привычным инструментарием (гитары, бас, барабаны с возможными отступлениями в рамках погрешности); музыке, как правило, молодежной, громкой, подвижной и наглой; музыке, необходимыми характеристиками которой являются так называемый «драйв» и в какой-то степени обновленческий пафос, пусть даже он им скорее приписывается, чем от них исходит, — ну типа вот пришли спасители рок-н-ролла. И да, понятно, что такой критерий можно счесть жестким — но все предыдущее десятилетие он был достаточно мягким, чтобы сомнений в релевантности и кредитоспособности модной гитарной музыки ни у кого особенно не возникало; The Strokes, The White Stripes, Arctic Monkeys, Interpol, Franz Ferdinand, Bloc Party и прочие достойные люди (понятно, что я перечислил только первый ряд, при желании можно вспомнить еще несколько десятков названий, также фигурировавших в журналах и чартах) своевременно этот кредит обеспечивали. В последний год эти люди либо взяли отпуск, либо взялись за вертушки и синтезаторы, либо перешли на тренерскую работу, либо сдулись вместе с жанром. Смены — что-то не видно.

 

«Рок живет, но живет в гетто — возрастном, субкультурном или самопровозглашенном»

 

 

Я поставил такие четкие рамки термину, потому что понятно, что без них найти простой восклицательный ответ на тезис про смерть рока легко. Достаточно опять же взглянуть на этот самый наш итоговый пост. Конечно, рок-музыка там есть. Просто делают ее либо старики (типа Grinderman), либо металлисты (типа всех номинантов в подрубрике «Жесть»). То есть, грубо говоря, это «РОК» в том его капслоковом понимании, в каком термин пишут наши друзья на фейсбуке, и это не рок в том жанровом формате, в каком он обозначен выше. Рок живет, но живет в гетто — возрастном, субкультурном или самопровозглашенном (если взять какой-нибудь найскор, в котором тоже, конечно, драйва и наглости полно). И понятно почему. Рок существует там, где его предполагаемая аутентичность может быть верифицирована — верифицирована опытом и прожитыми годами; верифицирована каноном, который не ставится под сомнение; или даже верифицирована принципиальным аутсайдерством. И в этой связи самое время перейти к рисунку номер 2. Тоже объективные данные: вот как выглядел в 2010-м список самых заработавших гастролеров мира.

Если кто не может разглядеть или не верит своим глазам, на первом месте — да-да, Бон Джови; дальше — AC/DC и U2; из тех, кто на гитарах не играет, в списке есть только Леди Гага, Мишель Бубле, два спектакля Cirque du Soleil и Джастин Бибер; из тех, кого можно назвать молодыми, — только Гага и Бибер. То есть, судя по этому списку, рок вроде как жив, но сугубо в престарелом возрасте и сугубо в ностальгическом формате (U2 это тоже касается). За него платят — но как за шоу, обеспеченное, с одной стороны, качеством зрелища, а с другой — родными воспоминаниями аудитории. И в этой связи еще более становится понятно, почему молодой рок-н-ролл не продается. Потому что когда на театральную сцену выходит пусть старик, но по крайней мере в костюме, с пиротехникой и коронным монологом — это еще вполне себе. Но вот когда на сцене нет никого, кроме драпировщиков и декораторов, — на это уже совсем непонятно зачем смотреть.

А с новым молодым-модным рок-н-роллом ситуация обстоит именно так: это чистый дизайн, такой метаспектакль, если угодно. И не только с новым, кстати: с последним альбомом Interpol ведь ровно та же проблема (Андрей Горохов тут возразил бы, что и первый альбом Interpol был чистым дизайном, но мы-то знаем, что это не так). Это главная проблема со всеми новыми ансамблями, которые пихают в списки лучших новичков 2011-го, потому что нельзя же без гитар (мы в нашем списке решили, что можно), — Brother и The Vaccines, которые смотрят с обложки тематического номера NME, Morning Parade, Mona, кто там еще; это главная проблема с теми новыми ансамблями, которые хотят такую схему успеха повторить, — типа каких-нибудь One Gin Please. Слушать все это противно до невозможности даже не потому, что большинство пытается повторить группу Oasis, а другие — Kings of Leon; а потому, что это третья производная, седьмая вода на киселе, потому что аутентичность тут демонстративно и нарочито симулируется, а не разрабатывается. Ну то есть — те же Oasis хотя бы слушали The Beatles и The Jam; те же The White Stripes — хотя бы Led Zeppelin; те же Franz Ferdinand — хотя бы Orange Juice. Эти ребята глядят в лучшем случае на Oasis, а то и вовсе на каких-нибудь The Vines; характерно, что тех же The Vaccines подают под слоганом «от менеджеров Franz Ferdinand и Kaiser Chiefs» — характерно, что от менеджеров. Это именно что драпировка — притом что и кулисы, и декорации вообще-то хорошо бы уже поменять. И я, конечно, понимаю, что опять все свожу к традиционному спору про то, кто настоящий, а кто нет, — но проблема с новыми рок-группами, кажется, в том, что они и не пытаются быть настоящими, и не претендуют (что в каком-то смысле даже умно), а просто в рамках маркетинговой стратегии воспроизводят модели поведения. Это даже на уровне сопроводительных текстов видно — «Мы единственные, у кого есть яйца»; «в их музыке совмещаются бешеные гитарные импровизации, отвязный грязный рок-н-ролл и трагичная психоделика». И даже на уровне физиогномики — во всяком случае достаточно взглянуть на любой портрет группы Brother, чтобы понять, что с ними не по пути. У тебя глаза злые. Тебе денег никто не даст.

Что касается возможных путей преодоления кризиса — тут остается согласиться с зарубежными коллегами: наверняка их придумают и без нас. Ну и вообще, в данном случае нам даже лучше, что мы живем в России. Потому что у нас есть по крайней мере один человек, который и модный, и наглый, и с драйвом, и отвечает на вопрос «кто рок-н-ролл» в первом лице единственного числа. Как принято говорить в таких случаях — извините.

Котик «Афиши Daily» присылает ровно одну хорошую новость в день. Его всегда можно прогнать и отписаться.
Ошибка в тексте
Отправить